кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. При этом суд исходил из того, что истец, как орган местного самоуправления, не полномочен заявлять о недостаточности бюджетных ассигнований из федерального бюджета, поскольку он не является непосредственным получателем средств федерального бюджета. Субвенции из федерального бюджета на осуществление полномочий по первичному воинскому учету на территориях, где отсутствуют военные комиссариаты, поступают в бюджеты муниципальных образований из бюджетов субъектов. Данное обстоятельство имеет существенное значение для определения надлежащего ответчика . Таким образом, Российская Федерация является ненадлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям. Иное толкование заявителем положений гражданского и бюджетного законодательств не свидетельствует об их неправильном применении судом. Существенного нарушения норм материального права, а также требований процессуального законодательства, повлиявших на исход судебного разбирательства, судом не допущено. Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определила: отказать Администрации города Покачи в передаче кассационной жалобы для рассмотрения
о возмещении убытков (статей 15, 16, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации), на которых основан иск и которыми руководствовались суды. Оценка относимости представленных доказательств к заявленным расходам и обоснованности расходов, в том числе на оплату услуг представителя, понесенных в рамках рассмотрения настоящего дела, находится в компетенции судов первой и апелляционной инстанций, которые исследовали представленные доказательства несения расходов и установили их обоснованность в удовлетворенном размере. Изложенные в кассационной жалобе доводы, в том числе касающиеся определения надлежащего ответчика , являлись предметом рассмотрения судов. Поскольку обстоятельства дела установлены судами в полном объеме, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для передачи жалобы в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не имеется. При таких обстоятельствах оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не имеется. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать Департаменту
установил: принятым при новом рассмотрении спора после отмены ранее состоявшихся судебных актов постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 04.04.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.06.2023, определение Арбитражного суда Красноярского края от 01.02.2018 отменено, договор от 12.12.2015 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки, за ФИО1 признано право требования со ФИО2 уплаченных за автомобиль 50 000 рублей. В кассационной жалобе ФИО1 просит об отмене судебных актов, ссылаясь на процессуальные нарушения при определении надлежащего ответчика . В силу части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких
у Учреждения исходя из его устава полномочий на осуществление соответствующих работ подлежит отклонению, поскольку в силу пункта 11 статьи 47.6 Закона № 73-ФЗ в случае, если объект культурного наследия предоставлен на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления унитарному предприятию или учреждению, охранное обязательство подлежит выполнению унитарным предприятием или учреждением. Функциональное распределение обязанностей в отношении имущества, находящегося в ведении Министерства, между его различными структурными подразделениями и подведомственными ему учреждениями и предприятиями не влияет на определение надлежащего ответчика в данном случае. Учитывая изложенное, кассационная инстанция находит выводы судов по существу спора правильными. Поскольку решение суда было изменено апелляционным судом в части судебных расходов, исходя из статей 180, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует оставить в силе постановление апелляционного суда. Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа п о с т а н о в и л: постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от
должно было знать об отсутствии правомочий на сдачу вещи в аренду. В соответствии с разъяснениями абзаца пятого пункта 12 Постановления № 73 такое же требование может быть предъявлено собственником к арендатору, который, заключая договор аренды, знал об отсутствии у другой стороны правомочий на сдачу вещи в аренду. В случае если и неуправомоченный арендодатель и арендатор являлись недобросовестными, они отвечают по указанному требованию перед собственником солидарно (пункт 1 статьи 322 ГК РФ). Таким образом, определение надлежащего ответчика по иску правообладателя о взыскании доходов от незаконной сдачи имущества в аренду неуправомоченным лицом напрямую зависит от оценки судом добросовестности сторон сделки (арендодателя и арендатора) в зависимости от совокупности обстоятельств, включающей в себя сведения о наличии у арендатора на момент заключения договора аренды информации об отсутствии у арендодателя, в данном случае у ИП ФИО3 правомочия на сдачу помещений в аренду, в том числе после 28.02.2022, с целью подтверждения или опровержения добросовестности арендатора, то
