КоАП Российской Федерации, предусматривающее во взаимосвязи с установленными данным Кодексом правилами назначения административного наказания возможность привлечения юридического лица к административной ответственности в виде административного штрафа в определенных им пределах - от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей, не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (часть 3), постольку, поскольку установленный этим положением значительный минимальный размер административного штрафа в системе действующего правового регулирования , не допускающего назначение административного наказания ниже низшего предела соответствующей административной санкции, не позволяет во всех случаях в полной мере учесть характер совершенного административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, а также иные имеющие значение для дела существенные обстоятельства и тем самым - обеспечить назначение справедливого и соразмерного административного наказания. В законодательстве не урегулирован вопрос применения к юридическим лицам административных взысканий ниже низшего предела, что не позволяет во всех случаях в
статьи 44 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" влияет на правовые последствия установления требования о квалифицированном большинстве голосов депутатов для избрания главы муниципального образования из состава представительного органа муниципального образования. Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу является пункт 6 части 1 статьи 44 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" в той части, в какой на его основании в системе действующего правового регулирования определяются полномочия представительных органов муниципальных образований по установлению уставом муниципального образования нормы голосования для избрания главы муниципального образования представительным органом муниципального образования из своего состава, составляющей две трети от общего (установленного) числа депутатов. 2. Конституция Российской Федерации провозглашает Российскую Федерацию демократическим федеративным правовым государством с республиканской формой правления (статья 1, часть 1) и устанавливает, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ, который осуществляет свою власть
- свидетельств фактического участия лица, имеющего статус депутата Государственной Думы, в руководстве деятельностью коммерческой организации должно производиться с учетом всех имеющих значение обстоятельств. Таким образом, положение пункта "в" части первой статьи 4 Федерального закона "О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации", предусматривающее досрочное прекращение депутатских полномочий в случае вхождения депутата Государственной Думы в состав органа управления хозяйственного общества или иной коммерческой организации, по своему смыслу в системе действующего правового регулирования означает запрет на участие в деятельности коммерческой организации путем вхождения в состав органов управления, пребывание в которых невозможно без специального волеизъявления лица, или осуществление в коммерческой организации таких управленческих функций без формального вхождения в состав органа управления, а также в любом случае - на участие в работе высшего органа управления (например, общего собрания акционеров). Как таковое названное законоположение, будучи направленным на предотвращение конфликта интересов и обеспечение самостоятельности и независимости депутатов Государственной Думы,
Российской Федерации, совершение военнослужащим дисциплинарного проступка может повлечь применение к нему установленной государством в целях предупреждения совершения дисциплинарных проступков меры ответственности - дисциплинарного взыскания, одним из видов которого является досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, применяемое к военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, за исключением высших офицеров и курсантов военных образовательных учреждений профессионального образования. Использование в случае совершения военнослужащим дисциплинарного проступка досрочного увольнения с военной службы, которое в системе действующего правового регулирования осуществляется на основании подпункта "в" пункта 2 статьи 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", т.е. в связи с невыполнением условий контракта, в качестве дисциплинарного взыскания предопределяет необходимость соблюдения вытекающих из Конституции Российской Федерации и, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, по своему существу относящихся к основам правопорядка общих принципов юридической ответственности. Исходя из этого обязательным условием досрочного увольнения с военной службы в порядке реализации дисциплинарного взыскания по основанию,
3.7 и части 1 статьи 30.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Рассмотрев дело по указанной жалобе, Конституционный Суд Российской Федерации вынес постановление от 15 октября 2020 года № 41-П, которым признал часть 4 статьи 3.7 и часть 1 статьи 30.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (части 1 и 3), 46 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования , допуская по делам об административных правонарушениях в области таможенного дела конфискацию орудия совершения или предмета административного правонарушения - товаров и (или) транспортных средств у лиц, не являющихся собственниками соответствующего имущества, не предусматривают права собственника имущества обжаловать постановление по делу об административном правонарушении в части конфискации имущества в случае, когда товар или транспортное средство законно перемещены через таможенную границу и находятся на таможенной территории ЕАЭС, где таможенные органы и суды Российской Федерации
