и не содержит ее. По мнению органа опеки и попечительства, установление факта отсутствия родительского попечения необходимо для определения социально- правового статуса несовершеннолетней, включения в реестр на получение жилого помещения, а также для возможности получения государственной поддержки. Определением судьи Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия) от 7 февраля 2019 г. вышеуказанное заявление оставлено без рассмотрения. Заявителю разъяснено право на разрешение спора в порядке искового производства. Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 11 марта 2019 г. определение судьи городского суда оставлено без изменения. В кассационной жалобе органом опеки и попечительства ставится вопрос об отмене обжалуемых судебных постановлений, как незаконных. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М. от 9 августа 2019 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской
Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, Сургутский район, г. Лянтор, мкр. 3, д. 11, кв. 10, на электронной площадке МЭТС. Победителем торгов был признан участник торгов ФИО4, действующий по доверенности в интересах ФИО5. Между ФИО2 и ФИО5 24.02.2021 подписан договор купли-продажи ¼ доли в праве на указанную квартиру. Однако регистрация данного договора была приостановлена сотрудниками Росреестра в связи с необходимостью получения отказов от преимущественного права покупки собственников остальных долей квартиры. Необходимые документы (отказы собственников и разрешение опеки ) были получены, документы вновь были поданы на регистрацию в Росреестр, однако договор до настоящего времени не зарегистрирован. В этой связи управляющий просит продлить срок проведения процедуры банкротства. Поскольку финансовым управляющим не в полном объеме проведены мероприятия, необходимые для завершения реализации имущества должника, а также во избежание нарушения прав и интересов кредиторов, арбитражный суд считает, что срок реализации имущества подлежит продлению на один месяц. Руководствуясь статьями 32, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Предварительное разрешение органа опеки и попечительства требуется также во всех иных случаях, если действия опекуна или попечителя могут повлечь за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Таким образом, положениями указанных правовых норм предусмотрено, что предварительное согласие на отчуждение имущества, принадлежащего несовершеннолетним детям, должно быть получено перед совершением сделки с целью обеспечить соблюдение законных имущественных прав несовершеннолетнего при отчуждении принадлежащего им имущества. Судами установлено, что в нарушение требований пункта 2 статьи 37 ГК РФ и части 1 статьи 21
разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Предварительное разрешение органа опеки и попечительства требуется также во всех иных случаях, если действия опекуна или попечителя могут повлечь за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Таким образом, положениями указанных правовых норм предусмотрено, что предварительное согласие на отчуждение имущества, принадлежащего несовершеннолетним детям, должно быть получено перед совершением сделки с целью обеспечить соблюдение законных имущественных прав несовершеннолетнего при отчуждении принадлежащего им имущества. Судом первой инстанции установлено, материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается, что во исполнение условий Договора, после
моральную, так и материальную, и они дали согласие на прописку и проживание ФИО5 и ее детей до момента приобретения квартиры в г. Смоленске. Истец несколько раз просила бывшего мужа о том, чтобы он дал разрешение на продажу доли в квартире несовершеннолетних дочерей, но он категорически отказался. В настоящее время ей необходимо продать квартиру с одновременной покупкой другого жилого помещения: квартиры, находящейся в Смоленской области в г. Смоленск. Так как для продажи квартиры ей требуется разрешение опеки и попечительства, она снова обратилась к ответчику с просьбой подать заявление о согласии на продажу доли в квартире детей в отдел опеки и попечительства, но ФИО6 отказался. В апреле 2012 года она обратилась в отдел опеки и попечительства по Хабаровскому муниципальному району с заявлением о выдаче разрешения на совершение сделки отчуждения доли квартиры, принадлежащей несовершеннолетним детям, но ДД.ММ.ГГГГ получила ответ, в котором содержался отказ в связи с тем, что ответчик категорически отказывается от продажи
