времени (когда шли судебные споры), значительно заниженная стоимость объекта недвижимости, ликвидация одного из продавцов (общество «НОЛСОН»), указание в выписке из ЕГРН, что нежилое помещение продавалось с торгов по делу о банкротстве, суды должной оценки не дали. Вместе с тем, разрешая вопрос о добросовестности приобретателя, суды учитывают не только наличие записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности отчуждателя имущества, но и то, была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество, и т.д. (Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.10.2014). В то же время при применении к спорным правоотношениям положений пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса обстоятельства недобросовестности конечного приобретателя правового значения не имеют. В связи с тем, что судами
по обязательствам должника. Суд не может признать названные причины пропуска срока уважительными. Последним обжалуемым судебным актом является постановление Арбитражного суда округа, вступившее в законную силу 13.10.2021. Как усматривается из постановления суда округа, заявитель был инициатором обжалования постановления суда апелляционной инстанции, присутствовал в судебном заседании суда округа, на котором была объявлена резолютивная часть, следовательно, он обладал информацией о состоявшихся судебных актах и, являясь профессиональным участником в деле о банкротстве, при проявлении достаточной степени заботливости и разумной осмотрительности имел значительный промежуток времени для подготовки и подачи соответствующей жалобы в предусмотренный законодательством срок. Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвующие в деле лица несут риск наступления последствий совершения и несовершения ими процессуальных действий. Руководствуясь статьями 117, 184 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока. Возвратить конкурсному управляющему ФИО1 кассационную жалобу на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2021 и постановление Арбитражного суда
актов в Верховный Суд Российской Федерации часть 2 статьи 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации связывает с наличием объективных причин его пропуска. При наличии намерения на обжалование судебного акта надлежащие оформление и подача жалобы возложены на заинтересованное лицо, которое несет последствия несовершения положенных действий в срок. Подачей первичной кассационной жалобы в последний день срока, установленного на обжалование, заявитель лишил себя возможности исправить допущенные недостатки в пределах этого срока, что было бы возможным при проявлении разумной осмотрительности . Причин, которые бы помешали при первоначальном обращении с кассационной жалобой укомплектовать ее необходимыми приложениями в подлежащей форме, заявитель не приводит, что является основанием для отказа в восстановлении срока. Учитывая изложенное и руководствуясь статьей 184, статьей 291.2, пунктом 3 части 1 статьи 291.5 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья ОПРЕДЕЛИЛ: отказать публичному акционерному обществу «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы» в восстановлении срока подачи кассационной жалобы на решение Арбитражного суда Красноярского края от 01.10.2019
актов в Верховный Суд Российской Федерации часть 2 статьи 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации связывает с наличием объективных причин его пропуска. При наличии намерения на обжалование судебного акта надлежащие оформление и подача жалобы возложены на заинтересованное лицо, которое несет последствия несовершения положенных действий в срок. Подачей первичной кассационной жалобы в последний день срока, установленного на обжалование, заявитель лишил себя возможности исправить допущенные недостатки в пределах этого срока, что было бы возможным при проявлении разумной осмотрительности . Причин, которые бы помешали при первоначальном обращении с кассационной жалобой укомплектовать ее необходимыми приложениями в подлежащей форме, заявитель не приводит, что является основанием для отказа в восстановлении срока. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 184, 291.2, пунктом 3 части 1 статьи 291.5 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья ОПРЕДЕЛИЛ: отказать акционерному обществу «Теплоэнергия» в восстановлении срока подачи кассационной жалобы на решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 15.12.2020 по делу № А58-5118/2020, постановление Четвертого
юридическое образование или ученую степень по юридической специальности. Нарушение порядка подачи первоначальной кассационной жалобы и его последующее устранение путем заявления ходатайства о восстановлении пропущенного срока не могут служить самостоятельным основанием к восстановлению пропущенного процессуального срока, поскольку соблюдение требований к обращению в Верховный Суд Российской Федерации зависит от заявителя. Заявитель являлся инициатором иска и подачи кассационной жалобы в суд округа, судебные акты своевременно опубликованы в общедоступной базе «Картотека арбитражных дел». При той степени заботливости и разумной осмотрительности , какая требовалась от заявителя как от добросовестного участника процесса, он имел возможность ознакомиться с содержанием судебных актов и достаточный промежуток времени для своевременного принятия решения по вопросу обжалования, подготовки и подачи кассационной жалобы в предусмотренный законодательством срок. В соответствии с частью 2 статьи 9 указанного Кодекса лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий. Руководствуясь статьями 117, 184, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил:
институт компенсации носит штрафной характер. При этом КС РФ подчеркнул, что такое снижение возможно в случаях, когда очевидно несоразмерная компенсация может поставить индивидуального предпринимателя на грань физического выживания. Поскольку размер компенсации установлен истцом на минимальном уровне предусмотренным подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, оснований для уменьшения размера компенсации не имеется. В нарушение требований ст. 65 АПК РФ ответчик не представил суду доказательств того, что им были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу - правообладателю, а также доказательств значительного превышения требуемой компенсации убыткам правообладателя. Истец предлагал ответчику разрешение спора в досудебном порядке, что позволило бы минимизировать убытки ответчика, но получил отказ в заключение договора досудебного урегулирования. В силу изложенных норм и разъяснений, необходимо исходить из того, что деятельность ответчика является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих, доказательств наличия обстоятельств, определенных ст.
в арбитражный суд. Суд первой инстанции согласился с доводами истца относительно ничтожности сделки, совершенной предпринимателем ФИО5 по отчуждению спорного объекта ФИО6, и как следствие ничтожности всех последующих сделок по купле-продажи самовольной постройки. Кроме того, суд установил очевидную недобросовестность действий предпринимателя ФИО5 как во взаимоотношениях с банком, являющимся залогодержателем земельного участка, на котором была возведена самовольная постройка, так в отношениях с контрагентами при ее продаже. При этом суд признал, что ими также не были проявлены разумная осмотрительность при приобретении спорного объекта, а затем не предприняты действия по оформлению прав на земельный участок, необходимый для эксплуатации нежилого здания – неотапливаемого склада площадью 588,7 кв.м. Кроме того, суд выявил, что спорное нежилое здание с набором дефектов, зафиксированным на момент экспертизы и свидетельствующим о недостаточно квалифицированном и безпроектном сооружении его, создает угрозу жизни и здоровью граждан, что признал достаточным основанием для удовлетворения требования о сносе самовольной постройки. Требование истца о признании права собственности ответчика
предпринимательскую деятельность, связанную с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, права на которые им не принадлежат, предъявляются повышенные требования, невыполнение которых рассматривается как виновное поведение. Лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты, должно получить необходимую информацию от своих контрагентов. В свою очередь, ответчиком не доказано, что им были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу -правообладателю. Таким образом, обстоятельства реализации продукции, нарушающей исключительные права истца, ответчиком документально не опровергнуты, в связи с чем суд приходит к выводу, что истцом доказаны как факт обладания исключительными правами, так и факт нарушения действиями ответчика исключительных прав истца на спорное произведение, что является основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания компенсации. Как указано в абзаце первом пункта 55 Постановления №
в том числе самим товаром, товарным чеком и видеозаписью процесса закупки товара и ответчиком иными доказательствами не опровергнут (ст. 64, 65, 89 АПК РФ). Доказательств соблюдения исключительных прав истца при продаже ответчиком спорного товара суду в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено. Доказательства, подтверждающие наличие у ответчика права на использование в предпринимательских целях указанный объект интеллектуальной собственности, в материалах дела отсутствуют. При рассмотрении дела ответчиком не доказано, что им предпринимались необходимые меры, проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу, равно как не предоставлено доказательств того, что им предпринимались меры по проверке сведений в том, что товар не является контрафактным, кроме того не представлены доказательства, что он приобретал лицензионную продукцию. В связи с чем оснований для снижении компенсации ниже низшего предела, вопреки доводам апеллянта, в данном случае не имеется. Доводы апеллянта о наличии оснований для отказа в удовлетворении иска, со ссылкой на введение ограничительных
