71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся доказательства, в том числе договор на оказание услуг по предоставлению строительной техники, заключенный истцом с другим лицом, пришел к выводу о том, что представленные доказательства не подтверждают факт использования арендованного экскаватора вместо вышедшего из строя: не представлено документов, подтверждающих места использования арендованной техники, в актах об оказании услуг указан лишь общий объем выработанных экскаваторами часов и причитающиеся за них суммы оплаты. Суды исходили также из того, что простой оборудования является предпринимательским риском истца. Доводы заявителя о неправомерно отказе во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами были предметом рассмотрения судов нижестоящих инстанций и мотивированно отклонены. Изложенные в жалобе доводы не подтверждают нарушений судами норм права, по существу направлены на переоценку доказательств и установленных обстоятельств по делу, в связи с чем, не могут служить основанием для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. С учетом изложенного
исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Уралстройсервис» (Пермский край, далее - общество) к обществу с ограниченной ответственностью «Еврохим - Усольский калийный комбинат» (далее - комбинат) о взыскании 4 440 000 рублей долга по оплате работ, 592 753 рублей 07 копеек неустойки за просрочку оплаты работ за период с 31.01.2020 по 27.03.2020 с продолжением ее начисления по день фактической уплаты долга, по встречному иску комбината к обществу о взыскании 3 700 000 рублей неустойки за простой оборудования сверх суточного лимита, установил: решением Арбитражного суда Пермского края от 09.11.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2021 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 07.06.2021, первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано. В кассационной жалобе, поданной в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, комбинат, выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, просил пересмотреть их в порядке кассационного производства, ссылаясь на его незаконность. По смыслу части 1 статьи
июль 2014 года за пределами срока, установленного пунктом 7.3 договора, не свидетельствуют о нарушении исполнителем требований к объему и качеству выполненных работ и услуг; составленные заказчиком акты о недостатках в работе лифтов не подтверждают факт наличия указанных в них недостатков, поскольку данные акты составлены без вызова исполнителя; телефонограмма о приглашении исполнителя для осмотра лифтового оборудования является односторонне составленным заказчиком документом и однозначно не подтверждает факт его вызова; ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о фиксации простоев оборудования применительно к пункту 7.1 договора, а также о том, что исполнитель оказывал услуги заказчику с недостатками, и эти недостатки носят существенный характер. Доводы кассационной жалобы не опровергают приведенные выводы арбитражных судов, основаны на неверном толковании норм права, направлены на переоценку обстоятельств дела, установленных судами, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской
ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 308-ЭС22-16857 ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 03.10.2022 Судья Верховного Суда Российской Федерации Чучунова Н.С., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СпецСтройФундамент» (далее – общество) на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.11.2021, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2022 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.06.2022 по делу № А32-15103/2020 по иску общества к обществу с ограниченной ответственностью «Энергия» (далее – компания) о взыскании задолженности за выполненные работы и стоимости простоя оборудования , установил: решением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.11.2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 07.06.2022, в удовлетворении исковых требований отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, общество, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просит отменить указанные судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. По смыслу части 1 статьи 291.1, части
