основанием для составления административным органом в отношении арбитражного управляющего протокола от 05.11.2019 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, и обращения в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к указанной административной ответственности. Рассматривая настоящий спор, установив, что в период с даты заявления ПАО «Сбербанк России» требования о включении в реестр требований кредиторов должника и до рассмотрения его судом в судебном заседании 17.07.2018 – оглашение резолютивной части определения Арбитражного суда Свердловской области от 24.07.2018 по делу № А60-5604/2018 о включении этого требования в реестр требований кредиторов должника, арбитражный управляющий не заявил возражений против включения в реестр требований кредиторов должника требования ПАО «Сбербанк России», заявленного с пропуском срока исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций признали доказанным факт нарушения арбитражным управляющим требований Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур банкротства в
свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Действия судов, которые общество считает процессуальными нарушениями, таковыми не являются. Обстоятельства, составляющие основания для взыскания неустойки, установлены судами и не переоцениваются в кассационном порядке. Возражения общества в отношении заявленной неустойки оценены. Порядок обжалования судебных актов содержится в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации и его необъявление по окончании оглашения резолютивной части , но включение в полный текст решения не составляет несоответствия краткого и мотивированного текстов решения. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определила: отказать обществу с ограниченной ответственностью «ИКФ «Солвер» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации ФИО1
в удовлетворении требований АО «БТА Банк» о признании недействительным соглашения от 19.01.2009 и применения последствий недействительности сделки, о признании недействительной сделки по передаче ООО «Пахра Филдз» земельного участка площадью 764 000 кв.м с кадастровым номером 50:27:002 0118:0101 в счет оплаты паев рентного закрытого паевого инвестиционного фонда «Содружество». В указанной части требования АО «БТА Банк» удовлетворил. В остальной части постановление суда апелляционной инстанции от 07.08.2014 оставил без изменения. Резолютивная часть постановления оглашена 27.11.2014. После оглашениярезолютивнойчасти судом кассационной инстанции было изготовлено и подписано в автоматизированной информационной системе «Судопроизводство» два различных по содержанию мотивированных постановления, в которых указана одна дата оглашения резолютивной части (27.11.2014), но разные даты полных текстов этих постановлений, а именно: 04.12.2014 и 05.12.2014. В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской Федерации, Центральный банк Российской Федерации и общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Джи Эйч Пи» (далее – ООО «УК «Джи Эйч Пи») просят отменить постановление суда
и апелляционной инстанций исходили из следующего. По мнению судов, исковые требования не могут быть удовлетворены по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку заявителем пропущен срок исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в иске. В частности, суды указали, что датой возникновения полномочий ФИО1 как конкурсного управляющего являлась дата оглашениярезолютивнойчасти решения о признании должника банкротом и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства, то есть 17.07.2013 (пункт 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). Суды также отметили, что действуя разумно и добросовестно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, ФИО1 должна была узнать о наличии оснований для оспаривания сделок, являющихся предметом рассмотрения по настоящему обособленному спору,
000 рублей вексельной задолженности, 110 314 рублей 21 копейки процентов и 148 809 рублей расходов по уплате государственной пошлины. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся судебные акты, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на существенное нарушение судами норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что вступил в вексельные правоотношения помимо своей воли. Компания отмечает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для оглашениярезолютивнойчасти решения в связи с поступлением ходатайства о переносе судебного заседания ввиду невозможности явки представителя. По мнению заявителя, судом апелляционной инстанции фактически не была рассмотрена его жалоба на решение суда первой инстанции. В соответствии с частью 1 статьи 291.1, частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней
ФИО2 к административной ответственности указывает, что Управлением по результатам проведенных административных расследований № 00232417 и № 00282417 по заявлениям ООО «Майра», ООО НПК «Зернопродукт» в действиях (бездействии) ФИО2 при осуществлении полномочий конкурсного управляющего ООО «Рикос» установлен состав административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, выразившегося в неисполнении обязанностей, установленных Законом о банкротстве, а именно: - непроведении инвентаризации имущества должника, поименованного в описях 1 -5 от 19.04.2017, в период с 28.11.2016 ( оглашение резолютивной части определения об утверждении ФИО2 конкурсным управляющим) по 19.04.2017 (дата начала составления инвентаризационных описей 1 -5); - непроведение инвентаризации имущества должника, поименованного в описи № 3 от 30.05.2017 в период с 28.11.2016 по 30.05.2017; - необеспечение сохранности нежилых помещений по адресу: ул. Иркутский тракт, д. 51/5, г. Томск, и невзыскание с третьих лиц задолженности за пользование указанными помещениями в период с 28.11.2016 по дату составления протокола; - невключение в сообщения № 1635720 от 01.03.2017
