статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с недоказанностью факта умышленного введения конкурсным управляющим общества в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Кроме того, суды указали, что передача недействительного требования по договору цессии влечет ответственность цедента, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право (статья 390 Гражданского кодекса Российской Федерации). С данными выводами согласился суд округа, отметив, что ненадлежащее изучение раскрытой заблаговременно продавцом информации относительно объекта договора является предпринимательским риском покупателя , ответственность за который не может быть возложена на продавца. Изложенные в кассационной жалобе возражения не свидетельствуют о наличии существенных нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить достаточными основаниями для отмены обжалуемых судебных актов. Руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья о п р е д е л и л : отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного
и усматривается из материалов дела, авиакомпания приобретала у общества горюче-смазочные материалы в рамках договоров от 01.09.2009 № 09/А137-к/2, от 01.06.2011 № 11/А127-к/2, от 01.12.2011 № 11/А337-к/2 (далее – договоры поставки). Банк финансировал общество под уступку требований к авиакомпании об уплате задолженности за горюче-смазочные материалы в силу действовавшего между обществом и банком генерального договора об общих условиях факторингового обслуживания поставок внутри России от 01.03.2011 № 033326-НР (далее – договор факторинга). Риск возникновения убытков из-за неисполнения вследствие длительного неплатежа или несостоятельности покупателя обязательства по оплате задолженности застрахован банком в страховой компании на основании договора страхования от 29.07.2013 № 0017002-1685321/13СКК (далее – договор страхования). В прилагаемом к договору согласованном списке покупателей значится авиакомпания. В период с 15.08.2014 по 30.09.2014 общество уступило банку требования уплаты авиакомпанией задолженности за поставленные горюче-смазочные материалы (далее – спорная задолженность). В указанный период совершения уступки между банком и авиакомпанией действовало соглашение о предоставлении коммерческого кредита от 21.03.2011 (далее
в течение 3 (трех) рабочих дней с даты подписания настоящего договора недвижимое имущество от рисков утраты и повреждения на весь срок действия настоящего договора в порядке, предусмотренным действующим законодательством. После заключения договора страхования предоставить Продавцу нотариально заверенную копию заключенного договора страхования и копию правил страхования, а также подлинник страхового полиса», который истец просил изложить в следующей редакции: «Страховать недвижимое имущество от рисков утраты и повреждения в течение всего срока действия настоящего договора в порядке, предусмотренном действующим законодательством РФ, Страхование недвижимого имущества в первый год действия настоящего договора осуществляется Покупателем в течение 3 (трех) рабочих дней с даты подписания настоящего договора. В дальнейшем страхование осуществляется Покупателем в последний день действия страхового полиса, В любом случае Покупатель обязуется предоставить Продавцу в течение 5 (пяти) рабочих дней с даты заключения договора страхования следующих копий документов: договор страхования, правила страхования, страховой полис.»; 4) пункт 4.1.8, согласно которому: [4.1. Покупатель обязуется:] «Не отчуждать, не переуступать,
необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (пункт 44). При этом бремя доказывания факта предоставления надлежащей информации не обладающему специальными познаниями покупателю в доступной для него форме законом возложена на продавца. Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 4 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 ноября 2017 г., продавец несет ответственность по договору за любое несоответствие товара, которое существует в момент перехода риска на покупателя , даже если это несоответствие становится очевидным только позднее. Продавец несет ответственность в случае, если несоответствие товара связано с фактами, о которых он знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю. По настоящему делу истец ссылалась на то, что действительный пробег автомобиля не соответствует указанному ответчиком, и представила в суд отчет от 22 мая 2015 г. о том, что пробег автомобиля составляет 132 354 км. Кроме того истец
