административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для составления протокола об административном правонарушении, не может быть возложена на лицо, привлекаемое к административной ответственности. В случае непредставления административным органом, составившим протокол, доказательств, необходимых для рассмотрения дела и принятия решения, арбитражный суд может истребовать доказательства от указанного органа по своей инициативе. Административный орган представил в суд дело об административном правонарушении в полном объеме, других доказательств при вынесении постановления о привлечении к административной ответственности не имелось. Объяснение не является доказательством вины общества по предъявленному обвинению, поскольку из всего объема вмененных обстоятельств она указывает на отсутствие проекта нормативов образования отходов производства и потребления и лимита их реализации. При этом в объяснении отсутствует указание от какого вида деятельности образовываются отходы производства, в какой период. Данные обстоятельства свидетельствуют, о том, что в оспариваемом постановлении событие административного правонарушения сформулировано на предположениях. Отсутствие описания время, места и события правонарушения, позволяет суду прийти к выводу, что данное обстоятельство в
средств перед выездом на линию и при возвращении к месту стоянки. 29.04.2011 г. ФИО1 осуществлялась регулярная перевозка пассажиров по маршруту № 229 «Георгиевск- рынок «Лира» автомобилем ГАЗ-322132 государственный регистрационный знак ХА-293-26 рус. под управлением водителя ФИО2, что подтверждается сообщением органа ГИБДД от 29.04.2011 г. При проверке установлено отсутствие путевого листа, в котором проставляется отметка о прохождении технического контроля. В сообщении водитель указал, что забыл путевой лист в диспетчерской. Однако, само по себе, такое объяснение не является доказательством проведения технического осмотра. Доказательств проведения контроля технического состояния автомобиля перед выездом суду не представлено. 14.06.2011 года государственным инспектором ФИО3 составлен протокол № 011475 об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ. В силу статьи 2.4 КоАП РФ лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения, несут административную ответственность по вышеуказанной норме как должностные лица, поскольку иное Кодексом не установлено. Суд не выявил процессуальных нарушений при производстве по делу
12.16, п. 12.28 НПБ 88-01». Таким образом, в отличие от заявления о привлечении к административной ответственности протокол об административном правонарушении не содержит сведений о том, что обществу вменяется осуществление монтажа средств обеспечения пожарной безопасности с нарушением указанных выше норм пожарной безопасности, и объяснение руководителя общества в тексте протокола об административном правонарушении свидетельствует о согласии с наличием нарушений норм пожарной безопасности на принадлежащем обществу объекте (здании) и намерении их устранить. Само по себе данное объяснение не является доказательством того, что монтаж установки автоматической пожарной сигнализации в помещениях ОАО «322 АРЗ» по адресу: <...> произведен обществом своими силами. Иных доказательств того, что монтаж установки автоматической пожарной сигнализации в помещениях ОАО «322 АРЗ» по адресу: <...> произведен обществом суду не предоставлено. Указанные выше обстоятельства в данном случае лишают протокол № 135 от 12.02.2014 об административном правонарушении доказательственной силы. При привлечении к административной ответственности должны быть соблюдены требования статей 25.1, 28.2 и 29.7 КоАП
ФИО1 спорной спецтехники и соответствие договорной стоимости рыночной цене. По мнению заявителя, в апелляционном постановлении содержится необоснованный вывод о том, что представитель ФИО1 отказался предоставить договор займа; заявителями апелляционных жалоб в суде первой инстанции не поднимался вопрос о фальсификации доказательств, а представителем не сообщалось об отсутствии подлинника указанного договора. Помимо вышеизложенного заявитель считает несостоятельной ссылку апелляционного суда и конкурсного управляющего на объяснения одного из учредителей и бывшего директора должника – ФИО3, поскольку указанные объяснения не являются доказательством и являются способом уклониться от ответственности и исполнения определения суда первой инстанции от 17.10.2022. Отзывы на кассационную жалобу не представлены. Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием
административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными данным Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 названной статьи). В данном случае в силу положений, установленных частью 1 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях указанные объяснения не являются доказательствами по делу, поскольку ФИО1, не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Ходатайство о вызове ФИО1 в качестве свидетеля общество не заявляло. Вместе с тем факт извещения общества о времени и месте составления протокола № 117/90 подтверждается материалами административного дела, а именно копией протокола об административном правонарушении с распиской ФИО1 в его получении (лист дела 130). Кроме того, из копии табеля рабочего времени, представленного в материалы дела, следует, что ФИО1
также о том, что автомобилем в инкриминируемый период времени он не управлял. Оценив совокупность указанных доказательств, мировой судья сделал обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.12.8 КоАП РФ. Приобщенное к рассматриваемой жалобе объяснение от имени ФИО3 не может быть принято во внимание, поскольку получено вне рамок производства по делу об административном правонарушении. ФИО3 не предупреждена об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ, в связи с чем, данное объяснение не является доказательством по делу, так как не отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств. При указанных фактических и правовых обстоятельствах обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ сомнений не вызывает. Оснований для переоценки установленных при рассмотрении дела обстоятельств, к чему сводятся доводы жалобы, не имеется. При производстве по делу юридически значимые обстоятельства мировым судьей определены правильно. Существенных нарушений процессуальных норм должностным лицом, составившим протокол, а также судьей первой инстанции при рассмотрении дела
является разовым случаем, а не деятельностью Общества, связанной с извлечением прибыли, а значит требующей специального разрешения, является ошибочным и опровергается имеющимися в деле доказательствами. При составлении протокола об административном правонарушении № года от ДД.ММ.ГГГГ присутствовал представитель АО «Восточная верфь» ФИО5, которая в графе «объяснения» собственноручно сделала запись о том, что указанное в протоколе правонарушение является систематическим, при этом указала, что печь использовалась для сжигания документов и ДСП. Вместе с тем данное представителем Общества объяснение не является доказательством того, что на момент проверки -ДД.ММ.ГГГГ печь не использовалась для сжигания и других видов отходов, в том числе имеющих I-IV классы опасности. Правонарушение квалифицированно по ч.1 ст.19.20 верно, согласно установленным обстоятельствам и требованиям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Административное наказание АО «Восточная верфь» назначено с учетом положений частей 3.2, 3.3 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, менее минимального размера установленного санкцией части 1 статьи 19.20 Кодекса Российской Федерации об административных
ст. 302 УПК РФ, что приговор не может быть основан на предположениях, суд, опровергая доводы ФИО1 об оказании дознавателем на нее морального давления, предположил, что исходя из предъявленного ФИО1 обвинения, если такое давление имело место быть, вряд ли бы заставило ФИО1 признаться в том, что она его не совершала. Также суд, обосновывая свой вывод о виновности ФИО1 в качестве одного из доказательств привел ее объяснение от 21.04.2014 года, что является недопустимым, поскольку указанное объяснение не является доказательством в соответствии с положениями ст. 74 УПК РФ и не может быть признано иным документом в соответствии с положениями ст. 84 УПК РФ. Судом не в полной мере учтены требования ст. 6, ч. 3 ст. 60 УК РФ, а именно то, что ФИО1 вину в совершении преступления не признала, в содеянном не раскаялась, а обстоятельства совершенного ею преступления, несмотря на установленные смягчающие наказание обстоятельства, свидетельствуют, что назначенное наказание в виде штрафа, близкое по
до пяти тысяч рублей с административным выдворением за пределы РФ или без такового. Вместе с тем, при назначении дополнительного наказания судья свой вывод ничем не мотивировал и более того, сослался в постановлении на мнение ст.инспектора МО УФМС России по Смоленской области в г.Сафоново ФИО о применении наказания в виде выдворения, без учета требований главы 25 КоАП РФ о том, что данное лицо не является участником производства по делам об административных правонарушениях и его объяснение не является доказательством (ст.26.2 КоАП РФ). По смыслу Конвенции о защите прав человека и основных свобод, вступившей в силу для России 05.05.1998, административное выдворение за пределы РФ иностранного гражданина, влекущее вмешательство в право на уважение личной и семейной жизни, допускается в тех случаях, когда оно необходимо в демократическом обществе и соразмерно публично-правовым целям. В рассматриваемом случае по делу видно, что у ФИО2 на территории РФ имеются близкие родственники; работает он по частному найму на строительстве торгового
