целью избежать исключения из числа акционеров «общества «Ассоциация специалистов информационных систем» (дело № А56-114097/2017); фактически ФИО2 (даритель) сохранил контроль над акциями, подаренными обществу «Ассоциация специалистов по безопасности» (одаряемый). Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Кодекса представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 166 - 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, установив, что ответчики при заключении договора дарения имели намерение создать те правовые последствия, которые наступают при совершении такой сделки, передача имущества в собственность одаряемого состоялась, при этом факт сохранения дарителем контроля над отчужденными акциями не доказано, пришел к выводу о недоказанности истцом наличия признаков, в силу которых спорная сделка может быть признана мнимой. Суд также отметил, что истцом не доказано, что оспариваемая сделка нарушает его права. Доводы о нарушении Солодянниковым А.В. преимущественного права истца на приобретение акций были отклонены с учетом судебных актов по делу № А56-18282/2018. Суды апелляционной инстанции и округа согласились с выводами суда
встречного предоставления, в результате чего уменьшился размер имущества должника, причинен вред имущественным правам кредиторов. Применяя последствия недействительности сделки, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 4, 16, 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, и исходил из того, что действия ответчика по дарению спорной квартиры в период рассмотрения настоящего спора в пользу третьих лиц - малолетних детей являются злоупотреблением правом, передача имущества в собственность малолетних детей свидетельствует о мнимости сделки, поскольку сторону не преследовали цели создания соответствующих правовых последствий - имущество фактически осталось во владении ответчика. Суд округа поддержал выводы суда апелляционной инстанции. Исходя из вышеизложенного, оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не имеется. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд ОПРЕДЕЛИЛ: отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном
правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 166-168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 7, 8, 86, 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», установив, что у ответчиков при заключении договора купли-продажи подлинная воля была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении такой сделки ( передача имущества в собственность покупателя, осуществление платежей по договору), пришли к выводу о недоказанности обществом «Строительство. Бизнес. Коммерция.» наличия признаков, в силу которых спорная сделка может быть признана мнимой или притворной. Суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанции. Доводы кассационной жалобы не опровергают приведенные выводы судов, направлены на переоценку обстоятельств, установленных судами, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и в силу статьи 291.6 АПК РФ не
имущество. Неисполнение в добровольном порядке данных требований явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим иском. Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчик не передал предусмотренное договором имущество истцу ни во временное пользование, ни в собственность по первому этапу, а также не предоставил Фирме техническую документацию, чем допустил существенное нарушение условий договора. При этом суд указал, что акт приема-передачи имущества во временное пользование от 10.10.2012 и акт приема- передачи имущества в собственность по I этапу от 21.11.2012 сторонами подписан формально. Повторно исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 432, 450, 455 Гражданского кодекса, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, отменил решение суда первой инстанции, отказал в удовлетворении требований, придя к обоснованному выводу, что установленные экспертами несоответствия нумерации оптических волокон и марки оптического кабеля, указанных в спорном договоре и фактически имеющихся, не являются существенным нарушением условий договора,
суда Кемеровской области (судья Серафимович Е.П.) в удовлетворении иска отказано. Постановлением от 02.02.2015 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение отменено, принят новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Соглашение от 24.08.2012 о проведении ремонтно-восстановительных работ имущественного комплекса оздоровительного лагеря «Чайка», заключенное между Комитетом и ФИО2 признано недействительным. Комитет обратился с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить, оставить в силе решение. В обоснование жалобы указывает, что выводы апелляционного суда о таком предмете соглашения как передача имущества в собственность не соответствуют закону и обстоятельствам, поскольку условие соглашения о передаче муниципального имущества в собственность противоречит действующему законодательству, а целью соглашения является проведение ремонтно-восстановительных работ. Считает выводы суда первой инстанции о квалификации договора как договора подряда и о его незаключенности верными. Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе. Судом установлено, что между Комитетом и ФИО2
условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне. Признавая требования Общества обоснованными и отклоняя возражения Компании, суды исходили из того, что обязательства продавца по Договору исполнены в результате передачи покупателю Имущества по акту, а также передачи ему прав на земельный участок, на котором расположены водные объекты. При этом суды не учли, что по смыслу статьи 454 ГК РФ договором купли-продажи опосредуется передача имущества в собственность от одного лица другому лицу за определенную цену. Суть обязательства продавца по договору купли-продажи заключается не только в фактической передаче имущества, но и в передаче титула собственника этого имущества. Права на земельный участок в качестве объекта продажи в Договоре не указаны. Возражая против удовлетворения иска, Компания указывала, что отдельные объекты, составляющие Имущество, - пруды, стоимость которых учтена в общей стоимости Имущества, указанной в пункте 2.1 Договора, поименованные сторонами в приложении № 1 в
63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», действия по исполнению гражданско-правовой сделки могут быть оспорены в самостоятельном порядке, без оспаривания основания для осуществления такого исполнения (договоров купли-продажи) (статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве), в связи с чем ссылки кассатора на то, что заявителями выбран ненадлежащий способ защиты права подлежат отклонению как основанный на ошибочном толковании норм права. Исполнением со стороны продавца договоров купли-продажи имущества является передача имущества в собственность покупателю, при этом моментом перехода права собственности считается момент регистрации права собственности за покупателем (пункты 1, 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 223, пункт 1 статьи 550, статья 551 ГК РФ). ФИО5, настаивая, по сути, на изъятии недвижимости из конкурсной массы должника, противопоставляет свое имущественное требование требованиям иных кредиторов ФИО2 - третьих лиц, не являющихся сторонами договора купли-продажи. Для таких лиц считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются
материалов дела следует. Что 21 октября 2020 г. между истцом ФИО2 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи оборудования, предметом которого является спорное арестованное 29 сентября 2021 г. имущество (оборудование). Согласно ч. 1 ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Таким образом, правовыми последствиями договора купли-продажи являются передача имущества в собственность другой стороне и оплата последним за передаваемое имущество определенной денежной суммы (цены). В соответствии со ст. 454 ГК РФ правовыми последствиями договора купли-продажи являются передача имущества в собственность другой стороне и оплата последним за передаваемое имущество определенной денежной суммы (цены). В свою очередь правовым последствием возникновения права собственности, в силу ст. 209 ГК РФ является возникновение у собственника правомочий по владению, пользованию и распоряжению своим имуществом. То обстоятельство, что ФИО2 фактически не передавал