в лице ФИО1 (истца), недействительным; применить последствия недействительности сделки в виде перевода прав и обязанностей покупателя по договору на истца. В обоснование иска указано, что решением Центрального районного суда *** от **** ФИО6 признана недееспособной, приказом администрации от **** над ней установлена опека, опекуном назначена истец. **** заключен оспариваемый договор купли-продажи квартиры; квартира приобретена по цене 3 400000 руб.. **** умерла ФИО4 (продавец), наследником является ответчик ФИО3. Истец указывает, что квартира приобреталась, чтобы получить разрешение опеки и впоследствии продать другую квартиру по адресу: ***100, принадлежащую ФИО6. **** ФИО6 умерла. Также истец указывает, что квартира по адресу: *** 126 приобретена за счет личных средств истца, т.к. она полагала, что после смерти ФИО6 квартира перейдет ей, как наследнику по закону. ФИО6 на момент заключения сделки не располагала денежными средствами, достаточными для приобретения квартиры. После ее смерти выяснилось, что ФИО6 оформила завещание на ФИО2 и ей было завещано все имущество, в т.ч. спорная
50 000 рублей в качестве аванса за покупку вышеуказанной квартиры. Факт передачи истцом денежных средств ответчику утверждается собственноручно написанной ФИО2 распиской от <дата>. В связи с тем, что вышеуказанная квартира принадлежала малолетнему сыну ответчика - ФИО3, то для оформления договора купли-продажи вышеуказанной квартиры необходимо было получить разрешение отдела опеки и попечительства Индустриального района г.Ижевска, а на это ответчику требовалось определенное время. Истец согласилась подождать некоторое время, причем конкретная дата, на которую ответчик обязался предоставить разрешение опеки Индустриального района, ФИО2 с ней не согласовывалась. В связи с тем, что ответчик в течении месяца не смог получить вышеуказанное разрешение опеки Индустриального района г.Ижевска, а срок одобрения ипотеки истек, истец отказалась от заключения договора купли-продажи квартиры и в <дата> года попросила ответчика вернуть ей аванс. На предложение истца о возврате аванса ответчик ответил отказом, в связи с тем, что сумму 50 000 рублей, полученную им от истца он внес в качестве аванса за
и попечительства на продажу квартиры ответчиками не полу_чено, то заключать договор купли-продажи квартиры не было смысла, так как без вышеука_занного разрешения регистрация перехода права собственности невозможна. Ответчики ФИО3 ФИО5 исковые требования не при_знали. Представитель ответчиков ФИО8 в судебном заседании пояснила, что 31 декабря 2010 года у ответчиков имелись все документы для заключения с истцами договора купли-продажи, однако он не был заключен по вине истцов. Полагает, что для заключения договора купли-продажи, где собственником является несовершеннолетний, разрешение опеки и попечительства не требу_ется. Суд постановил изложенное выше решение. В кассационной жалобе ответчик ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое решение, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права. В обоснование доводов кассационной жалобы ссылается на доводы, изложенные в возражении на иск, в судебном заседании. Указала, что материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих об уклонении ее и сына от заключения договора купли-продажи квартиры, в связи с
05 АА N009939 с кадастровым (условным) номером 05-01 008 2005-375, и двухкомнатную квартиру, площадью 28.8 кв.м., расположенную на первом этаже двухэтажного дома по <адрес> гор. Махачкала, принадлежащую ФИО2 на праве собственности (свидетельство 05 АА №533150) с кадастровым номером O5-O5-O1/035/2OO7-127. Указанные квартиры были заложены ее отцом в качестве залога под кредит, при этом им не было учтено, что это единственное жилье его детей и в нарушение требований ст. 37 ГК РФ им не было получено разрешение опеки и попечительства. Поскольку в момент совершения сделки она пользовалась и владела указанными квартирами, проживая в них, однако отец, без ее согласия и разрешения органа опеки и попечительства, поставил их в залог, чем нарушил ее права как несовершеннолетнего на владение и пользование этим имуществом. В связи с тем, что сделка может быть оспорена и признана недействительной в течение 3 лет, а оспоримая сделка в течение 1 года, то полагала, что ею срок не пропущен, так