с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. По условиям договора истец поставляет продукцию в упаковке в количестве согласно заявкам ответчика, при этом дату доставки на свой склад упаковки, имеющей гарантийный срок хранения, предварительно согласовывает с ответчиком. При соблюдении данных условий наступают риски покупателя в соответствии с пунктами 4.6, 5.3 договора. Протоколом № 105 (приложение № 3 к договору) стороны согласовали стоимость единицы продукции. Стоимость упаковки, пэт-тары и этикетки отдельно не выделена. Доказательств согласования сторонами количества упаковки, необходимой для исполнения договора, материалы дела не содержат. Как усматривается из представленных в материалы дела товарных накладных, упаковка и этикетки для продукции, поставляемой ответчику, приобретались АО «Славмо» в сентябре 2016 года. Согласно паспортам качества на продукцию и декларациям о соответствии гарантийный
дополнительно разъяснено о порядке включения имущества супругов являющегося совместной собственностью граждан в конкурсную массу, согласно которым в целях формирования конкурсной массы конкурсный управляющий в интересах всех кредиторов может обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов.». ФИО3 не согласен с выводом суда первой инстанции о недоказанности неравноценности встречного предоставления по договорам уступки от 25.03.2015 между должником и Кузьминым О..Л., ссылаясь на заключение эксперта №001-А/050-2016 от 30.03.2017, при этом суд принял во внимание риски покупателя и то обстоятельство, что сделка заключена в ходе конкурсного производства, однако судом не учтено, что определением от 05.02.2016 по делу №А07-2088/2014 суд утвердил мировое соглашение, согласно которому ФИО22 погашает требования ФИО1 на сумму 31 689 774 руб. 94 коп. (сюда входит требование на сумму 24 981 866 руб. 94 коп.). Таким образом, конечный кредитор ФИО1 имеет реальную возможность получить номинальную стоимость уступленного права требования, тогда как должник уступил данное право требования по цене 1
2014 года), не использовал ее сразу по назначению, а оставил у себя на хранении. В дальнейшем истец попросил ответчика поставить пленку, изготовленную по тому же оригинал-макету, уже в больших объемах (свыше 7 т, поставка в январе 2015 года). При этом истец не обращался к ответчику с вопросом о том, возможны ли какие-либо неблагоприятные последствия при упаковывании продукции истца в пленку, изготовленную согласно новому оригинал-макету, в котором присутствует белый красочный слой. Как правильно отметили суды, риски покупателя , связанные с изменением им оригинал-макета, не могут перелагаться на поставщика с учетом того, что сама упаковочная пленка не имеет недостатков, в том числе в виде прожигов. Исходя из изложенного, суды первой и апелляционной инстанции обоснованно отклонили утверждение истца о некачественном изготовлении ответчиком упаковочной пленки. Судами обоснованно отклонен довод истца об отклонении размеров привязок печатных фрагментов, так как из раздела 5 заключения эксперта от 16.11.2015 № 197/П следует, что качество печатных изображений на образце
момент передачи крупы истцом ответчику отсутствуют. Следовательно, приняв товар от истца и не представив доказательств несоответствия крупы требованиям качества в момент передачи товара продавцом, ответчик не вправе утверждать, что истец исполнил перед ним обязательство ненадлежащим образом. Истец исполнил обязательство в соответствии с требованиями п. 1 ст. 470 ГК РФ (в момент передачи товара), ГОСТа 26312.1, представив сертификат соответствия товара по качеству требованиям ГОСТа 5550-74. Утрата товаром качественных характеристик после его приемки покупателем относится на риски покупателя , не воспользовавшегося условиями приемки по ГОСТа 26312.1, а также в связи с тем, что в силу ст. 223 ГК РФ право собственности на товар и соответственно риски утраты им явных потребительских свойств, могущих быть обнаруженными в момент приемки, после его принятия перешли к ответчику. При отсутствии доказательств ненадлежащего исполнения обязательства истцом, ответчик обязан оплатить полученный товар. Доказательств скрытности спорного недостатка ответчиком также не представлено. При таких обстоятельствах судом требования истца по взысканию основного