его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы. В соответствии с пунктом 4.5 Договора поставщик исполняет гарантийные обязательства при условии эксплуатации продукции покупателем в соответствии с его назначением и техническими нормами, правилами эксплуатации и выполнением регламентного сервисного обслуживания представителями поставщика. Согласно инструкциям изготовителя несоблюдение покупателем рекомендаций по эксплуатации оборудования является основанием для прекращения гарантийных обязательств. Основанием для начисления неустойки согласно пункту 4.6 Договора является неисполнение (несвоевременное исполнение) поставщиком гарантийного ремонта по Договору и простой оборудования . Истцом неустойка начислена за период с 16.02.2015 по 09.12.2015. Из материалов дела усматривается, что через месяц после оказания ответчиком истцу шеф-монтажных работ спорного оборудования (26.12.2014) 26.01.2015 представителем ЗАО "СовПлим" актом №1 зафиксирован дефект оборудования - неисправность редуктора по оси Х, согласно указанному акту для устранения выявленного дефекта необходимо получить новый редуктор по гарантии от производителя, заменить неисправный редуктор. Впоследствии представителем ответчика ФИО6 неоднократно производились замены различных частей и механизмов спорного оборудования (редуктора по
пропорционально взысканной сумме, в удовлетворении остальной части иска отказать. По мнению подателя жалобы, размер убытков по первому требованию составляет 1 946,11 руб. исходя из стоимости 1 шт. заготовки – 0,71 руб., а не 5 482 руб. как заявляет истец. Кроме того, податель жалобы указывает, что поскольку истцом не исполнены требования пункта 4.3 Договора (соблюдение требований к хранению продукции), заявленное требование о возмещении стоимости затрат на устранение недостатков продукции, является необоснованным. Истцом не доказано, что простой оборудования связан с виновными действиями ответчика. В настоящем судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе, представитель истца возражал, просит решение суда оставить без изменения. Представленные истцом дополнительные доказательства приобщены к материалам дела на основании абзаца второго пункта 2 статьи 268 АПК РФ. Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке. Как следует из материалов дела, 29.04.2020 между истцом (заказчик) и ответчиком (исполнитель) заключен Договор № 04-1/2020 (далее -
и налогового учета, а именно: сдать уточненные налоговые декларации по НДС за январь, апрель 2007 года, сдать уточненные налоговые декларации по налогу на прибыль за проверяемый период. Решением вышестоящего налогового органа от 09.06.2010 № 15/309 по апелляционной жалобе Общества указанное решение Инспекции частично отменено. Общество, не согласившись с решением налогового органа, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. По эпизоду применения Обществом налогового вычета по НДС по счету-фактуре, выставленному налогоплательщику ООО «А.Д.Д. Сервис» за простой оборудования , суды обеих инстанций при принятии судебных актов правомерно руководствовались положениями статей 38, 39, 171, 173 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которым вычетам подлежат суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, после принятия на учет указанных документов и при наличии соответствующих первичных документов. Суды,
истцу газотурбинный двигатель НК-37, в том числе свободную турбину НК-37СТ в раме; газогенератор двигателя газотурбинного НК-37 со всеми необходимыми агрегатами; технологическая оснастка. Из акта приемки оборудования от 16.08.2008 усматривается, что 16.08.2008 ответчик поставил истцу три привода электродвигателя. Как указывает истец, после ввода оборудования в эксплуатацию неоднократно на длительный срок происходила остановка газотурбинного оборудования по причине поломок газотурбинного двигателя НК-37, а именно: 17.11.2008 - выход из строя систему суфлирования, что подтверждается Техническим актом от 18.11.2008, простой оборудования , согласно данным истца, составил 24 дня; 16.03.2009 - повышенный расход масла ГТД, что подтверждается Рекламационным актом № 1 от 27.03.2009, простой оборудования, согласно данным истца, составил 92 дня, заменен ГТД; 27.06.2009 - заклинивание роторов среднего и низкого давления газотурбинного двигателя, что подтверждается Рекламационным актом № 2 от 15.07.2009, простой оборудования, согласно данным истца, составил 107 дней, произведена замена двигателя с НК № РЭ-8 на ГТД НК N РЭ-7; 08.12.2009 - расстыковка фланцевого соединения
6 статьи 138 Закона о банкротстве условия об исключительности расходов, направленных на сохранность предмета залога. Как полагает заявитель, именно за счет снабжения электрической энергией залогового имущества обеспечивалась охрана, освещение объекта, функционирование минимально необходимого количества энергоприемников для его поддержания в состоянии, пригодном для продажи. Следовательно, погашение расходов, непосредственно связанных с залоговым имуществом (в данном случае – текущих обязательств по оплате электроэнергии), должно быть осуществлено до начала расчетов с залоговым кредитором. В отсутствие бесперебойной поставки энергии простой оборудования привел бы к ухудшению его конкурентоспособности и, как следствие, к снижению цены реализации. При этом невозможно разграничить потребление электроэнергии, направленной на сохранность предмета залога и на обеспечение хозяйственной деятельности должника. Вместе с тем расчет имеющейся задолженности составлен Компанией исключительно за потребление электроэнергии залоговыми объектами. По мнению заявителя кассационной жалобы, суд первой инстанции необоснованно отказал в возмещении расходов на обеспечение сохранности предмета залога в порядке, установленном пунктом 6 статьи 138 Закона о банкротстве, определив период