с которыми начало течения срока давности связал с датой выдачи исполнительного листа по делу № 2-711/2019 в отношении ООО «ИЖ-СТРОЙТОРГ». По мнению ФИО1, трехлетний срок исковой давности подлежит исчислению с момента внесения в ЕГРЮЛ записи об исключении ООО «ИЖ-СТРОЙТОРГ» (10.06.2020), который на момент обращения в арбитражный суд (21.12.2022) не истек. Указала, что обвинительный приговор, которым установлено, что фактическим руководством и распоряжением полученными денежными средствами в ООО «ИЖ-СТРОЙТОРГ» занимался ФИО2, вынесен 30.08.2021. Таким образом, определение надлежащего ответчика ФИО2 ранее 30.08.2021 было невозможно. О наличии обвинительного приговора узнала только 13.12.2022 при ознакомлении с документами, полученными от финансового управляющего. О возможности заявления требования кредитора должник и финансовый управляющий надлежащим образом ее не уведомляли, в том числе и о возбуждении дела о банкротстве, что является уважительной причиной пропуска срока для включения в реестр требований кредиторов. До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым просит
у Учреждения исходя из его устава полномочий на осуществление соответствующих работ подлежит отклонению, поскольку в силу пункта 11 статьи 47.6 Закона № 73-ФЗ в случае, если объект культурного наследия предоставлен на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления унитарному предприятию или учреждению, охранное обязательство подлежит выполнению унитарным предприятием или учреждением. Функциональное распределение обязанностей в отношении имущества, находящегося в ведении Министерства, между его различными структурными подразделениями и подведомственными ему учреждениями и предприятиями не влияет на определение надлежащего ответчика в данном случае. К тому же в данном случае на Учреждение возложена обязанность выполнить работы, предусмотренные охранным обязательством, в рамках осуществления хозяйственной деятельности, которые не требуют получения разрешения уполномоченного органа охраны объектов культурного наследия и наличия сотрудников, обладающих необходимой квалификацией для выполнения ремонтно-реставрационных работ. Передача здания в пользование Комендатуре также не освобождает Учреждение как зарегистрированного правообладателя от ответственности за исполнение охранного обязательства. Учитывая изложенное, кассационная инстанция находит обжалуемые решение и постановление законными и
ч. ч. 1 - 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. С учетом заявленных требований и представленных доказательств, обстоятельством, имеющим значение для дела при разрешении заявленного спора, является определение надлежащего ответчика по делу. В ходе судебного разбирательства суд разъяснял стороне истца право предъявить иск к работодателю, однако сторона истца настаивала на предъявлении исковых требований к Муниципальному бюджетному общеобразовательному учреждению «Советская средняя школа № с крымскотатарским языком обучения» Советского района Республики. В соответствии с ч. 2 ст. 41 ГПК РФ в случае, если истец не согласен на замену ненадлежащего ответчика другим лицом, суд рассматривает дело по предъявленному иску. Таким образом, предъявление иска к ненадлежащему ответчику
соответствии со ст. 44 ГПК РФ определением суда от {Дата изъята} на основании заявления представителя истца произведена замена ответчика ТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Кировской области на МТУ Росимущества в Удмуртской республике и Кировской области. Определением от 12.02.2019 г. к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Администрация г. ФИО8, УФК по Кировской области. В судебном заседании представитель истца ФИО3 поддержал доводы иска, на их удовлетворении настаивал с учетом уточнения, определение надлежащего ответчика по делу оставил на усмотрение суда. Представитель ответчика Межрегионального ТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Удмуртской республике и Кировской области ФИО4 в судебном заседании требования иска не признала. Пояснила, что предмет залога – гараж, находится на земельном участке, который на момент открытия наследства, принадлежал муниципальному образованию «Город Киров», следовательно, гараж, как выморочное имущество, также переходит в муниципальную собственность, в связи с чем, надлежащим ответчиком по делу является администрация г. ФИО8. Представитель