отметок об ограничении. При этом, как указывает истец, ФИО5 не поставила его в известность о том, что автомобиль обременен правами третьих лиц. В тоже время, сведений о том, что ФИО5 на момент совершения сделки купли-продажи автомобиля знала об обременениях, у истца не имеется. Из договора купли-продажи автомобиля (п. 5 договора) следует, что автомобиль никому не продан, не заложен, в споре и под арестом не состоит. Обязанности покупателя о проверке автомобиля на предмет обременений, и риски покупателя , связанные с отказом от такой проверки, договор не предусматривает. В декабре 2015г. истец решил продать спорный автомобиль. При заключении сделки выяснилось, что автомобиль находится в залоге у ПАО «Сбербанк России». Согласно карточки АМТС, находящегося под ограничением, вид ограничения на автомобиль указан как запрет на регистрационные действия, основание – иск СБ РФ, дата операции – 02.06.2015г. Таким образом, полагает истец, ограничение было наложено в качестве обеспечительных мер по иску ПАО «Сбербанк России» к первому
и выплате ей вексельной суммы в размере 1 994 739 руб. 73 коп., но претензия оставлена Банком без ответа. Требование о расторжении договора купли продажи векселя в судебном порядке Матвиенко Т.С. обосновала указанием на то, что заключила этот договор под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчика, поэтому эта сделка является недействительной на основании статей 178 и 179 Гражданского кодекса РФ, учитывая, что Банк, которому она доверяла, заведомо знал о финансовой необеспеченности векселя, что риски покупателя векселя не застрахованы, скрыл от нее известную для него информацию о проблемном финансовом состоянии ООО «Финансово-торговая компания». Кроме того, как указано в исковом заявлении, иск о расторжении договора купли-продажи векселя и взыскании с ответчика вексельной суммы, штрафных санкций и компенсации морального вреда подлежит удовлетворению на основании статьи 451 Гражданского кодекса РФ, а также Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», учитывая, что на день заключения договора она рассчитывала на получение вексельной суммы, но при
с техническим состоянием автотранспортного средства, претензий к Продавцу не имел. Истец и ответчик, заключая сделку купли-продажи пунктом 5 Договора купли-продажи транспортного средства от 23.06.2021 г. предусмотрели, что «Покупатель поставлен в известность о том, что покупаемый им автомобиль не является новым, находился во владении и использовании, история сервисного обслуживания Продавцу полностью не известна, гарантийные обязательства Продавца на товар не распространяются. Покупатель подтверждает и согласен, что цена автомобиля является соразмерной качеству передаваемого автомобиля и включает все риски Покупателя , связанные с обнаружением недостатков автомобиля после его передачи Покупателю. Все недостатки, видимые при осмотре, и те, которые будут обнаружены Покупателем после передачи ему ТС, считаются согласованными». Соответственно, истец, покупая указанное автотранспортное средство, находящееся в эксплуатации 22 года, понимал и осознавал, что все риски Покупателя, связанные с обнаружением недостатков автомобиля после его передачи Покупателю. На момент передачи автотранспортного средства – 23.06.2021г., претензий к качеству автотранспортного средства не имел. 07.07.2021 г., через 14 дней эксплуатации
изъяты> руб. и все денежные средства внес судебному приставу-исполнителю в счет погашения задолженности ФИО3 по исполнительному производству. В судебное заседание ответчик ФИО3 не явился. О времени и месте извещался посредством телеграммы по месту регистрации по адресу: <адрес>, которая возвратилась в суд с отметкой почтальона «телеграмма не доставлена, адресат выбыл неизвестно куда». Представитель ответчика ФИО3 в порядке ст.50 ГПК РФ адвокат Коростелева Н.Л. в судебном заседании просила в иске ФИО2 отказать, указывая на то, что риски покупателя ложатся на самого покупателя. Ссылаясь на то, что, возможно, ФИО3 сам не знал, что автомобиль находится в залоге у банка, полагал исковые требования ФИО2 не подлежащими удовлетворению. Третье лицо ФИО4 просил вынести решение по усмотрению суда. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. Выслушав объяснения участвующих лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. В соответствии с п.п.1,2 ст.420 ГК РФ договором признается