предоставляемые услуги. Ежемесячные счета за оказанные ответчиком услуги ФИО1 не получала, приходилось самой ходить и брать счета на почте. Истица регулярно оплачивала услуги предоставляемые ОАО «Сибирьтелеком» по местному и внутризоновому соединению. Однако с ДД.ММ.ГГГГ телефон был отключен. Обратившись с претензией к ОАО «Сибирьтелеком» истица получила ответ о задолженности, однако с задолженностью ФИО1 не согласна, поскольку регулярно оплачивала услуги. В ходе судебного разбирательства истица узнала, что в апреле 2009 года ей начислена упущенная выгода за простой оборудования по вине абонента. С указанными начислениями не согласна, поскольку с момента заключения договора т.е. с ДД.ММ.ГГГГ по февраль 2010 года по ее вине отключений не было, а значит и не было оснований для начисления ответчиком упущенной выгоды в апреле 2009 года. Представитель ответчика ОАО «Ростелеком» Д. О. А., действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, в зал судебного заседания не явилась, хотя надлежащим образом была извещена о времени и месте рассмотрения данного дела. От
наступал в рабочей обуви на пищевое оборудование оно могло быть запущено только после проведения санитарной обработки всего станка. Подпирание истцом двери, оборудованной электрозамком, препятствовавшее закрытию двери, повлекло нарушение правил противопожарной безопасности, поскольку электронный ключ от замка указанной двери имеют кроме ФИО3 еще несколько человек и при возникновении пожароопасной ситуации в помещение мог войти человек, который при закрытии двери не смог бы покинуть это помещение без электронного ключа. Неисполнение требования руководителя о подключении электродвигателя повлекло простой оборудования , где был установлен двигатель, который был подключен только после прихода электромонтера, работающего в другую смену после ФИО3 Указала, что от истца действительно поступали сообщения о нарушении правил охраны труда, по результатам которых была проведена оценка рабочего места ФИО3, показавшая отсутствие нарушений. Пояснила, что дискриминации в отношении работника допущено не было, так как в указанные периоды к дисциплинарной ответственности привлекались и иные сотрудники. Заслушав стороны, допросив свидетеля, изучив письменные доказательства, выслушав заключение прокурора, полагавшей
исковому заявлению ООО «Независимые ЭнергоСистемы» к ООО «РентСервис плюс», ФИО1 о взыскании арендной платы, встречному исковому заявлению ООО «РентСервис плюс» к ООО «Независимые ЭнергоСистемы» о взыскании неосновательного обогащения, установил: ООО «Независимые ЭнергоСистемы» обратилось в суд с иском к ООО «РентСервис плюс», ФИО1 о взыскании с ответчиков в солидарном порядке задолженности по арендной плате в размере 826 777 руб., пени за нарушение срока внесения арендной платы в размере 282 520 руб. 41 коп., компенсации за простой оборудования в размере 5 970 201 руб. 98 коп., штраф в размере 993 314 руб., компенсации затрат по исполнению договора аренды и стоимости инженерной инфраструктуры в размере 1 993 018 руб. 70 коп., расходов по оплате госпошлины в размере 589 529 руб. 16 коп. (т. 1 л.д. 8-20). В обоснование исковых требований указано, что между ООО «Независимые ЭнергоСистемы» (арендодатель) и ООО «РентСервис плюс» (арендатор) был заключен договор аренды оборудования № от ДД.ММ.ГГГГ, по которому арендодатель
этот журнал начал вести в 2014 г., но с 2008 г. он начал все восстанавливать. В материалы дела не представлена его объяснительная записка от по этому вопросу. Оборудование поступило в феврале-марте, а документы ему передали 6 июля и в этот же день эти документы забрали и забрали журнал ведения драг. металлов. Документы он начал заполнять в тот момент, когда ему передали акта приема-передачи этого оборудования. Первый эпизод июль 2020 года - это было за простой оборудования . Это уже потом поменяли. Его наказывали за простой оборудования. Он присутствовал на комиссии по трудовым спорам, и там обсуждали совершенно другое. О содержании драг. металлов на комиссии по трудовым спорам разговора вообще не было. В июле было два заседания комиссии по трудовым спорам. Было решение комиссии пересмотреть наказание, а потом, когда пересмотрели, попозже его приглашали в отдел кадров и дали читать приказ по драг. металлам, но комиссия была по простою оборудования, а ему
