урегулирование статуса адвоката и адвокатуры в федеральном законе таким образом, чтобы они отвечали своему конституционному предназначению как элементу механизма реализации конституционных прав на судебную защиту и на квалифицированную юридическую помощь и при этом обеспечивали гарантии конституционных прав граждан, выбравших профессию адвоката. Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, основанных на положениях статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель, осуществляя соответствующее регулирование, обязан обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей и соблюдать критерии разумности, необходимости и соразмерности связанных с таким статусом возможных ограничений прав и свобод и не вправе вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории. 3. Осуществляя предоставленные ему полномочия, законодатель в рамках своей дискреции принял Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", в котором определил, что адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на
56 % в обществе «Энел Россия», и физические лица – члены Совета директоров общества «Энел Россия», одобрили заключение договора на поставку оборудования для строительства энергоблока, которое впоследствии оказалось невостребованным, чем причинили корпорации – обществу «Энел Россия» убытки, состоящие из цены оборудования, сопутствующих услуг и недополученного дохода. По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией , поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Исследовав обстоятельства спора и оценив по правилам главы 7 Кодекса представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 71, 81, 84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных
Федерации, в резолютивной части решения по делу об оспаривании решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должно содержаться, в том числе, указание на признание решения незаконным, и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Данное положение, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 01.10.2019 № 2556-О, направлено на восстановление прав граждан и организаций, выступают гарантией обеспечения каждому полной и действенной судебной защиты, притом что определение конкретных действий, обязанность совершить которые возлагается судом на уполномоченное лицо, зависит от фактических обстоятельств конкретного дела и составляет предмет дискреции рассматривающего его суда, во всяком случае связанного требованиями законности, обоснованности и мотивированности своих актов. В то же время, суд не связан требованием заявителя о способе устранения его нарушенных прав и с учетом установленных им фактических обстоятельств по делу может самостоятельно сформулировать соответствующий способ защиты либо возложить обязанность по устранению нарушенных прав и законных интересов заявителя. Применяемая арбитражным судом мера должна отвечать определенным
изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Изучив по доводам кассационной жалобы принятые по делу судебные акты, судья не усматривает оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия
изменения (постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 12.10.2021). С заявлением о рассрочке исполнения решения по настоящему делу Общество не обращалось. В удовлетворении заявления Общества о предоставлении рассрочки исполнения решения по делу А29-10037/2020 отказано определением от 17.11.2021. Вместе с тем ни предоставление рассрочки, ни отказ в ее предоставлении равным образом не создают основания для того, чтобы суд приостановил исполнительное производство. С учетом изложенного, а также мнения взыскателя суд не усмотрел причин, позволяющих приостановить исполнительное производство. Судебная дискреция основывается на строгом соблюдении баланса интересов сторон. В настоящем случае приостановление исполнительного производства означало бы, что упомянутый баланс безосновательно и безмотивно смещается в пользу должника,а это недопустимо, так как противоречит базовой задаче эффективного правосудия — восстановлению нарушенного права в разумный срок. Руководствуясь статьями 159, 184, 185, 188, 324 и 327 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд ОПРЕДЕЛИЛ: Отказать обществу с ограниченной ответственностью «Строительство объектов топливно-энергетического комплекса» в удовлетворении заявленияо приостановлении сводного исполнительного производства, возбужденного
другого дела, в котором участвуют те же лица, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 № 407-О, от 16.07.2013 № 1201-О, от 24.10.2013 № 1642-О, от 06.11.2014 № 2528-О, Постановление ВС РФ от 08.06.2020 по делу № А-40-314281/2018 и др.). Следовательно, суд может прибегать к дискреционной деятельности, совершению процессуальных действий, исходя из собственного вывода о соответствии их задачам правосудия. Однако, иная судебная дискреция , в случае наличия преюдиции не предусмотрена законодателем и судебной практикой. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делу № А83-5623/2016, которые имеют преюдициальное значение для настоящего дела, в связи с чем, и нарушений материального и процессуального закона, несоответствие выводов, сделанных судом, фактическим обстоятельствам дела, судом апелляционной инстанции в данном случае не усматривается. Кроме того,
первой инстанции об утрате истцом интереса к предмету спора и об оставлении иска без рассмотрения. Довод заявителя жалобы о том, что действия сторон по направлению в арбитражный суд ходатайства о приостановлении производства по делу свидетельствует о том, что интерес сторон к спору не утрачен, оценен учетом положений пункта 9 части 1 статьи 148 Кодекса. В рамках судебного разбирательства суд первой инстанции разъяснял сторонам правовые последствия, предусмотренные названной нормой Кодекса. Исходя из принципов и пределов судебной дискреции суда первой инстанции право на оставление иска без рассмотрения, предусмотренное законом, определяется судом первой инстанции с учетом конкретных обстоятельств и поведения участников процесса, при этом, реализация такого права, осуществляемая в пределах принципов судейского усмотрения, не может служить основанием для отмены судебного акта. Приняв во внимание процессуальную пассивность истца и ответчика при рассмотрении спора, суд апелляционной инстанции верно отметил, что в силу статьи 9 Кодекса стороны приняли на себя риск наступления негативных последствий. Следует отметить,