обращали внимание на то, что договоры с застройщиком заключены после возбуждения дела о банкротства, то есть на текущий статус своих требований. Вместе с тем постановлением № 34-П признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации части 14 и 17 статьи 16 Федерального закона от 27.06.2019 № 151-ФЗ во взаимосвязи с пунктом 11 статьи 201.15-2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования не предусматривают необходимых правовых гарантий защиты прав кредиторов, не являющихся участниками строительства, при прекращении их залоговых прав в связи с передачей земельного участка, объекта незавершенного строительства фонду. Однако в тексте постановления отмечено, что признание названных положений не соответствующими Конституции Российской Федерации не должно означать восстановления залоговых прав кредиторов, не являющихся участниками строительства и приобретших права залогодержателей до принятия оспариваемого регулирования. Таким образом, вывод судов о прекращении обременения в отношении переданного фонду объекта
При этом согласно подпункту «а» пункта 5 Порядка в ходе рассмотрения заявления и документов органом государственного жилищного надзора осуществляется проверка заявления и документов на предмет соответствия заявления и документов положениям пунктов 2 и 3 данного порядка. В свою очередь, несоответствие заявления и документов требованиям, установленным подпунктом «а» пункта 5 Порядка, является основанием для отказа во внесении изменений в реестр и возврата заявления и документов (подпункт «а» пункта 9 Порядка). Оспариваемые нормативные положения в системе действующего правового регулирования не отвечают общеправовому критерию формальной определенности, так как их содержание не обеспечивает однозначное понимание и толкование, приводит к возможности их произвольного применения, вследствие чего на лицензиата, чья деятельность по управлению многоквартирным домом прекращена в связи с окончанием срока действия соответствующего договора, может возлагаться не предусмотренная законом обязанность по представлению названных в них документов. При этом неисполнение таким лицензиатом подобной не существующей у него согласно Жилищному кодексу Российской Федерации обязанности служит препятствием для
правообладателя указанной обязанности противоречит пункту 4 статьи 1 ГК Российской Федерации, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, и фактически препятствует правообладателю защищать свое нарушенное право в судебном порядке (пункт 47 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июля 2020 года). Таким образом, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает возложение на обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации (пункт 4.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46). Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии у суда первой инстанции оснований
заявителя. Согласно абзацу 9 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства снимаются ранее наложенные аресты на имущество должника и иные ограничения распоряжения имуществом должника. Основанием для снятия ареста на имущество должника является решение суда о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства. Наложение новых арестов на имущество должника и иных ограничений распоряжения имуществом должника не допускается. В системе действующего правового регулирования для разрешения вопросов, связанных с несостоятельностью (банкротством), но являющихся предметом иного отраслевого законодательства, указанная норма должна применяться во взаимосвязи с требованиями такого законодательства. Судами абзац 9 части 1 статьи 126 Закона о банкротстве истолкован таким образом, что решение арбитражного суда о признании общества банкротом и об открытии конкурсного производства само по себе является актом, отменяющим ранее наложенные аресты на его имущество. При этом, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской
электросетевого оборудования, арендной платы. Кроме того, ссылка в экспертном заключении на ООО «Репино» по пр. Репино не свидетельствует о том, что речь в данном случае идет о ТП-96п, ТП-1601п, ТП-2229п, ТП-2252п, ТП-2198п, ТП-2244п, ТП-2681п. Более того, в судебном заседании представитель РЭК – департамента цен тарифов Краснодарского края пояснил, что ТП-96п, ТП-1601п, ТП-2229п, ТП-2252п, ТП-2198п, ТП-2244п, ТП-2681п при установлении тарифа и НВВ не учитывалось, истец для компенсации недополученных доходов не обращался. При этом в системе действующего правового регулирования правом на оказание возмездных услуг по передаче электрической энергии ее потребителям на розничных рынках электрической энергии наделены территориальные сетевые организации. Они оказывают названные услуги на основании договора о возмездном оказании услуг по передаче электрической энергии и установленного уполномоченным органом исполнительной власти тарифа. Собственники (владельцы) объектов электросетевого хозяйства, не получившие в отношении электросетевого оборудования статуса территориальной сетевой организации, обязаны как потребители электрической энергии продолжать эксплуатацию принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства в соответствии с
жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом. Изучив доводы заявителя жалобы, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены постановления суда. Признавая требования об индексации обоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что Постановлением Конституционного Суда РФ от 22.07.2021 № 40-П признана не соответствующей Конституции Российской Федерации ст. 183 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ее статье 46 (часть 1), в той мере, в какой она - при отсутствии в системе действующего правового регулирования механизма индексации взысканных судом денежных сумм - не содержит критериев, в соответствии с которыми должна осуществляться предусмотренная ею индексация. Отменяя определение суда, апелляционный суд указал на то, что предметом рассмотрения арбитражного суда в рамках настоящего дела являлись требования о признании недействительным ненормативного правового акта, а не требования о взыскании денежной суммы. Правовых оснований для индексации расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с
расходов для целей налогообложения, установленному главой «Налог на прибыль организаций» Налогового кодекса Российской Федерации (п.1 ст.221 Налогового кодекса РФ). В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 30.11.2016 года №27-П «По делу о проверке конституционности п.1 ч.8 ст.14 Федерального закона «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» и ст.227 Налогового кодекса РФ связи с запросом Кировского областного суда», установившему конституционно-правовой смысл в системе действующего правового регулирования указанных норм, хотя налоговое законодательство Российской Федерации и не использует понятие «прибыль» применительно к налоговой базе для расчета налога на доходы физических лиц, доход для целей исчисления и уплаты налога на доходы физических лиц для индивидуальных предпринимателей в силу взаимосвязанных положений статей 210, 221 и 227 Налогового кодекса РФ подлежит уменьшению на сумму расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов, что аналогично определению прибыли в целях исчисления налога на прибыль организаций, под которой,
норма закона не делает исключения ни для каких ограничений использования имущества и арестов, в том числе осуществленных в рамках уголовного судопроизводства. Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N Положения части 1 статьи 115 УПК РФ, предусматривающие в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска наложение ареста на имущество лиц, несущих по закону материальную ответственность за действия подозреваемого или обвиняемого, признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования означают, что арест может быть наложен на имущество лишь того лица, которое по закону несет за действия подозреваемого или обвиняемого материальную ответственность, вытекающую из причинения вреда. Часть 3 статьи 115 УПК РФ во взаимосвязи с абзацем 9 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагают наложения ареста на имущество должника, в отношении которого введена процедура
территорий в соответствии с законодательством (пункт 2 статьи 39). Одновременно им закрепляется принцип ответственности как органов государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, так и органов местного самоуправления за обеспечение благоприятной окружающей среды и экологической безопасности на соответствующих территориях при осуществлении возложенных на них данным и иными федеральными законами полномочий в сфере отношений, связанных с охраной окружающей среды (статьи 3 и 5 - 7) (пункт 4.1 Постановления Конституционного Суда РФ). Таким образом, в системе действующего правового регулирования отнесение к вопросам местного значения городского округа организации сбора, вывоза, утилизации и переработки бытовых и промышленных отходов не может рассматриваться как безусловное основание для возложения на органы местного самоуправления городского округа обязанностей, касающихся проведения очистки территории городского округа от загрязнения отходами, без учета характера предоставленных им полномочий в сфере обращения с отходами, в том числе применительно к расположенным на территории городского округа земельным участкам различной формы собственности, и без правовой оценки качества
включения в него оплату за работу в ночное время, работу в праздничные дни, работу в вредными и (или) опасными условиями труда, дополнительную работу, районный коэффициент. Исходя из п. 1 Постановления от 07.12.2017 № 38-П, Конституционный Суд РФ постановил признать взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включении в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Исходя из пункта 10 Акта проверки, с января 2019г. МРОТ с учетом районного коэффициента составляет 14 664, 00 рублей. Согласно расчетным листкам ФИО1 за январь 2019
