Обзор по исполнительному производству - гражданское законодательство и судебные прецеденты

взысканию исполнительского сбора неправомерными, предприниматель обратился в суд с заявлением по настоящему делу. Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались статьями 198, 200, 329 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.2004 № 77 « Обзор практики рассмотрения дел, связанных с исполнением судебными приставами-исполнителями судебных актов арбитражных судов», и при этом исходили из того, что в срок, установленный для добровольного исполнения требований исполнительного документа, предпринимателем не совершались действия, направленные на самостоятельное погашение задолженности по исполнительному производству либо на достижение соглашения со взыскателем о порядке ее выплаты. К мирному урегулированию спора стороны приступили спустя полгода после возбуждения исполнительного производства, что исключает применение к обстоятельствам настоящего дела позиции, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018. Судами установлены юридически

применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020. Суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из принятия судебными приставами надлежащих мер по извещению должника о возбуждении в отношении него исполнительного производства и отсутствия доказательств исполнения должником в установленный срок в добровольном порядке исполнительного документа, наличия уважительных причин, объективно препятствующих исполнению должником требований исполнительных документов в установленный срок. Суды отметили, что деятельность должника не подлежала приостановлению в связи со сложившейся эпидемиологической обстановкой, поскольку осуществляемая обществом деятельность в Перечень отраслей российской

№ 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ), учитывая информационные письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» (пункт 2) и от 30.10.2007 № 120 « Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» (пункт 6), пришел к выводу о том, что оспариваемое постановление вынесено с нарушением требований статьи 88.1 Закона № 229-ФЗ и нарушает права и законные интересы ООО «Спецстройресурс». Признавая оспариваемое постановление незаконным, суды первой и кассационной инстанций исходили из отсутствия у судебного пристава оснований для вынесения постановления о проведении зачета по исполнительному производству в отсутствие исполнительного листа о взыскании сумм по встречному обязательству. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации, поскольку направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание

применения правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2018 № 305-КГ17-23457, на которое ссылается заявитель. Вопреки доводам общества, выводы суда первой инстанции не противоречат правовой позиции, изложенной в пункте 47 Обзора № 4(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018. Более того, указанный вывод согласуется с пунктом 31 информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 21.06.2004 № 77 « Обзор практики рассмотрения дел, связанных с исполнением судебными приставами-исполнителями судебных актов арбитражных судов», в котором указано, что в случае прекращения исполнительного производства в связи с заключением взыскателем и должником мирового соглашения после истечения срока, установленного должнику для добровольного исполнения исполнительного документа, исполнение постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора не прекращается. Аналогичная правовая позиция изложен в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26 мая 2020 года по делу № А56-56644/2019. Решение суда по делу № А05-1323/2018 вступило в законную силу 21.05.2018 и с указанной даты подлежало

исполнительного производства по данному исполнительному документу, также подлежат рассмотрению в суде общей юрисдикции, сформулирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016 (раздел «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике», ответ на вопрос №4). По приведенным выше основаниям отклоняется указание апеллянта на то, что постановление мирового судьи от 21.07.2015 по делу № 5-462/15(12) не отнесено к перечисленным в обзоре сферам законодательства, следовательно, спор о законности постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства подведомственен арбитражному суду. Ссылка инспекции на неверное толкование судом первой инстанции абзаца 2 пункта 3 Постановления № 50, в котором указано на порядок определения компетенции судов общей юрисдикции и арбитражных судов по делам об оспаривании постановлений, действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей не может быть принята судебной коллегией во внимание, поскольку заявляя данный довод, апеллянт ссылается на пункт 4 данного постановления, в котором речь идет о сводном исполнительном производстве, отсутствующем

« Обзор практики рассмотрения дел, связанных с исполнением судебными приставами-исполнителями судебных актов арбитражных судов» допускается взыскание исполнительского сбора, в том числе на основании постановления о взыскании исполнительского сбора, вынесенного после утверждения судом мирового соглашения, при условии, что должник не исполнил требования исполнительного документа в установленный судебным приставом-исполнителем срок, истекший до утверждения мирового соглашения о примирении между взыскателем и должником. В таком случае при прекращении основного исполнительного производства в связи с утверждением мирового соглашения (пункт 3 части 2 статьи 43 Закона об исполнительном производстве) постановление о возбуждении исполнительного производства по взысканию исполнительского сбора направляется вместе с постановлением об окончании основного исполнительного производства должнику (подпункт 2 пункта 3.2 Методических рекомендаций № 0001/16) . В рассматриваемой ситуации мировое соглашение от 26.10.2020 в процедуре банкротства впервые утверждено спустя значительное время (почти 1,5 года) после возбуждения исполнительного производства и установления срока на добровольное исполнение. Его сторонами выступили должник и правопреемник взыскателя по исполнительному производству ,

