энергии учтены в тарифах исполнителя на услуги по передаче электрической энергии, оплата таких действий исполнителя не производится, при этом инициатор введения ограничения также не вправе предъявлять потребителю требование о компенсации таких расходов. Таким образом, как верно отмечено судом округа, пункт 20 Правил № 442 в новой редакции регулирует отношения между инициатором введения ограничения и непосредственно потребителями электрической энергии и является императивным лишь в отношениях между указанными субъектами. Между тем это не означает, что стороны договора оказания услуг по передаче электрической энергии, в который внесено условие о порядке и размере компенсации расходов исполнителя (как правило, сетевой организации) по ограничению подачи потребителям электрической энергии, не вправе урегулировать этот вопрос с учетом внесенных Правительством Российской Федерации изменений, имея в виду, что ограничение суммы экономически обоснованных расходов может стать некомпенсируемым убытком для одной из сторон правоотношений по договору оказания услуг по передаче электрической энергии. Истец, являясь профессиональным субъектом электроэнергетики (гарантирующим поставщиком), после внесения изменений
от 02.07.2015, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 06.10.2015 и округа от 16.12.2015, в удовлетворении заявленных требований отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить обжалуемые судебные акты, считая их принятыми с существенными нарушениями норм права. Ознакомившись с доводами заявителя, изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для их пересмотра в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Спорные правоотношения основаны на заключенном сторонами договоре оказания услуг по ремонту и техническому обслуживанию оборудования, зданий и сооружений предприятия. Отказывая во включении требования заявителя в реестр и подтверждая правильность данного вывода, суды руководствовались статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, учли разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», и исходили из того,
цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442, Методическими указаниями по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденными приказом ФСТ России от 06.08.2004 № 20-э/2. Оценив с соблюдением положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами в материалы дела доказательства, проанализировав положения заключенного сторонамидоговораоказанияуслуг по передаче электроэнергии, договора энергоснабжения, заключенного обществом с потребителем, акты разграничения балансовой принадлежности и границ эксплуатационной ответственности, договора аренды, суды пришли к выводу о недоказанности компанией правомерности заявленных к обществу требований о взыскании задолженности. Исходя из схемы присоединения и договорных отношений сторон, суды посчитали, что компания необоснованно предъявила к оплате стоимость услуг, рассчитанную по тарифу для уровня напряжения СН2, и признали обоснованной оплату обществом услуг, исходя из уровня напряжения ВН и примененного в
отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не установлено. Исследовав по представленным доказательствам обстоятельства исполнения сторонами договора оказания услуг от 04.07.2018 № 490-ЭА-18, суды установили наличие у учреждения (заказчика) задолженности за оказанные обществом (исполнителем) услуги, а также нарушение заказчиком условий договора, за которое предусмотрен штраф, поэтому удовлетворили иск в соответствии со статьями 309, 310, 330, 779, 781, Гражданского кодекса Российской Федерации и обстоятельствами исполнения обязательств. Возражения учреждения и их доказательства оценены судами и признаны противоречащими закону и договору. На основании изложенного, руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил:
030,37 руб. В остальной части иска отказано. Частично удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из признания ответчиком иска в данной части. Отказ в иске мотивирован недоказанностью факта потребления ответчиком спорного объема трафика, основанный на выписке, содержащей сведения только об IP-адресе. Не согласившись с постановлением суда, ОАО «Ямалтелеком» обратилось с кассационной жалобой. Заявитель жалобы ссылается на то, что Правила оказания телематических услуг связи, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 10.09.2007 № 575, не возлагают на стороны договора оказания услуг обязанность согласования уникального кода идентификации. Выделение такого кода может осуществляться в ходе выполнения технических процедур, проводимых оператором при подключении абонента к услуге. Кроме того, указанные Правила приняты после заключения сторонами договора от 08.11.2006. Указывает на то, что в период действия договора ответчику был присвоен и использовался на постоянной основе IP-адрес 217.17.178.114. За исключением спорного периода услуги ответчиком потреблялись и оплачивались без возражений, при этом способ авторизации ответчика не изменялся. Заявитель жалобы считает, что,
представленных в дело доказательств установлены факт несения истцом расходов, их размер и взаимосвязь с рассматриваемым делом. Доводы ответчика о том, что платежное поручение от 30.06.2021 № 2 на сумму 50 000 руб. не является доказательством несения судебных расходов, в связи с тем, что по нему была произведена оплата по счету, из которого не следует об оплате по конкретному договору и делу, нельзя признать обоснованными, поскольку при подписании акта приемки оказанных услуг от 03.12.2021 стороны договора оказания услуг пришли к соглашению о том, что платежными поручениями от 31.05.2021 № 1, от 30.06.2021 № 2 заказчик произвел оплату по договору в сумме 70 000 руб., остаток задолженности отказанных услуг (окончательный расчет по договору перед исполнителем) составляет 30 000 руб. Таким образом, факт несения истцом расходов документально подтвержден. В соответствии с частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт,
пункта 5.4 в редакции дополнительного соглашения от 15.08.2019, действие которого стороны распространили на отношения сторон с 27.12.2017, в случае, если показания приборов учета и документы, указанные в названном пункте не переданы теплосетевой организации, то стороны используют для расчета объемы, указанные в приложении № 1 к Договору. На основании статьи 17 Закона № 190-ФЗ и пункта 74 Правил № 808 в случае, если точки приема и точки передачи тепловой энергии не оборудованы приборами учета, стороны договора оказания услуг по передаче тепловой энергии применяют согласованный расчетный способ определения объема тепловой энергии. Приложением № 1 к дополнительному соглашению от 15.08.2019 стороны согласовали договорные объемы передачи тепловой энергии потребителям, подключенным к тепловым сетям. Суды установили, что расчет истца по точкам поставки, которые не оборудованы приборами учета, составлен с учетом объема, согласованного сторонами в приложении № 1 к Договору; по точкам поставки, оборудованным в установленном порядке приборами учета – с учетом показаний таких приборов учета.
