нарушением правил совершения сделок с заинтересованностью (уведомление о ее совершении не направлялось), так и в случаях, когда уведомления были направлены, но требования о проведении общего собрания участников (акционеров) или заседания совета директоров общества для решения вопроса об одобрении сделки не заявлялись. При этом указанные лица не обязаны предварительно перед предъявлением иска о признании сделки с заинтересованностью недействительной обращаться с требованием о проведении общего собрания участников (акционеров) или заседания совета директоров общества для решения вопроса о последующем одобрении сделки. Наличие решения об одобрении сделки с заинтересованностью не является основанием для отказа в удовлетворении требования о признании ее недействительной . При его наличии бремя доказывания того, что сделка причинила ущерб интересам общества, возлагается на истца (пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 25. Требование о предоставлении информации о сделке, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть предъявлено в случае, если
на новое рассмотрение, ссылаясь на существенное нарушение норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на неправильное применение статьи 168, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). Банк утверждает, что при заключении договора ипотеки действовал как кредитная организация, не отклоняясь от стандарта добросовестности и осмотрительности; стоимость имущества, переданного в залог, была соразмерна сумме кредита; признание недействительным аукциона по продаже ценных бумаг не влечет автоматическое признание всех последующих сделок недействительными . Заявитель настаивает, что истцами был пропущен срок исковой давности. В соответствии с частью 1 статьи 291.1, частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых
ФИО4, ФИО1), и связь между ними, суды пришли к выводу о том, что о совершении оспариваемой сделки и об обстоятельствах ее совершения общество «Картер-Крым» и указанные лица знали непосредственно в день заключения договора купли-продажи, то есть 25.12.2014. Поэтому на момент подачи иска срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной истек. При этом сам по себе переход доли к ФИО3 на основании договора купли-продажи доли от 17.11.2016, заключенного между иностранной организацией, представителем которой являлся ФИО1, и ФИО3, а также последующая смена директора общества «Картер-Крым» не влияют на течение срока исковой давности по требованию хозяйственного общества о признании крупной сделкинедействительной и применении последствий ее недействительности. Трехлетний срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, исчисляемый с момента начала исполнения спорного договора купли-продажи на дату обращения в суд с настоящим иском также истек. Вывод судов о пропуске срока исковой давности сделан с учетом конкретных обстоятельств данного
что при заключении кредитных договоров и договоров ипотеки ООО КБ «Конфидэнс Банк» действовало как кредитная организация, не отклоняясь от стандарта добросовестности и осмотрительности, в частности, в рамках Положения о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» № 254-П от 26.03.2004, действовавшего на момент заключения кредитных договоров; стоимость имущества, переданного в залог, была соразмерна сумме кредита. Признание недействительными договоров купли-продажи не влечет автоматическое признание всех последующих сделок недействительными . В частности, в обжалуемом определении не ставился вопрос о признании недействительными сделками кредитных договоров и договоров ипотеки, ровно, как и не заявлялось финансовым управляющим должника ФИО1 Суд применяя положения статьи 61.6 Закона о несостоятельности (банкротстве), нарушил установленный принцип двусторонней реституции, фактически приравняв заявление финансового управляющего должника ФИО1 о признании недействительной сделки к виндикационному иску. Оспариваемым судебным актом принято решение по требованиям, которые истец (финансовый управляющий ФИО1) не заявлял, и по основаниям,
в предшествующее заключению договоров положение, а именно: обязании ПАО «АВТОВАЗ» возвратить указанную в п. 1.1 просительной части настоящего иска многооборотную металлическую и пластмассовую тару в пользу ООО «Тара+». Как отметила судебная коллегия, из материалов дела следует, что истец не является участником ООО «Тара+» и не является акционером ПАО «АВТОВАЗ». Не является стороной по оспариваемым им сделкам. Доводы истца, что применение судами реституции по ничтожным сделкам-мировым соглашениям, влечет за собой такую реституцию, как признание всех последующих сделок недействительными , противоречат положениям статьи 167 ГК РФ. Кроме того, в нарушение ст. 65 АПК РФ истцом не предоставлены доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «Тара+» и ПАО «АВТОВАЗ» в своих договорных отношениях использовали тару, в отношении которой истец предъявлял требования и каким образом нарушены права истца на извлечение прибыли от использования тары в рамках договоров оказания услуг от 28.12.2012 №№261036, 261035. Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и
