Коллегия пришла к обоснованному выводу о том, что ФИО2 в период осуществления полномочий председателя Ростовского областного суда в нарушение приведенных выше требований Закона о статусе судей и Кодекса судейской этики опосредованно (через Ю<...> допустила внепроцессуальное общение с участниками судебного разбирательства. Кроме того, при осуществлении организационно-распорядительных полномочий, вопреки положениям Кодекса судейской этики, она ограничивала независимость судей, оказывала давление на них с целью повлиять на деятельность судей по отправлению правосудия. ВККС РФ правильно установила, что допущенные ФИО2 нарушения при исполнении обязанностей судьи носят исключительный характер, являются существенными, виновными и несовместимыми с высоким званием судьи, поскольку умаляют авторитет судебной власти, причиняют ущерб репутации как судьи и как председателя суда , вызывают сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности суда, что свидетельствует о наличии оснований, предусмотренных пунктами 1 и 5 статьи 121 Закона о статусе судей, для наложения дисциплинарного взыскания в виде досрочного прекращения полномочий судьи. При принятии решения ВККС РФ приняты во внимание
принципов судебной системы относит самостоятельность судебной власти, ее независимость от законодательной и исполнительной властей (статья 1), самостоятельность судов и независимость судей, недопустимость вмешательства в деятельность суда (статья 5). Дополняют ряд нормативных актов, обеспечивающих независимость судебных органов в сфере судоустройства, нормы о финансовой самостоятельности судов. Так, статья 124 Конституции Российской Федерации предусматривает, что финансирование судов производится только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществленияправосудия. Пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 08.01.1998 № 7-ФЗ «О Судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации» определено, что Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации является федеральным государственным органом, осуществляющим организационное обеспечение деятельности верховных судов республик, краевых и областных судов, судов городов федерального значения, судов автономной области и автономных округов, арбитражных судов округов, арбитражных апелляционных судов, арбитражных судов республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов, районных, городских и межрайонных судов, окружных (флотских) военных судов, гарнизонных военных судов,
в ненаправлении ему копии процессуального документа, принятого при осуществлении надзорных полномочий и не связанного с уголовным преследованием, не подпадающего под признаки, установленные статьей 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации с учетом приведенных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, является неправильным. Судьи апелляционной и кассационной инстанций, признавая законным определение судьи об отказе в принятии административного искового заявления, не дали правовой оценки тому факту, что аналогичные требования были заявлены ФИО1 25 февраля 2021 года в порядке, установленном статьей 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в принятии которых также отказано вступившим в законную силу постановлением судьи Евпаторийского городского суда Республики Крым от 26 февраля 2021 года. Исходя из вышесказанного судебные акты судей судов первой, апелляционной и кассационной инстанций подлежат отмене, как принятые с существенным нарушением норм процессуального права и права административного истца на доступ к правосудию. На основании изложенного судья Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 327 -330 Кодекса административного
и определением от 24.01.2018 в соответствии со статьей 281 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вернул жалобу заявителю. Не согласившись с определением о возврате кассационной жалобы, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой. Заявитель полагает, что суд третьей инстанции ошибочно не усмотрел правовых оснований для восстановления пропущенного заявителем срока на кассационное обжалование и неправомерно вернул жалобу заявителю. ФИО1 настаивает, что оспариваемое определение вынесено с нарушением такого принципа отправления судебной власти, как осуществление правосудия только судом . Кроме того, суд при вынесении определения о возврате кассационной жалобы неверно указал дату, как получения письма от конкурсного управляющего ? 20.11.2017 вместо верной даты 20.12.2017. Проверив законность определения Арбитражного суда Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 291 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего. Согласно части 1 статьи 288.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –
2009 г. по делу N А75-6058/2007). Действующим законодательством о несостоятельности (банкротстве) не установлено прав отдельных кредиторов, либо собрания кредиторов, давать оценку деятельности арбитражного управляющего, в том числе признавать итоги работы конкурсного управляющего неудовлетворительными. При этом решение вопроса о том, имеет ли место неисполнение либо ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных обязанностей, относится к исключительной компетенции суда, в силу норм законодательства о несостоятельности (банкротстве) (п.1 ст.145 Закона). Иное нарушало бы такие основополагающие принципы права, как осуществление правосудия только судом (п.1 ст.118 Конституции Российской Федерации), осуществление правосудия арбитражными судами (ст.1 АПК РФ), порядок рассмотрения дел о банкротстве арбитражным судом (п.1 ст.6 Закона о банкротстве). Имеющаяся арбитражная практика исходит из того, что признание деятельности арбитражного управляющего (в том числе на стадии наблюдения) как оценка его работы - удовлетворительной или неудовлетворительной собранием кредиторов, законом не предусмотрено (Постановление ФАС Московского округа от 07.06.2000 N КА-А40/2188-00). Исходя из этого, доводы кредиторов о том, что собрание кредиторов не
