Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание установленные по другому делу обстоятельства, подтверждающие факт наличия ипотеки на спорное имущество в пользу банка, удовлетворили иск по мотиву отсутствия правовых оснований для прекращения права залога на недвижимое имущество, принадлежащее обществу. Доводы заявителя о пропуске истцом срока исковой давности были предметом оценки и исследования судов, обоснованно отклонены по причине продажи заложенного имущества без согласия залогодержателя, которому стало известно о незаконности прекращения ипотеки в связи с выбытием из собственности первоначальных залогодателей. Возражения общества о том, что оно не знало и не могло знать, что приобретаемое им по договору купли-продажи имущество является предметом залога, судами отклонены с учетом судебных актов по другому делу, в рамках которого установлены обстоятельства наличия ипотеки на спорное имущество в пользу банка, опровергающие добросовестность общества при приобретении им у первоначального залогодателя заложенного имущества. Несогласие
привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Ходатайство со ссылкой на статью 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации мотивировано тем, что согласно решениям арбитражного суда №А28-3907/2010, №А28-4444/2010, №А28-4445/2010 в счет погашения задолженности перед Банком обращено взыскание на заложенное имущество ООО СК «УЗАНС», выданы исполнительные листы. Вместе с тем должником предприняты меры, направленные на затягивание процесса взыскания задолженности, в том числе ликвидация предприятия, продажа заложенного имущества без согласия Банка, подача заявления о признании банкротом после передачи имущества на торги. Письмом от 06.08.2013 должник сообщил Банку об отсутствии у него иных кредиторов. Указанные действия, по мнению заявителя, свидетельствуют о злоупотреблении должником своими правами и введении арбитражный суд в заблуждение относительно его несостоятельности. Должник представил отзыв, просит отказать в удовлетворении ходатайства, указывая на отсутствие правовых оснований для привлечения в деле о банкротстве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. По
МФЦ одновременно (т.11.3 л.д.99). На момент совершения перечисленных действий ФИО11 было известно о притязании Фонда на заложенное имущество, так как ему была направлена претензия от 25.08.2017, им составлен ответ от 25.08.2017 (т.11 л.д.16, 17), Арбитражным судом Забайкальского края 18.12.2017 было вынесено решение по делу № А78-12519/2017 о взыскании долга с ООО «Иннострой». Таким образом, с целью избежания обращения на заложенное имущество, должником совершенны незаконные действия по погашению записи об ипотеке, далее совершена продажа заложенного имущества без согласия залогодержателя по заниженной цене, после чего часть имущества реализовано третьему лицу. Как следует из правовой позиции, приведенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу №А40-17431/2016, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также
года между участниками долевой собственности на земли сельскохозяйственного назначения и ООО «Кармалиновское» было заключено Дополнительное соглашение, в соответствии с которым отношения между сторонами договора аренды земельных долей при множественности лиц на стороне арендодателя от 25.08.2004 года, прекращаются в полном объеме. Таким образом, доводы истца о том, что ООО «Кармалиновское» является арендатором земельного массива находящегося по адресу: Ставропольский край, Новоалександровский район, земельный массив АОЗТ «Расшеватское», кадастровый номер 26:04:0:0061, не могут быть признаны состоятельными. Продажа заложенного имущества без согласия залогодержателя послужила основанием для предъявления истцом иска по настоящему делу. Истец обосновал свои требования со ссылкой на ст.168, 334-358 Гражданского кодекса РФ. В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Такой способ защиты гражданских прав, как признание сделки недействительной, может быть применен, когда законодательство не предусматривает иных способов восстановления нарушенных
пришел к выводу о том, что договор купли продажи недвижимости от 26.04.2018 является ничтожной сделкой в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, так как нарушает требования законодательства о залоге и при этом посягает на права и охраняемые законом интересы третьего лица – залогодержателя. Суд первой инстанции пришел к выводу, что спорный договор заключен с целью избежания обращения на заложенное имущество, должником совершенны незаконные действия по погашению записи об ипотеке, далее совершена продажа заложенного имущества без согласия залогодержателя по заниженной цене, после чего часть имущества реализовано третьему лицу. В этой связи суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка (договор от 26.04.2018) является недействительной в силу ничтожности на основании статьи 10 ГК РФ, как совершенная со злоупотреблением правом, направленная на вывод актива должника, обремененного залогом. Вместе с тем суд счел необоснованными доводы заинтересованных лиц о недействительности договора залога имущества №1-/2016-ДЗИ от 17.08.2016 по причине размежевания земельного участка с