и вознаграждения за процедуру банкротства отсутствующего должника ООО «Торговый дом ЧМД». Возражая против удовлетворения апелляционной жалобы, арбитражный управляющий ФИО2 в отзыве на нее указал, что доводы уполномоченного органа о снижении вознаграждения временного управляющего основаны на неверном толковании пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 г. № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», из положений которого следует, что вознаграждение временного управляющего ФИО2 начисляется за период с 16.02.2016 ( оглашение резолютивной части определения о введении процедуры банкротства наблюдения в отношении ООО «Торговый дом «ЧМД») по 05.07.2016 (оглашение резолютивной части решения о признании ООО «Торговый дом «ЧМД» банкротом и введении конкурсного производства по упрощенной процедуры отсутствующего должника). При этом, вознаграждение временного управляющего за период процедуры наблюдения гарантировано нормами законодательства о банкротстве и может быть снижено за ненадлежащие действия временного управляющего. Однако, в ходе процедуры наблюдения и конкурсного производства уполномоченным органом не подавались жалобы на действия (бездействие)
кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ. Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании представителя ФНС России, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО2 осуществлял полномочия конкурсного управляющего должником в период с 22.12.2015 ( оглашение резолютивной части судебного акта об утверждении конкурсного управляющего должника) по 13.03.2017 (оглашение резолютивной части судебного акта об освобождении от исполнении обязанности конкурсного управляющего должника). Согласно расчету заявителя, за указанный период размер вознаграждения арбитражного управляющего ФИО2 составил 438 000 руб. Возражая против заявленных требований финансового управляющего ФИО2 –ФИО5, ФНС России указала на ненадлежащее исполнение ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего ООО «ТД «АгроТерминал». Рассматривая спор повторно и удовлетворяя частично требование финансового управляющего ФИО5, суд первой инстанции и согласившийся
с представителем истца не была прекращена, не свидетельствует о наличии безусловных оснований для отмены решения, поскольку данное обстоятельство само по себе, в отсутствие сведений о каком-либо воздействии представителя истца на судью, об общении между судом и стороной во время принятия судебного акта не указывает на нарушение норм процессуального права. Прослушанный судом кассационной инстанции фрагмент аудиозаписи судебного заседания 09.07.2020 (временной отрезок после 43 мин. – завершение судебного разбирательства, последующее удаление судьи в совещательную и оглашение резолютивной части решения) не выявил какого-либо общения между судом и представителем стороны. По существу ссылка заявителей жалобы на нарушение судом тайны совещания является бездоказательным предположением. Довод ответчиков о том, что протокол осмотра доказательств от 29.11.2018, составленный нотариусом ФИО4, является недопустимым доказательством, получил надлежащую проверку в суде апелляционной инстанции, который указал, что соответствии с частью 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально
первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к следующим выводам. Суд кассационной инстанции отклоняет довод ответчика об отсутствии в материалах дела аудиозаписи судебного заседания 16.05.2023. Вопреки мнению ответчика, в материалах дела имеется аудиопротокол судебного заседания, состоявшегося 16.05.2023 (том 2, лист 142), на котором зафиксировано в том числе оглашение резолютивной части решения суда первой инстанции. Наряду с этим суд кассационной инстанции признает необоснованными и другие доводы общества. Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 60 – 62, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на
доме, расположенного по адресу <адрес>, оформленных протоколом от декабря 2019 г., Совете дома сведения в отношении ФИО1, что она «мошенница и аферистка», о признании сведений в письменном обращении к собственникам многоквартирного дома о совершении В.Л. преступлений, связанных с клеветой и мошенничеством – присвоении денежных средств собственников дома по <адрес> не соответствующими действительности; обязании ФИО3 огласить на очередном собрании многоквартирного дома и Совете дома резолютивную часть решения суда, а в случае неявки ФИО3 разрешить оглашение резолютивной части решения суда одному из членов Совета МКД. В обосновании указала, что 28.11.2019 г. состоялось заседание Совета МКД № <адрес>, на котором слушался вопрос об одностороннем расторжении договора управления с ООО УК «ТемпСервис» и знакомство с новой управляющей компанией ООО УК «Жилищник» в лице директора К.С. (ИНН <***>). На Совете МКД ФИО3 высказывались оскорбления в адрес ФИО1, что также отражено в распечатанном ФИО3 обращения к собственникам от имени Совета дома, в котором она безосновательно
административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 30.8 КоАП РФ решение по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении оглашается немедленно после его вынесения. Из материалов дела следует, что судьей Муромского городского суда в судебном заседании 29 ноября 2012 года была изготовлена и оглашена лишь резолютивная часть решения (л.д. 236). На это указано и в протоколе судебного заседания (л.д. 235 на обороте). Изготовление и оглашение резолютивной части решения с последующим изготовлением мотивированного решения по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении КоАП РФ не предусмотрено (в соответствии с ч. 1 ст. 29.11 КоАП РФ возможно оглашение резолютивной части только постановлений по делам об административных правонарушениях). Таким образом, при рассмотрении настоящего дела судьей Муромского городского суда допущены грубые нарушения процессуальных требований, влекущие необходимость отмены решения и удовлетворения жалобы. Руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 30.7, ст. 30.9 КоАП Российской Федерации,
