Цена в договоре дарения - гражданское законодательство и судебные прецеденты

осуществить перевод прав на отчужденную Компании долю ФИО4 (5%) в уставном капитале Общества с распределением указанной доли между ФИО5 и ФИО2, пропорционально текущим размерам их долей в уставном капитале, а именно: часть доли Шевелева Д.В. в размере 3,33% в пользу Олейника И.В.; 1,67% - в пользу Литвиненко А.А. С учетом отрицательной величины цены долей в уставном капитале Общества, подлежащих передаче ФИО1 и ФИО2, определить обязательства истцов по возмещению Компании расходов, понесенных по оплате долей ФИО3 и ФИО4, не подлежащими исполнению. В судебном заседании истцы заявили ходатайство об уточнении требований, просили применить последствия недействительности ничтожной сделки - договора дарения части доли в уставном капитале от 30.07.2018 следующим путем: - осуществить перевод прав на долю, отчужденную Компании по указанной сделке (2%), в пользу ФИО1 и ФИО2 пропорционально текущим размерам их долей в уставном капитале Общества. Истцы также просили признать нарушающими преимущественные права ФИО1 и ФИО2 в отношении приобретения долей в уставном капитале

свободны в определении такой цены, и, руководствуясь статьями 420, 421, 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, отклонили доводы истца о занижении цены оспариваемого договора. Отметили, что, заключая оспариваемый договор купли-продажи, истец добровольно принял на себя обязательство по продаже доли по указанной в договоре цене. Доказательств обратного не представлено. Кроме того, суды применили правило, согласно которому сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на недействительность этого договора («эстоппель»). Доводы жалобы повторяют позицию истца при рассмотрении дела, были предметом рассмотрения судов, им дана надлежащая оценка. Кроме того, возражая в настоящей жалобе против обжалуемых судебных актов, заявитель не приводит доводов в обоснование своей позиции по требованию о признании сделки дарения недействительной, не указывает, каким образом он полагает возможным восстановление и защиту своих нарушенных прав, с учетом того, что статьей 575 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено запрещение заключения договора дарения между юридическим и физическим лицом. Доводы заявителя не подтверждают существенных нарушений норм

7.2, 7.2.1) предусмотрено право акционеров отчуждать принадлежащие им акции без согласия других акционеров и общества. При этом другие акционеры общества пользуются преимущественным правом покупки акций, продаваемых другими акционерами общества, по цене предложения третьему лицу, пропорционально количеству акций, принадлежащих каждому из них. Акционер общества, намеренный продать свои акции третьему лицу, обязан письменно известить об этом остальных акционеров общества с указанием цены и других условий продажи акций. Согласно подпункту 8 пункта 14 Постановления № 19 предусмотренное законом преимущественное право приобретения акций не применяется в случаях безвозмездного отчуждения их акционером (по договору дарения ) либо перехода акций в собственность другого лица в порядке универсального правопреемства. Как разъяснено в абзаце втором указанного выше подпункта 8 пункта 14 Постановления № 19, в случае представления заинтересованным лицом, имеющим преимущественное право на приобретение акций, доказательств, свидетельствующих о том, что договор безвозмездного отчуждения акций (дарения), заключенный участником общества с третьим лицом, является притворной сделкой и фактически акции

Как следует из материалов дела, при заключении договора от 10.06.2008г. стороны согласовали предмет дарения, указав индивидуально-определенные признаки акций, в том числе их номинальную стоимость. Пунктом 1.2. договора дарения стоимость передаваемых акций сторонами оценена в размере 100 000 руб. В передаточных распоряжениях цена сделки указана 6 182 руб. и 2 889 руб. соответственно. Постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 02.10.1997 N 27 утверждено Положение о ведении реестра владельцев именных ценных бумаг, согласно которому в передаточном распоряжении необходимо указывать цену сделки, если основанием для внесения записи в реестр является договор дарения (абзац 4 пункта 3.4.2 Положения). Указание в договоре номинальной стоимости ценных бумаг не изменяет безвозмездный характер договора дарения и не порождает при совершении дарения обязанность по оплате стоимости ценных бумаг. Данное требование полностью соответствует положениям ч. 1 ст. 142 ГК РФ, в соответствии с которой ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права,

отменить судебные акты судов первой и апелляционной инстанций и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. По мнению общества «Курортмедсервис», оспариваемый договор от 29.10.2012 по своей сути является договором дарения, был подписан неуполномоченным лицом. Общество «Курортмедсервис» полагает, что судами факт отправки безналичного платежа неверно квалифицирован как достижение между покупателем и продавцом соглашения в отношении цены сделки. Кроме того, общество «Курортмедсервис» на момент подписания договора дарения не было правообладателем спорных товарных знаков. Компания «НОРД ПРОДЖЕКТ ЛТД» в обоснование заявленной кассационной жалобы указывает, что на момент заключения договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки общество «Курортмедсервис» не являлось правообладателем товарных знаков. Полагает, что выводы судов обеих инстанций о возмездном характере договора от 29.10.2012 об отчуждении исключительных прав на товарные знаки не основан на материалах дела. ФИО1 (далее - ФИО1) обратилась в Суд по интеллектуальным правам

действий которых имущество должника оценено в разы ниже рыночной стоимости. В подтверждение занижения цены имущества уполномоченный орган ссылается на сведения на интернет-сайтах, согласно которым рыночная стоимость дымососа с двигателем ДН-11.2 (www.movez.ru) составляет от 123 810 рублей; крана мостового, в зависимости от длины пролета и грузоподъемности от 100 тысяч рублей за единицу (при грузоподъемности 1 т. на длину пролета 3 м.) и выше, до 805 тысяч рублей (при грузоподъемности 10 т. на длину пролета 22.5 м.); пресса для силикатного кирпича CMC 294 (www.avito.ru) - 3 300 тысячи рублей; вагонеток для перевозки кирпича (www.flagma.ru) от 30 тысяч рублей за штуку и так далее. Кроме того, 06.02.2015 указанное имущество, без проведения соответствующих торгов, реализовано ООО «ДПМК Ачинская» заместителю генерального директора должника, начальнику отдела снабжения, - ФИО2, по стоимости - 392 200 рублей. 23.04.2015 спорное имущество передано по договору дарения ФИО5, по стоимости 15 712 500 рублей. Арбитражный суд первой инстанции, оценив доводы

процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ)). Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения заявленных требований. Представитель финансового управляющего частично подержал заявленные требования, считал необходимым признать недействительным договор дарения автомобиля PORSCHE CAYENNE S, VIN <***>, 2011 года выпуска, заключенный между должником и его супругой ФИО5; применить последствия недействительности в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу денежных средств в сумме 800 000 руб. (половины от цены продажи автомобиля ФИО5 ФИО1). Представитель кредитора ФИО7 поддержал заявленные требования. Определением Арбитражного суда Пермского края от 11 октября 2021 года суд признал недействительным договор дарения автомобиля PORSCHE CAYENNE S, VIN <***>, 2011 года выпуска, заключенный 26.09.2017 между ФИО4 и ФИО5; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу ФИО4 денежные средства в сумме 950 000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказал. В порядке распределения судебных расходов взыскал с ФИО5 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины. Не согласившись с вынесенным

основании договора от 27.06.2017 года (том дела 1 л.д. 22) продал указанный земельный участок ФИО6 по цене 100 000 руб., 3) заключенного 19.05.2017 договора дарения земельного участка с кадастровым номером 10:20:0013701:51, площадью 1145 кв. м., расположенного в юго-восточной части кадастрового квартала 10:20:0013701 садоводческого товарищества «Верховье-2» Прионежского кадастрового района (том дела 1 л.д.23). Впоследствии ФИО2 на основании договора от 27.06.2017 года (том дела 1 л.д. 24) продал указанный земельный участок ФИО6 по цене 100 000 руб., 4)заключенного 19.05.2017 договора дарения земельного участка с кадастровым номером 10:20:0013701:66, площадью 1199 кв. м., расположенного по адресу: Республика Карелия, Прионежский район, некоммерческое товарищество "Верховье-2" (том дела 1 л.д. 25). Впоследствии ФИО2 на основании договора от 27.06.2017 года (том дела 1 л.д. 24) продал указанный земельный участок ФИО6 по цене 100 000 руб., 5)заключенного 19.05.2017 договора дарения земельного участка с кадастровым номером 10:20:0013701:41, площадью 1500 кв. м., расположенного по адресу: Республика Карелия, Прионежский район, по генплану

для того, что бы ФИО1 могла организовать КФХ. Документы сдали для регистрации, затем отказались от регистрации, поскольку не было соблюдено правило преимущественной покупки. Деньги, уплаченный ФИО1 по договору купли-продажи в сумме рублей, были ей возвращены. Было принято решение о расторжении договора купли-продажи в устной форме. Решения общего собрания членов СПК «Весенний» о расторжении договора купли-продажи не принималось. Состоялось решение общего собрания СПК «Весенний», на котором приняли решение о дарении ФИО1 этого земельного участка. Цена в договоре дарения указана для налогообложения. В государственной регистрации сделки и перехода права, выдаче свидетельства оправе собственности было отказано, так как ответчик считает, что сделка является мнимой. Никакой иной цели, кроме как помочь истцу, не было. Полагает, что договор дарения соответствует требованиям действующего законодательства, просит удовлетворить иск. Представитель ответчика Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Оренбургской области ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, в судебном заседании исковые требования не признала по

допущенный к участию в деле в порядке ст.ст.52,53 ГПК РФ в судебном заседании иск не признал. Пояснил, что ничтожной является притворная сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. Существенным условием договора купли-продажи, в соответствии со ст.ст.130 и 549 ГПК РФ, является цена имущества. При отсутствии в договоре условия о цене имущества, договор считается незаключенным. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие между ФИО4 и ФИО2 письменного соглашения о цене недвижимости, и не определена цена в договоре дарения . Таким образом, утверждение истца о недействительности договора дарения, заключенного между ФИО4 и ФИО2 и наличие у истца оснований требовать применения к данному договору норм, применяемых к договору купли-продажи, не соответствует требованиям действующего законодательства. Просил в иске отказать. Представитель третьего лица – Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области в судебное заседание не прибыл, извещен о слушании дела, просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя (л.д.40-41). В порядке ст.167

что ФИО3 является недобросовестным приобретателем, поскольку ФИО3 должен быть знать о том, что спорное имущество принадлежит ФИО1 На момент заключения договора купли-продажи, сделка уже была признана недействительной. Зная, что имущество принадлежало ФИО1 и, заметив, что за три года спорное имущество сменило трех собственников, у ФИО3 безусловно должно было вызвать сомнения. ФИО3 должен был получить информацию о том, не является ли имущество спорным. Цена приобретаемого ФИО3 имущества составила 10 000 000 руб. При этом цена в договоре дарения - не менее 15 500 000 руб. Что свидетельствует о приобретении имущества в 1,5 раза дешевле, чем оно стоит реально. Уточнив исковые требования, просит истребовать из незаконного владения ФИО3 и передать ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО5 спорное недвижимое имущество. В ходе судебного заседания в качестве соответчика был привлечен ФИО3 Ответчик ФИО3 исковые требования не признал, суду пояснил, что о продаже спорного имущества он узнал от своего знакомого - сотрудника ООО «Элемент-Трейд», который