Срок взыскания дебиторской задолженности - гражданское законодательство и судебные прецеденты

не использовались возможности средств массовой информации для привлечения арендаторов, а иные мероприятия не дали должного эффекта в привлечении арендаторов в короткий срок, что могло бы обеспечить выполнение плана внешнего управления в намеченный срок, в связи с чем суд заключил, что соответствующее бездействие ФИО1 нельзя признать правомерным и надлежащим исполнением возложенных на него обязанностей. По результатам исследования представленных материалов, установив, что внешний управляющий располагал необходимыми документами, объективные препятствия для направления в кратчайшее время после введения внешнего управления претензий дебиторам и подачи исков о взыскании долга отсутствовали, установление обстоятельств образования задолженности по арендной плате и составление претензий и исков трудности не вызывали, апелляционный суд пришел к выводу о том, что со стороны ФИО1 работа по истребованию и взысканию дебиторской задолженности была организована ненадлежащим образом. Суд отметил, что следствием его бездействия стала невозможность завершения мероприятий по взысканию дебиторской задолженности в пределах установленного арбитражным судом двенадцатимесячного срока внешнего управления (с учетом того, что на

информации. В ходе административного расследования административный орган установил, что арбитражный управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, нарушил положения пункта 4 статьи 13, пункты 1, 6.1, 6.4 статьи 28, пункт 2 статьи 129, пункт 1 статьи 133 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а именно нарушил сроки размещения на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) сообщений о проведении собрания кредиторов и об итогах проведения процедуры внешнего управления должника; ненадлежащим образом исполнял обязанности по принятию мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности , по закрытию имеющихся счетов должника. Усмотрев в действиях арбитражного управляющего признаки состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, управление составило протокол об административном правонарушении от 19.12.2014 № 00413314 и в порядке статьи 23.1 КоАП РФ обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении нарушителя к административной ответственности. Частью 3

Закона о банкротстве. Согласно отчету конкурсного управляющего от 05.02.2015 инвентаризация имущества (основных средств) проведена 16.06.2014, в то же время оценка имущества не проведена. С учетом изложенного суды пришли к выводу о нарушении конкурсным управляющим требований, установленных пунктами 2, 4 статьи 20.3, пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве. Судами установлено, что срок давности привлечения к административной ответственности по указанному эпизоду не истек, поскольку допущенное правонарушение является длящимся, было обнаружено и зафиксировано 23.03.2015 (дата составления протокола об административном правонарушении). Управлением установлено, что ФИО2 в ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Астарта» не предприняла своевременно мер к взысканию дебиторской задолженности . В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном данным Законом. Согласно анализу финансового состояния от 16.06.2014

Федерации, учитывая разъяснения, изложенные в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 43), суды пришли к выводу об удовлетворении заявления, установив, что взыскание на возникшую из дополнительного соглашения дебиторскую задолженность не могло быть осуществлено ввиду истечения срока исковой давности по требованию общества к дебитору. Согласно пункту 1 части 3 статьи 76 Закона № 229-ФЗ взыскание на дебиторскую задолженность не обращается, когда срок исковой давности для ее взыскания истек. В соответствии с дополнительным соглашением выплата действительной стоимости доли общества предусматривалась частями, и срок уплаты ее последней части был установлен до 01.11.2015, следовательно, срок исковой давности по требованию общества к дебитору о выплате действительной стоимости его доли истек не позднее 01.11.2018. Обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении течения срока исковой давности либо о прерывании срока исковой

на нее Законом о банкротстве обязанностей, неоднократное продление конкурсного производства по формальным основаниям, в том числе исключительно в связи с необходимость взыскания дебиторской задолженности, пришли к выводу о наличии оснований для снижения суммы вознаграждения конкурсного управляющего до 210 000 рублей. В частности, суды установили, что с 30.11.2010 по 09.08.2012 продление конкурсного производства было обусловлено исключительно необходимостью взыскания дебиторской задолженности и рассмотрения вопроса о привлечения контролирующего должника лиц к субсидиарной ответственности. Между тем длительный срок взыскания дебиторской задолженности связан с недостатками досудебной подготовки искового заявления (с установлением надлежащего ответчика его статуса, подсудности). Арбитражный суд Республики Мордовия не усмотрел оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и отказал конкурсному управляющему в удовлетворении данного заявления. ФИО1, кроме прочего, неоднократно уклонялась от представления отчетов о своей деятельности с 26.06.2011 по 17.01.2012 и с 09.08.2012 по 26.02.2013. Выводы судов в данной части заявителем жалобы не опровергнуты. В соответствии с пунктами 1 и 3

по мнению управляющего, в итоге привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в полном объеме. Рассматривая заявление конкурсного управляющего в части, касающейся привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности, суды пришли к верному выводу о том, что конкурсным управляющим не доказан факт наличия причинно-следственной связи между его бездействием, выразившимся в непринятии мер по взысканию задолженности с ЗАО «Горная Долина», и фактически наступившим объективным банкротством должника. Кроме того, суды установили, что управляющим также не указано, когда наступил срок взыскания дебиторской задолженности ; какие именно действия в период своего руководства ФИО9 должен был совершить. Кроме того, возможность взыскания задолженности с ЗАО «Горная Долина» (и его правопредшественника ООО «Монолит») в период руководства ФИО9 утрачена не была. На момент истечения срока исковой давности по взысканию дебиторской задолженности ФИО9 уже не осуществлял полномочия руководителя ООО «Ставропольсетьэнергоремонт». Относительно привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10 и ФИО11, которые исполняли обязанности руководителей должника с 07.10.2013 по 18.04.2014 и с 18.04.2014 по 30.06.2014,

кредиторов не удовлетворены. Дебиторами должника числятся следующие контрагенты: ООО «МТ "ВПИК"» на сумму 2 369 834 рубля, ООО «Югстроймонтаж» на сумму 5 792 677 рублей 55 копеек. Из пояснения к отчету конкурсного управляющего следует: по вопросу возникновения дебиторской задолженности ООО «МТ "ВПИК"» ФИО2 пояснил, что согласно договору подряда от 30.05.2012 № 17 выполнены работы, но обе организации пришли к согласию о дальнейшем сотрудничестве и возврату задолженности при дальнейших перспективах восстановления деятельности. Поскольку трехлетий срок взыскания дебиторской задолженности истек, оснований для прерывания срока исковой давности, а также приостановления срока исковой давности не имеется, указанная дебиторская задолженность не может быть взыскана и подлежит списанию. В отношении ООО «Югстроймонтаж» представлены договоры и протокол выемки документов следственными органами; дальнейшее местонахождение документации руководителю должника не известно. Изучив материалы дела, суды первой и апелляционной инстанций установили, что первичные документы, непосредственно подтверждающие дебиторскую задолженность должника, ФИО2 не передал конкурсному управляющему. Судебные инстанции также отметили, что основанием для

третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании. В данном случае размер дебиторской задолженности Общества указан в анализе финансово-хозяйственной деятельности должника и по состоянию на 21.07.2017 составлял 16 700 000 руб. (69 дебиторов). Кроме того дебиторская задолженность была отражена в плане внешнего управления должником, утвержденном собранием кредиторов 14.03.2018, в котором также был установлен срок ее взыскания до 01.03.2019. В последующих изменениях к плану внешнего управления, утвержденных собранием кредиторов 26.07.2019 и 23.12.2019, срок взыскания дебиторской задолженности был установлен до 31.12.2019 и 10.02.2020 соответственно. Вступившим в законную силу определением от 12.03.2020 признано незаконным бездействие внешнего управляющего ФИО3, выразившееся в непринятии мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности в сумме 16 700 000 руб. При рассмотрении названного обособленного спора было установлено, что претензионная работа ФИО3 не велась, мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности, не принималось. Вопреки доводам подателя жалобы об отсутствии у него первичной документации, судами установлено, что большая часть документации находилась

и прекратили свою деятельность. На момент прекращения своей деятельности, перечисленные предприятия, по договорам цессии, передали право требования дебиторской задолженности либо Администрации Верхнебуреинского района, либо ООО «МСО». Кредитор уступил свои права правопреемнику (по договору цессии), исковая давность будет исчисляться не заново, а продолжится течение того срока, который начался в момент возникновения прав у первоначального кредитора. При этом, если срок исковой давности истек в отношении первоначального кредитора, то истек и для его правопреемника. Таким образом, срок взыскания дебиторской задолженности по коммунальным платежам с собственников <адрес>, у вышеперечисленных предприятий банкротов, и их цессионариев, по правилам статей 196, 200 ГК РФ, не может быть исчислен позже июня 2010 года. Учитывая это, исходя из приложенной ниже таблицы расчета платежей, усматривается, что право требования задолженности по коммунальным платежам имеется только у банкрота ООО «Комсервис» или его правопреемника за период с мая по декабрь 2010 года в сумме <данные изъяты>. По ООО «УК Ургал» и предприятию-банкроту ООО

пристава - исполнителя основаны на неправильном толковании норм материального права, не согласуются с установленными по делу обстоятельствами и не влекут отмену решения суда первой инстанции об отказе в удовлетворении административного иска. При этом административным истцом не представлено доказательств нарушения его прав и законных интересов оспариваемым требованием административного ответчика, несмотря на то, что такая обязанность в силу части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации возложена на него. Доводы апелляционной жалобы об истечении срока взыскания дебиторской задолженности судебной коллегией отклоняются на основании следующего. Решением Октябрьского районного суда г.Тамбова от 12 февраля 2021, оставленным без изменения определением судебной коллегии по административным делам Тамбовского областного суда от 09 июня 2021 года ООО «Тамбовская транспортная компания» отказано в удовлетворении требований о признании незаконным постановления *** от *** г. об обращении взыскания на дебиторскую задолженность должника ООО «Сосновская ПМК-2» путем внесения (перечисления) дебитором денежных средств на депозитный счет МОСП УФССП по Тамбовской области. Таким