исходя из следующего. Как следует из обжалуемых актов, в соответствии с пунктом 7.35 устава Ассоциации директор осуществляет функции единоличного исполнительного органа и действует без доверенности от ее имени; директор избирается общим собранием членов Ассоциации путем тайного голосования сроком на три года. Согласно протоколам внеочередного собрания членов Ассоциации от 04.02.2010 и годового общего собрания от 20.05.2010 ФИО1 избран директором. Решением очередного заседания Совета ассоциации от 22.12.2015 полномочия директора приостановлены с 22.12.2015. На основании решения внеочередного заседания Совета ассоциации от 18.02.2016 трудовой договор с ФИО1 прекращен. Полагая, что в результате действий бывшего директора Ассоциации по размещению средств компенсационного фонда в несогласованных с Советом ассоциации банках утрачены денежные средства и не получен соответствующий процентный доход по вкладам , а также, что в результате действий бывшего директора по перечислению денежных средств Ассоциации по договорам на оказание правовых услуг, истцу причинены убытки, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском. Согласно пунктам 1, 2
пользования, доверительного управления, и иных правах, вытекающих из ранее заключенных договоров, - расположенных в подвале, на первом, втором, третьем и четвертом этажах дома № по ул. района города с целью отыскания и изъятия денежных средств и ценностей, полученных преступным путем, а также предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела № включая имеющие значение по делу предметы и документы, содержащие иную охраняемую федеральным законом тайну (адвокатскую, аудиторскую, личную, коммерческую, банковскую, налоговую и т.д.), сведения о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, информацию о вкладах и счетах граждан в банках и иных кредитных организациях, электронную почтовую корреспонденцию, а именно: документов и предметов, отражающих оказание адвокатами и сотрудниками НО «НГКА» с привлечением ООО АС «Н », подконтрольного председателю этой коллегии Б юридической помощи Д Ю и П путем участия при обследовании помещений организаций сотрудниками УЭБ и ПК ГУ МВД России по Новосибирской области, при опросах в УЭБ и ПК ГУ
вклада в течение срока его хранения. Единственным существенным условием договора банковского вклада является его предмет. Указанные существенные условия договора банковского вклада в рассматриваемом договоре установлены, вкладчик внес на депозит денежные средства в размере 10 руб. на срок 5 лет, определена процентная ставка по данному виду вклада в размере 1% годовых, которая не подлежит изменению в течение всего срока действия договора, установленного пунктом 1.2 договора. Банк обязуется исчислять по вкладу доход в виде процентов, хранить тайнувклада и вернуть вклад по первому требованию вместе с процентами. Договор составлен в письменной форме в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 161 и части 1 статьи 836 ГК РФ. Согласно пункту 3 статьи 834 ГК РФ к отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами указанной главы или не вытекает из существа договора банковского вклада. Рассматриваемый пункт 3.9
«Сибирская Касса Взаимопомощи» совершает банковскую операцию (которая, по существу, реализуется в договоре банковского вклада). В результате осуществления этой деятельности, уже на 26.02.09 потребительский кооператив граждан «Сибирская Касса Взаимопомощи» имел задолженность перед своими членами на сумму 16 043 820 рублей 50 копеек (размер задолженности подтвержден справкой кооператива, подписанной его директором – ФИО3). Указанные договоры как и договор банковского вклада содержат условие о выдаче вклада или его части по первому требованию вкладчика, а также гарантии банковской тайнывклада . По существу, указанные договоры являются договорами банковского вклада, реализация которых по смыслу статьи 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» и статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации представляет собой банковскую операцию по привлечению денежных средств во вклады. Возражая против его ликвидации, ответчик полагает, что заключенные договоры не являются договорами банковского вклада и при их заключении не требуется лицензия. Ссылка ответчика на п. 2 ст. 6 ФЗ «О кредитных потребительских кооперативах граждан» судом
25.11.07) установил: Иск предъявлен об обязании ответчика предоставить информацию о лицах, получивших излишне выплаченные региональным отделением страховые выплаты после смерти ФИО1 на основании Федерального закона № 125-ФЗ от 24.07.98, статьи 26 ФЗ «О банках и банковской деятельности, статьи 8 ФЗ от 27.07.06 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», статьи 10 Бюджетного кодекса РФ. Ответчик исковые требования отклонил по мотиву, что в силу статьи 857 Гражданского кодекса РФ банк обязан сохранять тайну вклада не только по отношению к вкладчику, но и к другим лицам, статья 26 ФЗ «О банках и банковской деятельности» содержит исчерпывающий перечень лиц, имеющих доступ к информации о вкладах умерших клиентов, истец в него не входит, средства истца не являются бюджетными, в связи с чем не применимы требования статьи 8 ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». В судебном заседании установлено, истец обосновывает исковые требования тем, что после смерти застрахованного ФИО1 01.04.05,
представители банка поясняли, что в ходе осмотра места происшествия присутствовали два охранника адвоката Новикова И.С.. Однако в судебном заседании было установлено, что указанные лица присутствовали в кабинете директора банка и при установлении их личности и непричастности к проводимому следственному действию они были удалены как из кабинета директора банка, так и не допущены к участию в осмотре места происшествия. Таким образом утверждать, что посторонние лица принимали участие в осмотре места происшествия, чем могли быть нарушены тайна вклада , права банка, нет никаких оснований. Далее, представитель банка М. утверждал, что права банка нарушены и тем, что у следователя должно быть разрешение суда о производстве указанного следственного действия, а адвокат Новиков И.С. не мог по ордеру участвовать в данном следственном действии, поскольку им не предоставлено никаких документов, подтверждающих то, что их клиент не возражает против вскрытия ячейки в присутствии Новикова И.С.. Суд апелляционной инстанции не может согласиться с данным доводом, поскольку адвокат Новиков
заявлением о принятии наследства, так как думал, что имущества, подлежащего наследованию нет, перебрав все ее документы не обнаружил каких либо ценных документов. В августе 2011 года случайно узнал, что у матери были вклады в Сбербанке, но каких либо сберегательных книжек не сохранилось. При обращении в Лермонтовский дополнительный офис Сбербанка РФ с просьбой сообщить ему сведения о суммах вклада на имя матери и положенных компенсациях по вкладам, от сотрудников банка он получил разъяснение, что существует тайна вклада и ему было отказано в предоставлении такой информации и рекомендовано обратиться в суд. В установленный законом срок он не обращался к нотариусу, поскольку считал что наследственного имущества у матери нет. Обратившись к нотариусу, он узнал, что ему необходимо восстановить срок для принятия наследства в судебном порядке. В судебном заседании истец поддержал исковые требования по основаниям указанным в исковом заявлении. Представитель ответчика по доверенности Межрайонной ИФНС России № по СК и.о. начальника П.С.А., будучи надлежащим
справкой Сбербанка РФ ( л.д. 25), завещательным распоряжением ( л.д. 8), справкой нотариуса по Савинскому нотариальному округу ( л.д. 20). Как следует из искового заявления истца и подтверждается показаниями ответчика ФИО2 о наличии денежных вкладов у матери ФИО3 не знала, узнала только в феврале 2011 года из уведомления банка. Суд считает причину пропуска срока для принятия наследства уважительной, поскольку истец не знала и не должна была знать о наличии денежных вкладов у ФИО1, поскольку тайна вклада гарантируется банком в соответствии со ст. 857 ГК РФ. Истец обратилась в суд 21 июня 2011 года, то есть в течение шести месяцев после того, как причины пропуска срока отпали. В соответствии со ст. 1155 ГК РФ, по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства, суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не доложен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим
