оспаривается), а на передачу имущества было получено нотариальное согласиесупруги (л.д. 2 т.3). Общество также в 2009 году приобрело в состав имущества еще четыре объекта недвижимости (материально-технический склад, гараж, трансформаторную подстанцию, цех бетонно-облицовочной плитки). ФИО3 указывает, что в декабре 2015 года ей стало известно о совершении сделок по приобретению долей в уставном капитале ООО «Берег» путем увеличения уставного капитала до 50000руб. за счет дополнительных вкладов ФИО1 на 30000руб. (60%) и ФИО5 на 10000руб. (20%). Сделки с ФИО1 и ФИО5 по приобретению долей в уставном капитале ООО «Берег» были осуществлены на основании решения единственного участника Общества ФИО4 от 03.04.2014 и заявлений ответчиков о вступлении в Общество. Изменения в составе участников и долей участия в уставном капитале ООО «Берег» зарегистрированы в Едином государственном реестре юридических лиц 17.04.2014 под государственным регистрационным номером 2145543230512. В дальнейшем на основании договора дарения ФИО1 была передана ФИО2 часть доли в уставном капитале ООО «Берег» в размере 12500руб.
обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Указывает на отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 дала нотариальное согласие ФИО5 на отчуждение доли в уставном капитале общества в пользу ФИО1 В этой связи ссылается на возможность признания сделки недействительной по правилам пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ. Обращает внимание суда на то, что экономическая целесообразность заключения договоров дарения заключалась в том, чтобы лишить его возможности при разводе получить часть дохода от деятельности общества, что подтверждается заявлением о расторжении брака от 25.09.2019, в котором указано на прекращение брачных отношений между супругами с 22.07.2016. При изложенном поведение ФИО3 при заключении сделки от 10.02.2017 находит недобросовестным. В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит решение от 10.06.2020 и постановление от 14.09.2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что вопреки доводам кассационной жалобы вопрос о передаче ФИО5 50% доли в уставном капитале ООО «Ламарк-Центр» ФИО3 являлся
Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2022 данное решение оставлено без изменения. В кассационной жалобе ФИО7, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просить отменить решение от 02.11.2021 и постановление от 12.04.2022, направить дело на новое рассмотрение. Податель жалобы считает необоснованными выводы судов относительно дачи ФИО1 согласия своему супругу на продажу доли в Обществе, указывает, что ею давалось согласие на выход ФИО5 из Общества. Суды, по мнению ФИО1, не исследовали в полной мере приведенные истцом доводы об обстоятельствах заключения договора купли-продажи и последующего договора дарениядоли . В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО5 и ФИО3 возражал против ее удовлетворения, просил оставить принятые по делу судебные акты без изменения, считая их законными и обоснованными. Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 05.06.2017. Его учредителем
Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> ФИО8 отказано в государственной регистрации перехода права долевой собственности на жилой дом, общей площадью 109,6 кв.м, кадастровый номер: №, земельный участок, кадастровый номер: №, площадью 2500 кв.м, расположенные по адресу: <адрес>, по причине не предоставления документов, необходимых в соответствии с Законом о регистрации для государственной регистрации прав, в случаях, если обязанность по предоставлению таких документов возложена на заявителя, а именно, нотариально удостоверенного согласия супруги на дарение долей в праве собственности на жилой дом и земельный участок, с которой ФИО2 находился в браке на момент приобретения спорного имущества. Дело инициировано заявлением ФИО2, ФИО3, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО4, ФИО5, которые просят признать незаконным и необоснованным отказ Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> в регистрации заявленного перехода права, долевой собственности на объекты недвижимого имущества: жилого дома, общей площадью 109,6 кв.м, кадастровый номер: № и земельного
получили в общую совместную собственность <...> области, которую в <...> году обменяли на <...>, зарегистрировав общую долевую собственность (по <...> доле каждой). В <...> принадлежащую ей <...> долю в праве истец подарила матери ФИО2, договор дарения и необходимый пакет документов были представлены в кадастровую палату для регистрации права собственности, что подтверждается распиской. <...> Муромцевским сектором Седельниковского отдела Управления Росреестра по Омской области документы ей возвращены, в устной форме разъяснена необходимость предоставления дополнительно согласия супруга на дарение доли . Просила признать незаконным бездействие ответчика, выразившееся в не проведении регистрации перехода права собственности на основании представленного пакета документов, обязать ответчика осуществить регистрационные действия. Административный истец ФИО2 в судебном заседании участия не принимала. Ее представитель ФИО3 требования поддержал. Дело рассмотрено в отсутствие представителя Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, надлежащим образом извещенного о дате, времени и месте слушания дела. Судом первой инстанции требования истца ФИО2 удовлетворены, бездействие
следующим обстоятельствам. В соответствии с ч. 5 ст. 166 ГК РФ, а также Постановлением Пленума ВС от 23.06.2015 г. (п. 70) сделанное в любой форме заявление о недействительности сделки и применении последствий недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки. Договор дарения был заключен ДД.ММ.ГГГГ, после его заключения, уже ДД.ММ.ГГГГ было получено согласиесупруги на дарениедоли в указанной квартире, что говорило о реальном намерении Ф.Р.Н. передарить данную долю своей сестре Ф.А.Н. в связи с чем она полагала, что сделка действительна. Кроме того, как Ф.Р.Н.., так и Ф.А.Н.. были составлены и подписаны заявления для перехода прав и регистрации данного перехода прав, что также давало основание Ф.А.Н. полагать, что сделка действительна и необходимо лишь зарегистрировать переход права собственности на 2/ 5 доли в квартире, по указанному выше адресу от Ф.Р.Н..
виде 24/100 доли домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, отказано. Анализ судебных постановлений с учетом требований статей 61, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации позволил суду апелляционной инстанции сделать вывод об отсутствии совокупности обстоятельств, предусмотренных статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, подтверждающих давностное владение ФИО4 <адрес> в спорном доме. Помимо этого, судом апелляционной инстанции учтено, что совершение действий ФИО3 в рамках ранее рассмотренных гражданских дел, направленных на отмену обеспечительных мер, а также наличие согласиясупруги на дарениедоли в праве собственности ФИО9, свидетельствует о том, что истцом по первоначальному иску не утрачен интерес к принадлежащей ему доли в праве собственности, а поскольку имеются препятствия в пользовании принадлежащим ему имуществом, руководствуясь положениями статей 30 Жилищного кодекса Российской Федерации во взаимной связи с нормами статей 288, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения первоначального иска ФИО3 В иной части решение изменено вследствие приведения требований истца по
