Инструкции о порядке выдачи табельного боевого ручного стрелкового оружия, боеприпасов и специальных средств сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации на постоянное хранение и ношение, утвержденной приказом Министерства внутренних дел от 17.11.1999 №938, сотрудник, получивший табельное боевое ручное стрелковое оружие, боеприпасы и специальные средства на постоянное хранение и ношение, несет личную ответственность за их сохранность. Учитывая приведенные нормы, ответственность за утрату служебного оружия должен нести работник, а не заинтересованное лицо, так как доказательств того, что утрата оружия произошла в результате несоблюдения заинтересованным лицом требований ст. 22 Федерального закона от 13.12.1996 №150-ФЗ «Об оружии», п.п. 54, 55 постановления Правительства Российской Федерации от 21.07.1998 №814 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации» заявителем суду не представлено. Незначительные нарушения заинтересованным лицом требований к оборудованию оружейной комнаты не могут свидетельствовать о том, что последним не обеспечена сохранность оружия. В части нарушения заинтересованным лицом порядка допуска
результате проведенной участковыми уполномоченными полиции работы установлено, что ФИО2 длительное время не проживает по следующим адресам: - <...>; - с. Глядянское Притобольного района, ул. Кравченко, д. 11, кв. 2 (длительное время никто не проживает). Соответственно неясно, где именно должник хранил оружие. Во-вторых, поведение ФИО2, не передавшего оружие финансовому управляющему еще в феврале 2016 года, свидетельствует о намерении уклониться от такой передачи. Заявление об утрате оружия направлено на реализацию этого намерения. Помимо заявления самого должника утрата оружия ничем не подтверждается. Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела не могут являться достаточным доказательством отсутствия у ФИО2 оружия, поскольку до настоящего времени оружие не найдено. При таких обстоятельствах ходатайство финансового управляющего подлежит удовлетворению на основании п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве. При изготовлении резолютивной части настоящего определения в виде отдельного документа от 25.01.2017 арбитражный суд ошибочно, в силу опечатки назвал финансового управляющего ФИО1 конкурсным управляющим. На основании части 3 статьи 179 Арбитражного
ссылка на ограничение доступа к жилому помещению по указанному адресу, не принимается судом. Кроме того, данное обстоятельство не освобождает должника от обязанности совершить активные действия по передаче имущества в конкурсную массу должника в соответствии с нормами Закона о банкротстве. Поведение должника, не передавшего оружие финансовому управляющему еще в феврале 2016 года, свидетельствует о намерении уклониться от такой передачи и заявление об утрате оружия направлено на реализацию этого намерения, учитывая, что помимо заявления самого должника утрата оружия ничем не подтверждается, а заявление подано в период после возбуждения производства по ходатайству управляющего об истребовании имущества. Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела не могут являться достаточным доказательством отсутствия у ФИО1 оружия, поскольку основаны на информации об утрате оружия, предоставленной самим должником, факт утраты, исходя из позиции должника, произошел по истечении практически 1,5 месяцев с момента подачи соответствующего ходатайства об истребовании в суд и принятия его к производству суда (30.06.2016 и 16.05.2016, 19.05.2016
о нарушении Машзаводом подпункта «г» пункта 4 Положения. Факт утраты автоматов АК-47, переданных государственным заказом на утилизации, материалами дела подтвержден и заявителем по существу не оспаривается Возражения заявителя в этой части сводятся к тому что Машзаводом исходя из разумных условий и обязательных требований, был заключен договор на охрану объекта с ФГУП «Ведомственная охрана объектов промышленности России», в котором оговорены дислокация постов и караульных помещений, порядок пропуска грузов и оформления документов (т. 3 л.д. 16-32), утрата оружия (его вывоз вместо пустых ящиков) явилась прежде всего следствием ненадлежащего исполнения ФГУП своих обязательств по договору. Указанные доводы судом не принимаются, поскольку при осуществлении процесса утилизации автоматов ФИО4 Машзаводом, в том числе нарушены порядок проведения операций по утилизации, порядок оформления документов по движению оружия, порядок его хранения, в том числе правило о том, что отпущенные со склада автоматы должны быть утилизированы в тот же день. Указанные правила установлены, в том числе и технологическим процессом
лица статьей 22 Закона № 150, Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июля 1998 ода № 814. Указанные выше нормы нарушены Ответчиком, что не оспаривается последним и подтверждается материалами проверки. С учетом изложенного, суд усматривает состав правонарушения, вменяемого Ответчику (нарушение лицензионных условий) и полагает, что требования Заявителя подлежат удовлетворению. Полномочия административного органа, порядок, сроки привлечения к административной ответственности соответствуют закону. При определении размера штрафа суд учитывает, что Ответчиком совершено несколько нарушений, среди которых и утрата оружия , каждое из которых образует объективную сторону вменяемого Ответчику правонарушения. Соответственно, суд не может применить к Ответчику минимальный размер санкции. В то же время суд учитывает, что Ответчиком приняты незамедлительные меры по устранению выявленных нарушений, в частности, по страхованию сотрудников, что рассматривается судом как обстоятельство, смягчающее ответственность. Соответственно, суд не применяет максимальный размер санкции. На основании изожженного, руководствуясь ст.167-170, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд Р Е Ш И Л: Требования государственного
20.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В соответствии с требованиями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные статьей 26.1 указанного Кодекса. Несогласие подателя жалобы с оценкой доказательств и выводами судей само по себе не является основанием к отмене состоявшихся по делу судебных актов. Доводы жалобы о том, что утрата оружия произошла не по месту его постоянного хранения, а во время ношения, не влияет на квалификацию содеянного. Как правильно указал судья областного суда, виновное необеспечение сохранности оружия, повлекшее его утрату, и, как следствие, доступ к оружию посторонних лиц, является нарушением пункта 59 Правил независимо от места, где произошла утрата оружия. При этом согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела и.о. дознавателя ОП по Приморскому району ОМВД России «Приморский» от 14 августа 2015 года факт
2017 года, оставленным без изменения решением судьи Яшкинского районного суда Кемеровской области от 26 декабря 2017 года, решением судьи Кемеровского областного суда от 07 февраля 2018 года, ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.20.8 КоАП РФ, и подвергнут административному штрафу в размере 2000 рублей. В надзорной жалобе ФИО1 просит об отмене постановления должностного лица и прекращении производства по делу, ссылаясь на то, что нарушение правил хранения и ношения оружия не допускал, утрата оружия произошла в результате несчастного случая. Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы, прихожу к следующему. Частью 4 статьи 20.8 КоАП РФ установлена ответственность за нарушение правил хранения, ношения или уничтожения оружия и патронов к нему гражданами, за исключением случая, предусмотренного частью 4.1 настоящей статьи. Как следует из материалов дела 13 ноября 2017 года ФИО1 обратился в ОЛРР (г.Юрга) Управление Росгвардии по Кемеровской области с заявлением об утрате огнестрельного оружия 15 сентября 2017 года в результате
патроны должны храниться по месту их жительства с соблюдением условий, обеспечивающих их сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к ним посторонних лиц. Хранение оружия и патронов гражданами Российской Федерации в местах временного пребывания должно осуществляться с соблюдением условий, исключающих доступ к оружию посторонних лиц. Факт не обеспечения Германом М.В. сохранности оружия, что повлекло его утрату, подтверждается материалами дела, поэтому действия заявителя были верно квалифицированы по ч.4 ст.20.8 КоАП РФ. Доводы жалобы о том, что утрата оружия произошла во время транспортировки, а не хранения, в результате несчастного случая, несостоятельны и не свидетельствуют об отсутствии состава предъявленного правонарушения. Существенных нарушений процессуальных норм при рассмотрении дела об административном правонарушении и вынесении постановления по делу об административном правонарушении и решения не допущено. Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.4.1 КоАП РФ, в рамках санкции, предусмотренной ч.4 ст.20.8 КоАП РФ. Руководствуясь ст.ст.30.7, 30.9 КоАП РФ, Р Е Ш И Л: Постановление врио начальника ОЛРР