отсутствие и не заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства. Суд апелляционной инстанции, исходя из процессуального поведения заявителя, выразившегося в необеспечении явки своего представителя в судебные заседания и непредставлении доказательств в обоснование своей правовой позиции, а также неисполнение определений суда со стороны ответчика и отсутствие требований о рассмотрении дела по существу, признал обоснованными выводы суда первой инстанции об утрате заявителем интереса к предмету спора и об оставлении иска без рассмотрения. Исходя из принципов и пределов судебной дискреции суда первой инстанции право на оставление иска без рассмотрения, предусмотренное законом, определяется судом первой инстанции с учетом конкретных обстоятельств и поведения участников процесса, при этом, реализация такого права, осуществляемая в пределах принципов судейского усмотрения, не может служить основанием для отмены судебного акта. Приняв во внимание процессуальную пассивность истца и ответчика при рассмотрении спора, суд апелляционной инстанции верно отметил, что в силу статьи 9 Кодекса стороны приняли на себя риск наступления негативных последствий. Следует отметить,
инстанции; требования истца признаны необоснованными. Изложенное не позволяет признать заявленную ответчиком сумму судебных расходов явно неразумной, что позволяло бы суду с учетом возложенных на него публично-правовых полномочий снизить ее до разумных пределов, а в отсутствие заявленных истцом возражений по соразмерности заявленной суммы судебных расходов и при непредставлении им соответствующих доказательств чрезмерности судебных расходов, выводы суда о разумности судебных расходов в размере 15 000 рублей не могут быть признаны апелляционным судом соответствующими допустимой процессуальным законодательством судебной дискреции , которая в силу части 1 статьи 71 АПК РФ может быть основана исключительно на оценке представленных в дело конкретных доказательств. Таким образом, при доказанности факта оказания представителем юридических услуг, отсутствии доказательств явной несоразмерности испрашиваемых расходов и доказательств чрезмерности расходов со стороны истца, требования ответчика подлежат удовлетворению в полном объеме. Руководствуясь статьями 270, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд ПОСТАНОВИЛ: определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2022
по обвинению одного лица в совершении одного преступления расследуется более пяти месяцев, как столь длительный срок расследования повлиял на размер понесенных государством издержек. Кроме того, отсутствие фактических и правовых недостатков в ходатайстве следователя, наличие в санкции статьи обвинения наказания в виде штрафа, как и возможность, в случае осуждения, конфискация имущества виновного, или взыскания судебных издержек, являются лишь условиями рассмотрения вопроса о возможности наложения ареста на имущество, и не влекут автоматический и бесспорный его арест. Судебная дискреция при рассмотрении ходатайства следователя подразумевает учет всех обстоятельств дела - от обстоятельств инкриминируемого преступления до сведений о личности обвиняемого, материальном положении его семьи и имуществе, которое предлагается подвергнуть аресту, а так же других обстоятельств, имеющих значение для дела. При этом суд должен убедится не только в возможности, но и в необходимости ограничения права собственности, гарантируемого Конституцией. Вопреки доводам апелляционного представления, судебная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции о том, что такой необходимости по
судебных расходов на оплату услуг представителя истца определены судом первой инстанции в размере 30000 руб., что истец не обжаловал, то именно данная сумма использована судебной коллегией при составлении пропорции. В другой пропорции по понесенным истцом расходам на оплату оценки специалиста судебная коллегия считает возможным взять за основу полную стоимость оценочных услуг в сумме 15000 руб., поскольку предложенная истцом оценка стала предметом судебного исследования как в оспоренной, так и в неоспоренной части; в данном случае судебная дискреция не применима. Поскольку судебные расходы подлежат возмещению в императивном порядке, то судебная коллегия в интересах законности полагает необходимым при их перераспределении на основании ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации участь вышеуказанные правовые позиции. При этом отмечает, что в отсутствии соответствующего ходатайства с приложением оригинала документа об оплате судебной экспертизы суд первой инстанции правомерно не разрешил вопрос о компенсации таковых расходов, что не лишает понесшие данные расходы лицо процессуальной возможности обратиться за
в их пределах (ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и обосновано отказал в удовлетворении таких исковых требований прокурора к органу публичной власти – администрации муниципалитета. Судебная коллегия отмечает, что предусмотренная законом организация теплоснабжения не ограничивается созданием специализированного муниципального предприятия теплоснабжения. Вместе с тем конкретные варианты мероприятий по организации обеспечения теплоснабжения потребителей должен в силу ст.ст. 3 и 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предложить и обосновать прокурор, который выступает процессуальным истцом. Судебная дискреция испрошенного прокурором в апелляционном представлении дополнения судебного решения не предполагает. Ссылка прокурора на апелляционное определение Свердловского областного суда № 33-18751/2018 от 17.10.2018 является некорректной, поскольку в приведенном споре исковые требования прокурора сформулированы по-иному, а разрешенный спор заявлен к администрации муниципалитета и муниципальному казенному учреждению по вопросам ремонта муниципальной автомобильной дороги. В рассматриваемом споре требования заявлены не к казенному предприятию и по вопросам ремонта не муниципального имущества. Кроме того, судебная коллегия не может проигнорировать указания
своем интересе. Ссылка подателя апелляционной жалобы на недействительность обязательства из договоров займа и неэквивалентность цессии не подтверждается: в материалы гражданского дела представлены договоры займа и платежные документы по их исполнению со стороны заимодавца, совершение данных договоров также подтверждено заемщиком; в п. 1.3 договора цессии согласована передача требований из данных договоров в полном объеме, включая указанную в апелляционной жалобе сумму основного долга, а также процентов, пени и штрафов. Кроме того, вопреки желанию подателя апелляционной жалобы, судебная дискреция не предполагает применение последствий недействительности какой-либо притворной сделки по собственной инициативе в интересах одной из сторон сделки, вне требований пп. 3 и 4 ст. 166, п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Таким образом, поскольку приведенные в апелляционной жалобе доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на вынесение судебного решения, то предусмотренных ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены оспариваемого решения суда первой инстанции
