08.08.2012 № 808, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о возникновении потерь тепловой энергии в бесхозяйном участке сетей в результате бездействия ответчика, выразившегося в неисполнении обязанности по выявлению и учету бесхозяйных сетей и назначению лица, ответственного за их содержание. Суждение ответчика о влиянии отсутствия государственной регистрации прав на статус спорного имущества как бесхозяйного, с учетом ссылки на прекращение использования третьим лицом этого имущества, выводы судов не опровергает. Жалоба не содержит доводов, которые не были предметом исследования в судах нижестоящих инстанций или подтверждали бы существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, ввиду чего не может служить достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: отказать администрации муниципального образования «Северодвинск» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии
не указано, соответствующего обоснования заявление ФИО1 не содержит. Само по себе наличие вступивших в законную силу судебных актов о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 убытков в конкурсную массу ММУП «Жилэксплуатация», на принудительное исполнение которых выданы исполнительные листы, и принудительное исполнение которых может производиться службой судебных приставов-исполнителей, основанием для ее привлечения к участию в обособленном споре в качестве третьего лица в порядке статьи 51 АПК РФ не является. Суд первой инстанции правильно указал, что третье лицо – это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде. В рассматриваемом случае участником спорных правоотношений арбитражный управляющий ФИО1 не является. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что исходя из предмета заявленных в рамках настоящего спора требований, принятый по настоящему делу судебный акт не может повлиять на права или обязанности арбитражного управляющего ФИО1 по отношению к какой-либо из сторон
исполнение лицо и при этом исполнении не были нарушены права и законные интересы должника. Является верным вывод суда первой инстанции со ссылкой на позиции Верховного суда Российской Федерации о том, что в связи с тем, что исполнение принимается кредитором правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 Гражданском кодексе Российской Федерации, а значит, даже если в последующем будет установлено, что между должником и третьим лицом отсутствует соглашение о возложении исполнения на третье лицо, это не свидетельствует о возникновении на стороне добросовестного кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица. Риск исполнения обязательства третьим лицом по воле должника при отсутствии между ними должного возмездного основания несут они сами, а не кредитор. Для кредитора исполнение обязательства должника по его воле третьим лицом в силу статьи 313 Гражданском кодексе Российской Федерации считается надлежащим исполнением самого должника, но не неосновательным обогащением. Данный подход, сформировавшийся в судебной практике,
третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение. Согласно части 3.1 статьи 51 АПК РФ определение об отказе во вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, может быть обжаловано лицом, подавшим соответствующее ходатайство, в срок, не превышающий десяти дней со дня вынесения данного определения, в арбитражный суд апелляционной инстанции. Третье лицо - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Отказывая в привлечении Компании к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, суд первой инстанции правомерно указал, что заявителем не представлено достаточных и относимых доказательств, что принятый судебный акт будет затрагивать его права и законные интересы. Оснований для переоценки указанного вывода у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку
противоречит задачам внешнего управления с учетом цели деятельности коммерческой организации (получение прибыли) и имеющейся возможности вести добычу через подрядную организацию ООО «Палладий» (или через тот же ООО «АРТЕХ»), без наделения ее статусом дочерней компании и оформления на нее лицензий. По мнению ФИО1 в действительности создание дочернего общества не произошло. ООО «Аралтау-Злато» не получило необходимой степени контроля над ООО «АРТЕХ» Закон о недрах предполагает единственную (без торгов и без платы) возможность переоформления лицензий на третье лицо - это переоформление на дочерние предприятия (ст. 17.1 Закона РФ «О недрах»). Во исполнение договора было предпринято следующее: получено согласие внешнего управляющего ООО «Аралтау-Злато» ФИО10 на переоформление лицензий на ООО «АРТЕХ»; направлено письмо от 26.04.2017г. со стороны ООО «АРТЕХ» о намерении выплатить в адрес ООО «Аралтау-Злато» 3 млн. руб. от добычи по п. 4.1. договора. Этого недостаточно для квалификации возникших правоотношений сторон как правоотношений верховенства-подчинения, где одна сторона главенствует, а ее решения преобладают в ходе
Гражданском кодексе Российской Федерации договоров и иных юридических фактов, могут быть исполнены третьим лицом, которое действует как самостоятельный субъект, от собственного имени (постановление Конституционного суда Российской Федерации от 23.12.2009 № 20-П). В связи с тем, что исполнение принимается кредитором правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 Гражданском кодексе Российской Федерации, а значит, даже если в последующем будет установлено, что между должником и третьим лицом отсутствует соглашение о возложении исполнения на третье лицо, это не свидетельствует о возникновении на стороне добросовестного кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица (постановления Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 28.10.2010 № 7945/10, от 15.07.2014 № 3856/14, определение Верховного суда Российской Федерации от 22.12.2014 № 302-ЭС14-6150). Риск исполнения обязательства третьим лицом по воле должника при отсутствии между ними должного возмездного основания несут они сами, а не кредитор. Для кредитора исполнение обязательства должника по его воле третьим
года, продал его до вынесения решение суда 23.11.2011 года. Что касается арестованного автомобиля ВАЗ-2109, он действительно зарегистрирован на имя матери ФИО2 18.11.2011 года, ею выдана доверенность на имя сына ФИО3 Согласно объяснений ФИО2, данных судебному приставу, сама она не имеет права управления транспортным средством, собирается поступать в автошколу, как только у нее появятся деньги. Считает, что в данном случае должник ФИО3 злоупотребляет своим правом, данный автомобиль, и это очевидно, формально он зарегистрировал на третье лицо, это тот автомобиль, который приобретен на денежные средства, вырученные от продажи предыдущего автомобиля. Все действия ответчика направлены на уклонение от исполнения решения суда от 23.11.2011 года. В связи с этим просит в исковых требованиях истице отказать. Представитель третьего лица ФИО6 в судебном заседании показал, что при рассмотрении дела в 2011 году по факту ДТП, ФИО3 иск признал, согласен был возместить ущерб, это было сказано в ходе судебного заседания. Но вместо этого, он выписывается с
аренды. Не выполнены обязательства по оплате оказанных услуг в сумме 100000 руб. ежемесячно. Итого с 20.12.2019 по 20.07.2020 года в размере 800000 руб. Истец требования поддержал по основаниям изложенным в иске.Также показал, что дополнительных соглашений на увеличение сроков договора и взыскание пени не заключалось. Также показал, что ответчик дал ее письмо без даты, адресованного ООО « Титан Энергоресурс» о том, что это третье лицо обязано перечислись ФИО1 750000 руб. Но он узнал, что третье лицо это письмо не получало. Ответчик не явился, уведомлен. Свидетель ФИО8 показал, что является приятелем истца. 19.12.2019 года был очевидцем передачи принадлежащего истцу автомобиля ГАЗ 66 последним некоему гражданину. Истец рассказал что заключил договор на аренду автомобиля. Свидетель ФИО9 показал, что 19.12.2019 года по поручению директора ООО «Дальспецпроект» забирал у истца автомобиль ГАЗ 66 и работал на нем до весны 2020 года.Автомобиль сломан и находится в п. Высокогорное. Выслушав сторону, свидетелей, суд установил. По правилам
(страховщик) обязуется за установленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Таким образом, в указанной норме установлена обязанность страховщика выплатить страховое возмещение лицу, в пользу которого заключен договор. Третье лицо - это выгодоприобретатель, который согласно статье 430 ГК РФ, не будучи стороной в договоре, связывающем кредитора с должником, приобретает право требовать исполнения обязательства в свою пользу. В соответствие со ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или
чужого имущества. Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, показания Z не оправдывают ФИО1. Напротив, показания ФИО2, как специалиста, обладающего филологическим образованием, свидетельствуют о том, что изложенные в протоколе судебного заседания от 23 апреля 2018 года и обвинительном заключении предложения отличаются тем, что в обвинительном заключении предложение конкретизировано, где вместо местоимения «он», указана фамилия «Х», отчего общий смысл предложения не поменялся. Во втором случае, в протоколе записана прямая речь от первого лица, в цитировании указано третье лицо, это неправильное грамматическое строение прямой речи, но общее содержание предложения не поменялось. Вопреки утверждениям защиты в соответствии с требованиями статей 17, 87, 88 УПК РФ, суд проверил и оценил все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он принял вышеперечисленные доказательства и отверг утверждения стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, поскольку он лишь высказал свое мнение и не мог искажать факты, не известные ему (стр.5). Кроме
номером <данные изъяты> и <данные изъяты> долю земельного участка общей площадью <данные изъяты> кв. м, с кадастровым номером <данные изъяты>, находящихся по адресу: <адрес> Судом постановлено приведенное выше определение. В частной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене определения суда и предлагается постановить новое определение о принятии испрашиваемых обеспечительных мер. В обоснование жалобы указывается на то, что судом при вынесении определения неверно применены нормы процессуального и материального права. В своем заявлении апеллянт указал, что третье лицо, это ФИО3, являющаяся участником мнимой сделки, в виду которой произошла смена титульного владельца. Считает, что необходимы обеспечительные меры для осуществления в будущем исполнения решения суда, так как спорное недвижимое имущество может быть продано или перейти к третьим лицам в виду чего споры по недвижимому имуществу будут бесконечны. Частная жалоба рассмотрена в порядке ч.3 ст. 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации без извещения лиц, участвующих в деле. Проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, судебная
