Прощение долга дарение - гражданское законодательство и судебные прецеденты

Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений судами норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, правильно применив нормы гражданского законодательства, пришли к выводу о наличии оснований для признания недействительным спорного договора о прощении долга, поскольку он фактически является договором дарения , заключение которого не допускается между коммерческими организациями. Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы судов, направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, поэтому не имеется предусмотренных статьями 291.6 и 291.11 АПК РФ оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Учитывая изложенное и руководствуясь

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что квалифицирующим признаком дарения, согласно части 1 статьи 572 Гражданского кодекса, является его безвозмездность, при этом гражданское законодательство исходит из презумпции возмездности договора (пункт 3 статьи 423 Гражданского кодекса). Отношения кредитора и должника по прощению долга можно квалифицировать как дарение, только если судом будет установлено намерение кредитора освободить должника от обязанности по уплате долга в качестве дара. В таком случае прощение долга должно подчиняться запретам, установленным статьей 575 Гражданского кодекса, в соответствии с которой не допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями. Об отсутствии намерения кредитора одарить должника может свидетельствовать, в частности, взаимосвязь между прощением долга и получением кредитором имущественной выгоды по какому-либо обязательству между теми же лицами. В соответствии с пунктом 1 статьи 575 Гражданского кодекса не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей в отношениях между коммерческими организациями. Оценив условия спорного соглашения, суды пришли к

повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований не имеется. Отказывая в иске, суды, руководствуясь положениями статей 10, 166, 179, 415, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из отсутствия обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной. При этом суды пришли к выводу о недоказанности предпринимателем обстоятельств, свидетельствующих о том, что сделка ( прощение долга) отвечала признакам дарения ; о совершении сделки под влиянием обмана со стороны ответчика, в частности, в связи с получением сведений о плохом финансовом состоянии ответчика; не установили злоупотребления обществом правом. Доводы жалобы сводятся к переоценке представленных доказательств и установлению иных фактических обстоятельств по спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Исходя из изложенного, судья Верховного Суда Российской Федерации не усматривает оснований для передачи настоящей жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии

кодекса Российской Федерации об исковой давности», в пункте 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств». Проанализировав условия договора займа и соглашения о прощении долга, действия сторон после их заключения, суды установили намерение сторон о безвозмездной передаче в собственность клуба денежных средств, заключение центром и клубом договора займа и соглашения о прощении долга с целью прикрыть договор дарения и, признав договор займа и соглашение ничтожными (притворными) сделками, прикрывающими договор дарения, пришли к выводу о возникновении на стороне клуба неосновательного обогащения вследствие заключения и исполнения такого договора. При названных обстоятельствах, суды указали, что по сути истцом заявлено требование не из договора займа, а из неосновательного обогащения, и, исчислив срок исковой давности с 25.12.2015 и применив по заявлению ответчика исковую давность, отказали в иске. Общество в кассационной жалобе, оспаривая судебные акты,

«ИнфорМа» в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 287 500 руб. (л.д. 3-5). Определением арбитражного суда первой инстанции от 03.12.2013 заявление принято к производству. Одновременно с заявлением в суд первой инстанции поступило ходатайство о применении обеспечительных мер, в котором заявители просили: 1) Запретить ответчику – ФИО1 совершать действия по распоряжению приобретенными у ООО «ИнфорМа» правами требования к ООО «Строительство и инвестиции» на сумму 24 059 780 руб., в том числе уступку прав требования, прощение долга, дарение прав требования, отказ от требований в деле о банкротстве №А76-7775/2010 в какой-либо форме до вступления в силу судебного акта по настоящему спору; 2) Запретить лицу, ведущему реестр требований кредиторов в деле о банкротстве №А76-7775/2010, производить замену кредитора ООО «ИнфорМа» на кредитора ФИО1 до вступления в силу судебного акта по настоящему спору; 3) Запретить Арбитражному суду Челябинской области, рассматривающего дело о банкротстве №А76-7775/2010 принимать отказ ФИО1 от требования кредитора, приобретенного у ООО «ИнфорМа», до

сообщало о том, что задолженность по договору купли-продажи от 16.01.2004 №1 между ОАО «Судогодские пластики» и ООО «Технические фильтры» погашена в полном объеме. Таким образом, письмом от 13.05.2005, подписанным директором и главным бухгалтером ОАО «Судогодские пластики», ответчик также подтвердил факт оплаты по договору купли-продажи №1 от 16.01.2004. Документы, свидетельствующие о недостоверности указанных в письме сведений, в материалах дела отсутствуют. Доводы ОАО «Судогодские пластики» о ничтожности письма от 13.05.2005 как односторонней сделки, направленной на прощение долга (дарение имущества), были подробно рассмотрены судом первой инстанции и правомерно отклонены им. В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. В силу части 1 статьи 64 и статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные

требования, объем которого остался неизменным. Посредством включения в классический механизм зачета третьего лица - ФИО1, интересанты добились иллюзии прекращения обязательства кредитора перед должником и сохранения в неизменном объеме обязательства должника перед кредитором. В результате конкурсная масса АО «Волгостальконструкция» уменьшилась на 7 322 667 руб. 46 коп. (сумма пени за вычетом якобы внесенных в кассу 200 000 руб.). Полагает, что поскольку АО «Волгостальконструкция» и ООО «Строй Групп» относятся к коммерческим организациям, совокупность сделок, прикрывающих прощение долга (дарение ), является недействительной. Это означает, что ФИО1 не оплатил цену договора № 3 уступки прав требования (цессии) от 20.02.2021, а следовательно права требования в силу пункта 2.2.1 этого договора к нему не перешли. В подтверждение позиции ссылается на пункт 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017)). Полагает, что ООО «Ингка Сентерс Рус Проперти Б» приведены, обоснованы и доказаны следующие существенные сомнения в

