исследования представленных в материалы дела доказательств о недоказанности возведения ответчиком спорного пристроя позднее оформления спорной сделки, государственную регистрацию права собственности ответчика на растворный узел вместе с пристроем в 2009 году, учитывая исполнение договора сторонами в момент его заключения, осведомленность истца о принадлежности ответчику спорного строения при участии в рассмотрении споров по делам, возбужденным в 2014 и 2015 годах, и обращение общества «ЭП Декор-Центр» с настоящим иском в суд в 2018, суды, исходя из положений статей 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, о применении которой было заявлено ответчиком, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Также, с учетом установленных по делу обстоятельств и принимая во внимание отсутствие у спорного объекта признаков, установленных в статье 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не усмотрели оснований для признания его самовольнойпостройкой . Приведенные обществом «ЭП Декор-Центр» в кассационной жалобе доводы по существу направлены на
м., мансардный этаж площадью 171,8 кв. м., дом охраны площадью 50,6 кв. м., адрес расположения объектов: Ленинградская обл., Всеволожский муниципальный район, Кузьмоловское городское поселение, городской поселок Кузьмоловский, макрорайон ИЖС «Надежда», ул. Лесная, д. 10. Как видно из договора купли-продажи, победитель торгов приобрел то имущество, которое и было выставлено на торги, со всеми самовольными постройками, сведения о которых были указаны в сообщениях о проведении торгов. Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает, что отсутствие надлежащего оформления самовольных построек и регистрации права собственности Должника на них не имеет значения для проверки соответствия порядка организации и проведения торгов требованиям действующего законодательства, однако могут быть предметом рассмотрения в рамках иного обособленного спора, в частности при оспаривании соответствующих действий (бездействия) финансового управляющего. Также суд первой инстанции, по мнению апелляционной коллегии, правильно указал на то, что природа источника происхождения денежных средств, поступивших в распоряжение победителя торгов для приобретения имущества Должника, не имеет значения ни для финансового
материалы дела представлена копия договора купли – продажи от 17.09.2003, согласно которому истец приобретает у СХА «Зоринское» строительные материалы от разборки здания и сооружения (в том числе и мехток, и весовая). Истец указывает, что по окончании строительства спорные объекты были приняты на баланс СХА «Михайловское». Виду того, что спорный комплекс объектов недвижимости был построен без получения на это необходимых разрешений и без отвода земельного участка под строительство, истец в подтверждение исполнения утвержденного порядка оформлениясамовольнойпостройки представил письмо отдела по управлению муниципальной собственностью и земельным отношениям администрации Марксовского МО Саратовской области от 20.10.2005 № 903 о возможности предоставления СХА «Михайловское» земельного участка в случае признании за ним права собственности на спорные объекты недвижимости; кадастровый план земельного участка от 20.09.2005 № 20/05-736; материалы землеустроительного дела № ЗД/05-129, содержащие пояснительную записку, задание на межевание земельного участка, ситуационный план межуемого земельного участка, акт установления и согласования границ земельного участка и карту (план)
вышеизложенное, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что конкурсным управляющим не было предпринято достаточно мер, направленных на получение соответствующей документации в отношении спорного объекта недвижимости, в том числе, документов указанных выше и представленных в материалы дела в связи с рассмотрением настоящей жалобы. Фактически, отзыв конкурсного управляющего в суде первой инстанции и апелляционная жалоба в части данного довода жалобы ИП ФИО3 сводятся к анализу действующего законодательства на предмет нецелесообразности принятия мер по оформлению самовольной постройки в собственность должника и бесперспективности таких мероприятий. Однако, как верно указано судом первой инстанции, за весь период конкурного производства с 21.03.2014 указанные выводы сделаны конкурсным управляющим без проведения мер, направленных на получение сведений от уполномоченных органов о том, было ли получено предшественником должника разрешение на строительство здания, соответствует ли здание установленным нормам, как объект недвижимости, возможна ли его легализация с целью включения в конкурсную массу. Подобное бездействие правильно расценено судом первой инстанции как
с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). Заявитель апелляционной жалобы не согласен с вынесенным определением ввиду несоответствия выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела. Указывает, что в материалах дела отсутствует инвентаризационная опись имущества должника, соответственно инвентаризация не проведена, указание в отчете о ее проведении не свидетельствует о ее фактическом проведении. Данные о результатах инвентаризации не опубликованы на сайте ЕФРСБ. Считает, что конкурсным управляющим не были предприняты необходимые меры по содействию в оформлении самовольной постройки . По мнению заявителя, конкурсным управляющим произведено намеренное затягивание процедуры банкротства, что привело к необоснованному увеличению расходов. Ссылается на позднее опубликование конкурным управляющим сообщения №1884014 о начале проведения торгов. К отчету не приложен договор с архивариусом ИП ФИО3, считает, что расходы, понесенные в результате заключения договора с архивариусом, не подлежат возмещению. Считает, что необходимо уменьшить вознаграждение за период с октября 2015г. по октябрь 2016г. на сумму 347 655,2руб. Обжалуемое определение, по мнению заявителя,
изъяты> филиала ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» от 21 марта 2012 года право собственности на нежилое здание лит. В, расположенное по адресу: <адрес> не зарегистрировано. ФИО1 приняла наследство после смерти мужа ФИО3 на основании завещания от 18 октября 2000 года и 25 марта 2005 года ей было выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию. Принятие части наследства свидетельствует о принятии его в полном объеме. Поскольку на момент смерти ФИО3 у него имелось право на оформление самовольной постройки , то данное право перешло в порядке наследования и наследнику по завещанию ФИО1 При таких обстоятельствах, суд обоснованно удовлетворил ее требования в полном объеме. 24 января 2008 года умерла мать ФИО2 - ФИО4 Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2, суд правильно исходил из того, что дочь наследодателя ФИО2 наследство после смерти отца - ФИО3 не принимала. Кроме того, не имеется оснований для признания за ФИО2 права собственности на гараж, как наследницы к имуществу
в браке с ним. Никаких правоустанавливающих документов на жилой дом, в котором проживали, не было. Просила его найти расписку на покупку дома, но ФИО6 сказал, что ничего делать не будет. 15 февраля 2017 года ФИО6 выдал ей доверенность на оформление от его имени дом в собственность, представление интересов во всех организациях, в суде. Ни расписок, ни договора купли-продажи дома не было, решили оформить дом как самовольную постройку. Заключила договор аренды земельного участка под оформление самовольной постройки . ФИО6 знал, что она от его имени оформляет дом, но сказал, что сам ездить никуда не будет. В 2003 году был сделан пристрой к дому, площадь дома увеличилась. В период их совместного проживания площадь дома не менялась, но произвели внутренние ремонтные работы, заменили деревянные рамы на стеклопакеты. Когда обратилась к нотариусу за открытием наследства, нотариус сказала первоначально, что жилой дом по ? доли между ней и ФИО1, земельный участок – ? доли