(потребителями) и правоотношения по транспортировке тепловой энергии на основании Договора между истцом и ответчиком по своей правовой природе и правовому регулированию различны. Общество является сетевой организацией, в непосредственных отношениях с потребителями не состоит, не является исполнителем коммунальных услуг, следовательно, нормы жилищного законодательства его деятельность не регулируют. На основании статьи 17 Закона № 190-ФЗ и пункта 74 Правил № 808 в случае, если точки приема и точки передачи тепловой энергии не оборудованы приборами учета, стороны договора оказания услуг по передаче тепловой энергии применяют согласованный расчетный способ определения объема тепловой энергии. Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения в расчетах по Договору не согласованного сторонами способа определения объема оказанных услуг, а также жилищного законодательства. Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, суды пришли к выводу о правомерности использования истцом для расчета обязательств ответчика объемов тепловой энергии, указанных в приложении № 1 к Договору. Суды проверили представленный Обществом расчет
и могут быть оценены судом только в совокупности с другими доказательствами по делу, которые истцом не предоставлены, несмотря на возложенную на истца обязанность в соответствии со ст. 56 ГПК РФ. Свидетель ФИО18, допрошенный по инициативе истца, не подтвердил факт предоставления услуг по поставке стройматериалов в том объеме, который указал истец в иске. Суд приходит к выводу, что истцом не предоставлено допустимых доказательств в обосновании исковых требований, образовавшаяся у ответчика задолженность по оплате, как стороны договора оказания услуг , объективно не подтверждена. В соответствии со ст. 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что доказательства заключения договора возмездного оказания услуг между истцом и ответчиком в указанном истцом объеме и в указанной сумме истцом не представлены, в связи с чем исковые требования о взыскании невыплаченных сумм по договору
представителя не сказавшимся на выводах суда при вынесении решения. Указывает на то, что в данном случае длительность рассмотрения дела и количество судебных заседаний обусловлены, в том числе ненадлежащей подготовкой представителя Ответчика позицией по делу и сбору необходимых доказательств. Настаивает на том, что судом первой инстанции также не учтено отсутствие доказательств фактического оказания услуг в полном объеме в связи с оформлением доверенности представителя до заключения соглашения, а также несовпадением лица, фактически осуществлявшего представительство, и стороны договора оказания услуг (получателя денежных средств). Рассмотрев доводы частной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, в соответствии гл. 39 ГПК РФ, не нахожу оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворении частной жалобы. Судом первой инстанции установлено, что для подготовки документов и представления в суде его интересов Ответчик ИП ФИО4 заключил соглашение об оказании юридических услуг и за оказанные услуги выплатило представителю ИП Ч. денежные средства в общем размере 48000 (Сорок восемь
РФ предусмотрено, что стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству (договорная подсудность). Каких-либо ограничений для изменения территориальной подсудности по соглашению сторон гражданское процессуальное законодательство не содержит. Таким образом, соглашение о подсудности может быть включено в гражданско-правовой договор. Воспользовавшись данным принципом диспозитивности воли и предоставленным законодателем правом на заключение добровольного договора на подлежащих согласованию условиях, а также правом выбора между несколькими судами, стороны договора оказания услуг определили подсудность для всех дел, связанных с исполнением договора, в том числе и для данного дела. Из материалов дела следует, что в соответствии с п.5.1 заключенного между сторонами договора <номер обезличен> «О возмездном оказании консультационных и маркетинговых услуг при поиске для приобретения объекта недвижимости» (л.д.9), споры, возникающие при исполнении договора, подлежат разрешению в Прикубанском районном суде г.Краснодара. Соглашение о территориальной подсудности было достигнуто между сторонами до подачи искового заявления в суд, в установленном
ввиду его противоречия требованиям действующего процессуального законодательства, предусматривающего альтернативную подсудность по искам названной категории. В возражениях представитель ответчика ООО «Первая экспедиционная компания» ФИО3 просил определение суда оставить без изменения, частную жалобу – без удовлетворения. Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, не находит оснований для его отмены. Удовлетворяя ходатайство представителя ООО «Первая экспедиционная компания» о передаче дела по подсудности, суд исходил из того обстоятельства, что стороны договора оказания услуг по транспортно-экспедиционному обслуживанию добровольно изменили правила подсудности споров, установленные федеральными законами, предусмотрев условие о рассмотрении споров в Басманном районном суде города Москвы. Апелляционная инстанция полагает такой вывод правильным, соответствующим нормам процессуального права. В соответствии с частями 7 и 10 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по искам о защите прав потребителей истец по своему выбору вправе подать иск по месту своего жительства или по месту пребывания либо по месту заключения или месту