о намерении является нецелесообразным, так как на отчуждение имущества необходимо согласие Банка, судебной коллегией отклоняется. Согласно п.2 ст. 346 Гражданского кодекса Российской Федерации, залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога. Статья 39 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» предусматривает право залогодержателя в случае отчуждения имущества с нарушением установленных законом правил потребовать признания такой сделки об отчуждении недействительной. Следовательно, продажа заложенного имущества без согласия на это залогодержателя не соответствует требованиям законодательства. Из материалов дела следует, что договор купли-продажи недвижимого имущества не заключался. Реализация намерения сторон предполагает получение в будущем согласия залогодержателя на продажу заложенного имущества и не противоречит действующему законодательству. 26.10.2013 между ООО «Лаймс» и ООО «Смайл» заключен договор купли -продажи, согласно которого продавец (ООО «Лаймс») обязуется передать в собственность покупателя оборудование и мебель, сведения об имуществе (наименование и комплектность, единица измерения, цена за единицу, количество
«Об ипотеке» предусмотрено, что при отчуждении имущества, заложенного по договору об ипотеке, с нарушением правил п. 1 ст. 37 названного Закона залогодержатель вправе по своему выбору потребовать признания сделки об отчуждении заложенного имущества недействительной и применения последствий, предусмотренных ст. 167 ГК РФ; досрочного исполнения обеспеченного ипотекой обязательства и обратить взыскание на заложенное имущество независимо от того, кому оно принадлежит. Из совокупности положений ст. 37 и ст. 39 ФЗ «Об ипотеке» следует, что продажа заложенного имущества без согласия залогодержателя является оспоримой сделкой. В данном деле договор купли-продажи оспаривался ОАО «МДМ Банк» как сделка, направленная на отчуждение имущества, обремененного ипотекой, и совершенная без согласия залогодержателя. Для признания договора купли-продажи нежилого помещения недействительным по мотиву отсутствия согласия залогодержателя на его продажу, истцу необходимо было представить доказательства того, что покупатель ФИО3 знал или заведомо должен был знать об ограничении полномочий продавцов ФИО1 и ФИО2 на отчуждение нежилого помещения без согласия ОАО «МДМ Банк».
иску о защите этого права. Из приведенных правовых норм следует, что срок исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет залога начинает течь с момента возникновения оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, о которых залогодатель знал или должен был знать. Однако при исчислении начала течения срока исковой давности, указанный срок суду необходимо исчислять со дня, когда банк узнал о не только о выбытии из собственности первоначального залогодателя заложенного имущества, о продаже заложенного имущества без согласия залогодержателя, но и кто является надлежащим ответчикам по исковым требованиям (ст. 200 ГК РФ). Как следует из материалов гражданского дела, о надлежащем ответчике по требованиям об обращении взыскания на спорный автомобиль истцу стало известно лишь после получения постановления УФССП ... РОСП ... от дата об окончании исполнительного производства № №, возбужденного дата, и возвращении исполнительного документа взыскателю. С исковым заявлением об обращении взыскания на заложенное имущество истец обратился в суд дата, таким
банк» ФИО4 полагала, что иск подлежит удовлетворению, поскольку предоставленный банком кредит был обеспечен залогом вышеуказанных транспортных средств. В нарушение ст.346 ГК РФ, условий договора залога без согласия банка ОАО «Долгоруковский молзавод» продало заложенное имущество. В судебном заседании представитель третьего лица ОАО «Липецкий областной банк» по доверенности ФИО5 полагала, что иск подлежит удовлетворению по изложенным в нем основаниям. Представитель ответчика ФИО6, возражая против иска, пояснил, что законом предусмотрены иные последствия совершения сделки купли- продажизаложенногоимущества без согласия залогодержателя – п.1 ст.353 ГК РФ. В связи с чем, по его мнению, данные сделки нельзя признать недействительными. Кроме того, он указывал, что ответчик ФИО1 является добросовестным приобретателем и в отношении него нельзя применить последствия недействительности ничтожной сделки. Истец неправомерно требует применения односторонней реституции. В судебном заседании ответчик ФИО1, возражая против иска, поддержал доводы своего представителя ФИО6. Выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему. В соответствии со ст.3 ГПК РФ