следует из положений статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые могут быть применены в рассматриваемой ситуации, существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида. Вместе с тем, проанализировав содержание письма без номера от 13.05.2004, предоставленного продавцом (ОАО «Судогодские пластики») в учреждение юстиции по государственной регистрации прав, суд не находит оснований полагать, что имела место односторонняя сделка, направленная на прощение долга (дарение имущества). Из названного письма не усматривается, о каком конкретно недвижимом имуществе идет речь, отсутствуют сведения о предмете сделки, не выражена воля стороны на совершение сделки, которая порождала бы для лица, ее совершившего, определенные обязанности. В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Вместе с тем, изучив имеющиеся в деле документы, суд первой инстанции

322 667 руб. 46 коп. (сумма пени за вычетом якобы внесенных в кассу 200 000 руб.). По мнению заявителя, нормальные экономические отношения требовали от АО «Волгостальконструкция» и ООО «Строй ГРУПП» сальдирования своих однородных требований, а не одновременной консолидации их у физического лица с тем чтобы требования ответчика к истцу было погашено, а втречное требование истца - нет. Полагает, что поскольку АО «Волгостальконструкция» и ООО «Строй Групп» относятся к коммерческим организациям, совокупность сделок, прикрывающих прощение долга (дарение ), является недействительной. Это означает, что ФИО1 не оплатил цену договора № 3 уступки прав требования (цессии) от 20.02.2021, а следовательно права требования в силу пункта 2.2.1 этого договора к нему не перешли. В подтверждение позиции ссылается на пункт 32 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017). Как считает заявитель, перечисленные выше обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности действий ФИО1 по «покупке» права требования, считает,

должника. Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об уважительности причин неявки суд не уведомил, об отложении дела слушанием не просил. В судебном заседании представитель истца уведомил суд о надлежащем извещении своего доверителя, уточненные исковые требования поддержал. Представитель ответчика возражала против удовлетворения иска, в письменных возражениях пояснила, что сам факт списания задолженности, признанной безнадежной, с баланса банка на внебалансовый счет, не влечет прекращения обязательств, о прощении долга, дарении , речи не идет. Заемщик обязан производить оплату в счет погашения долга по кредиту и процентам. В случае погашения клиентом кредита (его части) уточненная информация об уменьшении его дохода будет представлена в налоговые органы и сумма ранее уплаченного налога подлежит возврату физическому лицу. Банк в соответствии с требованиями п. 8.1, 8.3, 8.4 Положения о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудам и приравненной к ней задолженности, утвержденной Банком

нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. В данном случае исковая давность применяется только в деле, в котором управомоченное лицо требует защиты своего нарушенного права по оплате поставленной электроэнергии. Исходя из изложенного законом не предусмотрено обязанности списания задолженности, нереальной или невозможной ко взысканию, в том числе ввиду истечения срока давности, поскольку понуждение к прощению долга (дарению ) в данном случае безосновательно. Учитывая, что требование о списании задолженности неправомерно и необоснованно, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат. Доводы истца о том, что задолженности по оплате потребленной электроэнергии у нее никогда не было, оплата производилась всегда с учетом показаний приборов учета, не нашли своего объективного подтверждения. Доказательств, свидетельствующих об отсутствии задолженности, истцом суду не представлено. На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд РЕШИЛ: В удовлетворении исковых требований

Исковые требования обоснованы тем, что в ДД.ММ.ГГГГ при избрании ФИО4 должность ООО «Союзстройинвест» стало известно о заключении ДД.ММ.ГГГГ договора перевода долга, согласно которому задолженность ФИО1, должность Общества на момент совершения сделки и должника по договору от ДД.ММ.ГГГГ, в размере 6 900 758, 29 руб. перед Обществом была переведена на ФИО3 Впоследствии должность Общества ФИО4 стало известно, что ФИО1 при заключении договора прикрывал другую сделку. Его действия были направлены на прекращение долга (фактически договор прощения долга (дарения ) перед Обществом). Задолженность ФИО1 перед Обществом образовалась из следующих договоров займа, заключенных между ними: от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 50 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 310 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 150 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 250 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ № на 2 700 000 руб., от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1 200 000

не представлены. Представитель истца пояснил, что данный приказ в организации отсутствует, не зарегистрирован такой приказ и в журнале регистрации приказов ООО. «Списание» задолженности может свидетельствовать о прекращении обязательства прощением долга (статей 415 ГК РФ). Отношения кредитора и должника по прощению долга можно квалифицировать как дарение, если судом будет установлено намерение кредитора освободить должника от обязанности по уплате долга в качестве дара. В силу ст. 160, 161, п.2 ст. 574 ГК РФ сделка по прощению долга (дарению ) должна совершаться в письменной форме. Несоблюдение письменной формы такой сделки влечет ее ничтожность. Доказательства заключения между истцом ООО «ЗМИ-Профит» и ответчиком договора (соглашения) о прощении долга суду не представлены. Не ссылался на прощение долга и сам ответчик. Не указан ответчиком доход в виде прощения долга (дарения) и в налоговой декларации, не представлены сведения о таком доходе Жарикова Р.А. и налоговым агентом ООО «ЗМИ-Профит». 6 Суд первой инстанции счел достаточным доказательством прекращения обязательств