от 13 мая 2013 года ФИО2 осужден по ч.4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ) к лишению свободы сроком на 7 лет 6 месяцев в исправительной колонии общего режима. Мера пресечения в отношении ФИО2 в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. По приговору суда разрешены гражданские иски потерпевших, в счет возмещения причиненного им материального ущерба обращено взыскание на имущество, на которое наложен арест. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 21 октября 2013 года приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 13 мая 2013 года в отношении ФИО2 изменен, исключено из приговора указание об обращении взыскания в счет возмещения причиненного потерпевшим материального вреда и снят арест, наложенный на следующее имущество: на квартиру, расположенную по адресу: г. <...> принадлежащую К. на жилой дом площадью <...> кв.м. по адресу: <...> и
ФИО3, о возмещении вреда в размере 7920000 руб., при участии: от закрытого акционерного общества научно-производственная компания «Геотехнология»: ФИО4 по доверенности от 31.07.2020 сроком действия на 1 год; ФИО5 по доверенности от 03.02.2020 сроком действия до 01.02.2021; от Федеральной службы судебных приставов, Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федеральной службы судебных приставов по Камчатскому краю, ФИО1, ФИО2, ФИО3: не явились, извещены; УСТАНОВИЛ: Закрытое акционерное общество научно-производственная компания «Геотехнология» (далее – истец, общество, должник, ЗАО «Геотехнология») обратилось в арбитражный суд с иском к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее – ответчик, служба судебных приставов, ФССП России) и Управлению Федеральной службы судебных приставов по Камчатскому краю (далее – управление, УФССП России по Камчатскому краю) о взысканииматериальногоущерба в сумме 7920000 руб. Определениями суда от 30.08.2018 и от 01.08.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора были привлечены ФИО1 (далее – третье лицо,
невыполнение обязательства по приведению объекта аренды в исходное состояние в установленный договором срок, потребовало уплатить 131 232 руб. 99 коп. штрафа и 21 456 руб. задолженности по возмещению расходов арендодателя на приведение объекта аренды в исходное состояние. В связи с неисполнением требований, указанных в претензиях, истец и ответчик обратились с исковыми заявлениями. Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в части взыскания с Предпринимателя в пользу Общества 136 270 руб. 62 коп. штрафа, посчитав недоказанными исковые требования Предпринимателя в части взыскания излишне внесенной арендной платы и убытков, а также встречные исковые требования Общества в части взыскания расходов на приведение объекта аренды в исходное состояние. Проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции установил следующее. В
о неисполнении условий лицензионного договора, на которое он ссылался в иске, по истечении 30 дней, следующих за каждым отчетным периодом. С учетом изложенного суды пришли к выводу о том, что учреждение пропустило срок исковой давности по требованиям о взыскании штрафа за непредставление отчетной документации в период со второго квартала 2012 года по четвертый квартал 2015 года. Аргументы учреждения об обратном основаны на его мнении о том, что в данном случае срок исковой давности составляет не три года, а десять лет. Суд по интеллектуальным правам полагает данный довод противоречащим пункту 1 статьи 196 ГК РФ, которым установлен общий срок исковой давности, и отмечает, что учреждение не обосновывает свое мнение о десятилетнем сроке исковой давности ссылками на нормы материального права (статьи 197 ГК РФ). На вопрос суда кассационной инстанции в судебном заседании об основаниях применения десятилетнего срока исковой давности представитель учреждения пояснений не дал. Судебная коллегия полагает также, что доводы учреждения
пояснил, что не отрицает факт совершения им дорожно-транспортного происшествия при изложенных обстоятельствах, свою вину в нем, а также то обстоятельство, что в результате данного ДТП автомобилю истицы были причинены механические повреждения. Вместе с тем, на момент совершения им вышеуказанного ДТП он состоял с истицей в трудовых отношениях, а именно работал у нее в качестве водителя данного автомобиля, что подтверждается предоставленным им суду соответствующим трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ. Поэтому полагает, что истицей пропущен годичный срок взыскания материального ущерба работодателем с работника, установленный ч.2 ст.392 ТК РФ и на этом основании в удовлетворении исковых требований должно быль отказано. Кроме того, находит исковые требования чрезмерно завышенными, поскольку в соответствии с заключением судебной экспертизы №Д от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истицы с учетом его износа по состоянию на момент ДТП составила рублей. Третье лицо - ФИО5, извещавшийся надлежащим образом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин
ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (подпункт 2 части первой статьи 243 ТК РФ). Доводы представителя ФИО1 ФИО2 о несоблюдении порядка взыскания материального ущерба с работника не могут быть приняты судом, поскольку ФИО1 уволился ***.. Согласно ч.3 ст. 232 ТК РФ расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Срок взыскания материального ущерба работодателем не пропущен. При таких обстоятельствах требования АО Улан-Удэнский Авиаремонтный завод к ФИО1 о взыскании задолженности по подотчетным суммам в размере 151 339,09 руб. являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. В связи с удовлетворением встречных исковых требований, в силу ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ФИО1 в пользу АО Улан-Удэнский Авиаремонтный завод судебные расходы на оплату госпошлины в размере 4 226,8 руб.. Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд РЕШИЛ: Исковые требования ФИО1
Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 14 июля 2016 года в части взыскания материального ущерба в пользу М.И.Р. в размере №... рублей, в пользу З.А.Х. №... рублей, в пользу Ш.Н.З. №... рублей, в пользу Г.Г.Г. №... рублей отсрочено до 2 лет, то есть до 26 января 2019 года. По апелляционному постановлению Верховного Суда Республики Башкортостан от 24 июля 2017 года постановление суда отменено, производство по ходатайству Б.С.Н. об отсрочке исполнения приговора в части срокавзысканияматериальногоущерба прекращено. В кассационной жалобе гражданский ответчик Б.С.Н. выражает несогласие с решением суда 2 инстанции, считает его незаконным и необоснованным ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, поскольку по принятому в соответствии со ст.399 УПК РФ постановлению об отсрочке исполнения приговора в части имущественного взыскания прекращено производство с отменой состоявшегося решения. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум находит апелляционное постановление суда подлежащим отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона. Согласно ч.4 ст.7 УПК РФ