ОАО «АВТОВАЗ» в предшествующее заключению договоров положение, а именно: обязании ОАО «АВТОВАЗ» возвратить указанную в п. 1.1 просительной части настоящего иска многооборотную металлическую и пластмассовую тару в пользу ООО «Тара+». Из материалов ела следует, что истец не является участником ООО «Тара+» и не является акционером ОАО «АВТОВАЗ». Не является стороной по оспариваемым им сделкам. Доводы истца, что применение судами реституции по ничтожным сделкам - мировым соглашениям, влечет за собой такую реституцию, как признание всех последующих сделок недействительными , противоречат положениям статьи 167 ГК РФ. Между тем, отказывая в удовлетворении требований истца о применении последствий недействительности сделок - мировых соглашений, судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее. Мировое соглашение представляет собой соглашение сторон, то есть сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора (статья 421 ГК
в предшествующее заключению договоров положение, а именно: обязании ПАО «АВТОВАЗ» возвратить указанную в пункте 1.1 просительной части настоящего иска многооборотную металлическую и пластмассовую тару в пользу ООО «Тара+». Как отметила судебная коллегия, из материалов дела следует, что истец не является участником ООО «Тара+» и не является акционером ПАО «АВТОВАЗ». Не является стороной по оспариваемым им сделкам. Доводы истца, что применение судами реституции по ничтожным сделкам-мировым соглашениям, влечет за собой такую реституцию, как признание всех последующих сделок недействительными , противоречат положениям статьи 167 ГК РФ. Кроме того, в нарушение статье 65 АПК РФ истцом не предоставлены доказательства, свидетельствующие о том, что ООО «Тара+» и ПАО «АВТОВАЗ» в своих договорных отношениях использовали тару, в отношении которой истец предъявлял требования и каким образом нарушены права истца на извлечение прибыли от использования тары в рамках договоров оказания услуг от 28.12.2012 №261036, 261035. По результатам заявленного требования о двусторонней реституции какого-либо исполнения истец не
размере 30050 руб. 85 коп. считали обоснованными. В качестве оснований доначисления Обществу налога на добавленную стоимость в размере 628 071 руб. 15 коп. привели такие доводы как: мнимость сделки купли-продажи от 01.07.2005 года, заключенной между Обществом и ООО «Промснабкомплект» в связи с неполучение денежных средств по данной сделке, отсутствием перехода права собственности на проданный автотранспорт и фактической передачи этого транспорта, а также отсутствием подписи руководителя и печати Общества, что влечет за собой признание всех последующих сделок недействительными : сделки купли-продажи между ООО «Промснабкомпелкт» и ЗАО «Европлан», и сделки между ЗАО «Европлан» и Обществом (договоры лизинга), которые являются последствием первоначальной мнимой сделки купли-продажи, не создающей правовых последствий. В части начисления штрафных санкций на НДФЛ пояснили, что правомерно при расчете суммы удержанного, но неправомерно неперечисленного Обществом налога на доходы физических лиц, учитывали сумму в размере 26 331 руб., числящуюся как сальдо на 01.01.2005 года, и включали ее при расчете пени и
иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку. Обращаясь в суд с иском ФИО8 и ФИО12 ссылаются на то обстоятельство, что по их заявлениям было произведено формирование спорных земельных участков, и в силу того, что они только в январе 2016 года узнали о публикации их права на предоставлении земельных участков были нарушены. Однако, признание договоров аренды земельных участков на спорные земельные участки, а равно признание всех последующих сделок недействительными , не дают ФИО8 и ФИО12 преимущественного права на их предоставление. Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Как разъяснено в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской
ОАО «РЖД», и чтобы последний мог в дальнейшем ими распорядится по своему усмотрению в пользу истца ФИО1, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО6 просили отказать. Ответчик ФИО4 и его представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1 в полном объеме и пояснили, что истец ФИО1 не является стороной по оспариваемым им по признакам недействительности сделкам. Законом не предусмотрено такого способа защиты нарушенного права лица, считающего себя собственником спорного имущества, как признание всех последующих сделок недействительными . Для этого ФИО1 необходимо было обращаться в суд с требованиями об истребовании имущества из чужого незаконного владения в порядке виндикационного иска, предусмотренного ст. 302 ГК РФ. Кроме того, считают, что истец неправомерно требует признания всех сделок недействительными и передачи спорного имущества ОАО «РЖД», в то время как ОАО «РДЖ» с такими требованиями в суд не обращалось, а ФИО1 не вправе за ОАО «РЖД» решать судьбу спорного имущества и обращаться в суд
районного суда г.Махачкалы отменить, вынести новое решение, которым удовлетворить ее исковые требования в полном объеме. В обоснование жалобы указано, что судом неверно определены обстоятельства дела, неверно применены сроки исковой давности, дана не правильная оценка доказательствам, имеющимся в деле, полностью игнорированы вступившие в законную силу судебные решения, а также доводы истца. Суд первой инстанции не принял во внимание их доводы о том, что правовыми последствиями недействительности договора купли-продажи земельного участка от <дата>, является признание всех последующих сделок недействительными . Суд первой инстанции в своем решении устанавливает добросовестность ответчиков, о котором сами ответчики не просили, и нет решения суда о признании их таковыми. Судом первой инстанции в удовлетворении требования об истребовании имущества из незаконного владения отказано, ссылаясь на то, что фактическим владельцем участка является третье лицо ФИО9, а не ответчики. Однако, суд, установив этот факт, не поставил вопрос о привлечении ФИО9 к делу в качестве соответчика. В качестве оснований для отказа