о том, что компенсация в общем размере 70 000 рублей (по 5 000 рублей за нарушение исключительного права на каждый из результатов интеллектуальной деятельности) является разумной и справедливой. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, признал верным вывод суда первой инстанции о доказанности факта продажи контрафактной продукции, однако не согласился с размером компенсации, подлежащей взысканию с ответчика. При этом суд апелляционной инстанции указал, что ответчиком не были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования спорных средств индивидуализации и результатов интеллектуальной деятельности, принадлежащих другим лицам. Доводы предпринимателя, по мнению суда апелляционной инстанции, не являются основанием для снижения размера подлежащей взысканию компенсации. Кроме того, судом апелляционной инстанции принят во внимание факт повторности нарушения. Руководствуясь Постановлением № 28-П, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о невозможности снижения размера компенсации и удовлетворил исковые требования иностранного лица в полном объеме. Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в
помимо их воли; 2) возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; 3) знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение. Как указано в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ) разрешая вопрос о добросовестности приобретателя, необходимо учитывать, была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество, и т.д. Изложенные положения законодательства и анализ представленных доказательств позволяет сделать вывод, что требования ФИО1 Ф.Д. о признании ее добросовестным приобретателем не могут быть удовлетворены, поскольку им не проявлена разумная осмотрительность при заключении сделки, не выяснено наличие регистрации в реестре уведомлений о залоге движимого имущества, информация о котором имеется в открытом доступе. При таких обстоятельствах, оснований для прекращения залога и
До подписания указанного договора, истцом были приняты все разумные меры для выяснения правомочий ответчика на отчуждение имущества, в том числе: осуществлена проверка внесения данных о продавце недвижимого имущества в ЕГРП; осуществлена трижды проверка отсутствия в ЕГРП отметок о судебном споре в отношении имущества, а также проверка сведений об ограничениях прав ответчика в отношении имущества, о притязаниях третьих лиц, о чем свидетельствуют соответствующие выписки из ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, истцом была проявлена разумная осмотрительность при заключении сделки, а именно: истцом был произведен непосредственный осмотр приобретаемого имущества; истец ознакомился со всеми правоустанавливающими документами на недвижимость; выяснены основания возникновения у продавца права собственности. В силу чего, у истца не возникло каких-либо сомнений в отношении права ответчика на его отчуждение. Затем, во исполнение указанного договора купли-продажи недвижимого имущества, истцом были переданы ответчику денежные средства в размере 5000000 рублей, с использованием индивидуального банковского сейфа договор №, а ответчиком передано истцу недвижимое имущество.
заявителя при совершении оспоренной сделки – договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. не была предметом рассмотрения. Истец считает, что она является добросовестным приобретателем <адрес> «А» по <адрес> в <адрес> на основании договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ<адрес> заключении договора ФИО1 полагалась на сведения ЕГРН, где содержались сведения о правах отчуждателя, ограничения для совершения сделки отсутствовали. Спорный договор возмездный и сумма в размере 1000 000 рублей была уплачена продавцу до подписания договора. При заключении спорного договора заявителем проявлена разумная осмотрительность , продавцом были предоставлены все правоустанавливающие документы на жилое помещение, перед покупкой ФИО1 осуществила непосредственный осмотр квартиры. После приобретения квартиры сделала в ней ремонт, в квартиру как член семьи был вселен ФИО10, который продолжал проживать в данной квартире вплоть до выселения решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГг. То есть квартира была приобретена для проживания в ней, ФИО1 и член семьи ФИО10 несли бремя содержания квартиры, оплачивая коммунальные платежи. В связи с чем, ФИО1
помимо их воли; 2) возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; 3) знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение. Как указано в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ) разрешая вопрос о добросовестности приобретателя, необходимо учитывать, была ли проявлена гражданином разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество, и т.д. Изложенные положения законодательства и анализ представленных доказательств позволяет сделать вывод, что требования ФИО1 о признании его добросовестным приобретателем не могут быть удовлетворены, поскольку им не проявлена разумная осмотрительность при заключении сделки. Руководствуясь ст.ст.12, 194-198 ГПК РФ, суд РЕШИЛ : в удовлетворении иска ФИО1 к ООО «Изоляция» о признании добросовестным приобретателем, прекращении залога транспортного средства - отказать. Решение может