«Ивсиликат» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд Костромской области с заявлением об отмене решения от 15.02.2008 Костромского экономического арбитража (далее – Третейский суд) по делу № 1107/13, принятого по иску общества с ограниченной ответственностью «Юридическое бюро «Ваше право» (далее – Юридическое бюро) к Обществу. Суд первой инстанции определением от 11.04.2008 отменил решение Третейского суда на основании пункта 2 части 3 статьи 233 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку Третейский суд нарушил принцип осуществленияправосудия только судом (отсутствуют доказательства наделения Когана Б.Л. полномочиями третейского судьи) и принцип независимости суда (назначение третейского судьи лицом, являющимся одновременно председателем Третейского суда и руководителем истца по третейскому делу). Суд также сослался на пункт 1 части 2 названной нормы, посчитав третейское соглашение недействительным, как предусматривающим передачу могущих возникнуть между сторонами споров на разрешение судье, находящемуся в непосредственных отношениях с руководителем Юридического бюро. Не согласившись с состоявшимся судебным актом, Юридическое бюро обратилось в Федеральный арбитражный суд
уголовное дело подсудно мировому судье. Суд верно указал на то, что как суд апелляционной инстанции, он не вправе подменять мирового судью, и принимать к производству уголовное дело, которое, в соответствии с ч.1 ст.31 УПК РФ, подсудно мировому судье. Не передача дела в отношении ФИО1 по подсудности мировому судье влечет нарушение его права на судебную защиту, право на рассмотрения дела тем судьей, к подсудности которого отнесено рассмотрение дела; равенство всех перед законом и судом, осуществление правосудия только судом соответствующего вида судопроизводства и независимости судей. В соответствии с ч.3 ст.8 УПК РФ, подсудимый не может быть лишен права на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено настоящим Кодексом Доводы апелляционной жалобы обвиняемого ФИО1 о нарушении судьей первой инстанции уголовно-процессуального закона, в связи с вынесением постановления о передаче дела по подсудности в его отсутствие, являются несостоятельными, поскольку постановление о передаче уголовного дела по подсудности было
постановление подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, и существенным нарушением уголовно-процессуального закона, и полагает необходимым вынести новое решение. Принципы уголовного судопроизводства, закрепленные в статьях 6, 6.1, 7, 8, 11, 15, 17, 19 главы второй УПК РФ, в соответствии с которыми уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц, потерпевших от преступлений, обеспечение возможности осуществления этих прав, законность осуществления судопроизводства в разумный срок, осуществление правосудия только судом при создании необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, судом первой инстанции при разрешении жалобы ФИО1 в порядке ст.125 УПК РФ в должной мере соблюдены не были. Из материалов дела, представленных в суд апелляционной инстанции, на основании которых в порядке ст.125 УПК РФ разрешена жалоба ФИО1 на незаконное бездействие должностных лиц ОМВД России по Сегежскому району, следует, что вопреки фактическим обстоятельствам дела суд первой инстанции в порядке
подсудно Ленинскому районному суду по следующим основаниям. Согласно ст.47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. В соответствии с ч.1 ст. 34 УПК РФ судья, установив при разрешении вопроса о назначении судебного заседания, что поступившее уголовное дело не подсудно данному суду, выносит постановление о направлении данного уголовного дела по подсудности. Вышеприведенные конституционные и уголовно-процессуальные нормы, предписывающие осуществление правосудия только судом в соответствии с установленной подсудностью и с соблюдением законодательно закрепленных правил. Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 291.2 УК РФ. Согласно ч. 2 ст. 31 УПК РФ районному суду подсудны уголовные дела о всех преступлениях, за исключением дел, указанных в частях первой (в части подсудности уголовных дел мировому судье) и третьей настоящей статьи. В соответствии с ч. 1 ст. 31 УПК РФ мировому судье подсудны
судебную защиту его прав и свобод, возлагает на суд обязанность обеспечить справедливую процедуру принятия судебных решений. В соответствии с ч.1 ст.47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. Конституционные гарантии реализации права на судебную защиту посредством справедливого судебного разбирательства получили закрепление и в чч. 1 и 3 ст.8 УПК РФ. Вышеприведенные конституционные и уголовно-процессуальные нормы, предписывающие осуществление правосудия только судом в соответствии с установленной подсудностью и с соблюдением законодательно закрепленных правил, при принятии судом к производству и разрешении по существу уголовного дела в отношении ФИО1 были нарушены. Из материалов дела следует, что уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.291.2 УК РФ, поступило в Кугарчинский межрайонный суд Республики Башкортостан 4 июля 2017 года. Согласно п.1 ч.1 ст.228 УПК РФ по поступившему в суд уголовному делу судья должен выяснить,