10 Закона о судебных приставах, часть 5 статьи 14, часть 9 статьи 47, часть 4 статьи 108, статья 123 Закона об исполнительном производстве). Ссылка общества на наличие оснований для отмены исполнительского сбора, мотивированная правовой позицией, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018 (далее – Обзор), в данном случае судом первой инстанции не принята, поскольку в рассмотренном в Обзоре деле мировое соглашение между сторонами исполнительного производства заключено до истечения срока добровольного удовлетворения требования исполнительного документа, что послужило основанием для направления взыскателем в адрес судебного пристава-исполнителя ходатайства об отложении исполнительских действий. В рамках настоящего дела мировое соглашение заключено сторонами 01.02.2021, утверждено судом в редакции от 18.05.2021. Доказательств, свидетельствующих об урегулировании ООО «Промметастрой» и ООО «ЧСИ» спора в период, установленный для добровольного исполнения требований исполнительного документа, определенный постановлением судебного пристава-исполнителя от 02.07.2020 о возбуждении исполнительного производства № 121711/20/35024-ИП, в

характер и не может быть изменена либо отменена частноправовым соглашением между взыскателем и должником. Судом первой инстанции мотивированно отклонена ссылка заявителя на пункт 47 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018 (далее – Обзор № 4 (2018)), поскольку, как верно указано судом, фактические обстоятельства настоящего дела и дела № А40-56800/2017, включенного в этот пункт, различаются. Так, в рассмотренном в Обзоре № 4 (2018) деле мировое соглашение между сторонами исполнительного производства заключено до истечения срока добровольного удовлетворения требования исполнительного документа, что послужило основанием для направления взыскателем в адрес судебного пристава-исполнителя ходатайства об отложении исполнительских действий. Однако в рамках настоящего дела судом первой инстанции установлено и подателем жалобы не отрицается, что мировое соглашение заключено сторонами по делу № А13-16755/2014 только 01.02.2021, а утверждено определением Арбитражного суда Вологодской области от 16 июня 2021 года в редакции от 18.05.2021. При этом доказательств, свидетельствующих

предусмотрены конкретные последствия такого нарушения. Между тем действия судебного пристава-исполнителя, совершенные в ходе ареста и реализации имущества, а также при оценке имущества, выставленного на публичные торги в рамках исполнительного производства, не имеют отношения к порядку проведения торгов и допущенные при аресте, реализации и оценке имущества нарушения не являются основанием для признания торгов недействительными. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в информационном письме от 22.12.2005г. № 101 « Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства указал, что нарушения, допущенные судебным приставом -исполнителем при наложении ареста на имущество должника и его последующей оценке, не являются основанием для признания судом торгов недействительными, поскольку указанные нарушения не связаны с правилами проведения торгов (пункт 6,7). Иных доказательств, свидетельствующих о нарушении правил проведения торгов истицей в нарушение ст.55-57 ГПК РФ не представлены. Просит в удовлетворении исковых требований отказать. Представитель ответчика ООО ТСК «Демский» ФИО4 суду показал, что

требований исполнительного документа указаны не были. Был лишь зафиксирован факт того, что ДД.ММ.ГГГГг. в 09 час. 00 мин. съемка и фото фиксация земельного участка административного истца не ведется. При этом из акта совершения исполнительных действий невозможно установить, каким образом можно подтвердить эти доводы судебного пристава-исполнителя. Фактически, система видеонаблюдения, установленная на земельном участке ФИО6, оснащена системой электропривода, что позволяет в любое время изменять угол обзора видеокамер, которые направлены на земельный участок ФИО1 По мнению административного истца, приведенные обстоятельства указывают на то, что постановление об окончании исполнительного производства от ДД.ММ.ГГГГг. было вынесено судебным приставом-исполнителем ФИО4 преждевременно и нарушило права взыскателя на своевременное и полное исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе. На момент предъявления настоящего административного иска в суд, система видеонаблюдения, установленная на земельном участке ФИО6, ориентирована таким образом, что позволяет производить фото и видеосъемку земельного участка взыскателя (л. д. 49-56). Административный истец ФИО1, ее представитель и представитель заинтересованного лица ФИО2 ФИО3

<адрес>, о чем ДД.ММ.ГГГГ был выдан исполнительный лист, взыскатель ФИО1 (л.д.18-19). ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем Заднепровского РОСП УФССП России по Смоленской области ФИО2 было возбуждено исполнительное производство (л.д.20-21). Согласно акту совершения исполнительных действий от ДД.ММ.ГГГГ, составленному в присутствии двух понятых, на участке по <адрес> имеется четыре камеры видеонаблюдения, одна камера была демонтирована, система видеонаблюдения направлена таким образом, что на камерах не отображается участок ФИО1, то есть исключается его обзор (л.д.62-63). Такой же акт был составлен судебным приставом-исполнителем ДД.ММ.ГГГГ (л.д.22). Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ исполнительное производство окончено ввиду исполнения требований исполнительного документа (л.д.23). Требования ФИО1 сводятся к несогласию с данным постановлением. Согласно ч. 3 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление о признании незаконными решений, действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя может быть подано в суд в течение десяти дней со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Поскольку копия постановления об окончании исполнительного производства получена