на 2 года 8 месяцев, по ст.111 ч.4 УК РФ на 9 лет 8 месяцев. На основании ст.69 ч.З УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначено 10 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В кассационном порядке приговор оставлен без изменения. Постановлением президиума Астраханского областного суда от 19 февраля 2008 года состоявшиеся в отношении Иришева С.Х. и Иришева Н.Х. судебные решения изменены: из описательно-мотивировочной части приговора ис- ключено указание суда на вид умысла , мотивы, цель, способ, обстановку и ста- дию совершения преступления, отношение подсудимых к содеянному, поведе- ние последних после совершения преступления, мнение потерпевшей И.- <...>., просившей суд назначить Иришеву С.Х. и Иришеву Н.Х. самое стро- гое наказание, а также на то, что подсудимые по месту жительства характери- зуются отрицательно, и на отсутствие обстоятельств, смягчающих наказание, как на обстоятельства, учитываемые при назначении наказания. Назначенное наказание смягчено: ФИО1 по ст.111 ч.4 УК РФ - до 9 лет
на собственную выгоду ФИО1, извлеченную из незаконных действий, не представила доказательств, опровергающих его доводы об ее отсутствии. Кроме того, суд первой инстанции, с решением которого согласились суды апелляционной и кассационной инстанций, руководствуясь частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и делая на этом основании вывод об умышленном характере действия (бездействия) ФИО1, сослался на преюдициальное значение обстоятельств, установленных определением Арбитражного суда Алтайского края от 10.06.2019 по делу № А03-7608/2017. Однако форма вины в видеумысла в действиях (бездействии) арбитражного (конкурсного) управляющего, не была установлена по делу № А03-7608/2017. В названном деле суды пришли к выводу о наличии оснований для возложения на арбитражного управляющего ФИО1 гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, установив факт причинения вреда в результате совершения им несоответствующих требованиям Закона о банкротстве и Жилищного кодекса Российской Федерации действий (бездействия), выразившихся в незаконном удержании полученных целевых денежных средств за коммунальные услуги и их неперечислении в полном объеме АО «Барнаульская
не установлено законом либо соглашением сторон. Доводы ответчика, изложенные в отзыве, не могут быть приняты во внимание. Пунктом 6.8 Устава МУП «Коммунальные тепловые сети» установлено, что одним из источников формирования имущества предприятия, в том числе финансовых ресурсов является прибыль, полученная от выполнения работ, реализации продукции, а также от других видов хозяйственной, финансовой и внешнеэкономической деятельности. В соответствии со ст.401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии виды (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Ненадлежащее исполнение обязательства по оплате стоимости оказанных истцом услуг по причине несвоевременной оплаты за предоставленные услуги населением, само по себе не может служить обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии вины
с должностной инструкцией, неисполнение ею своих обязанностей в полном объеме не может свидетельствовать об отсутствии вины юридического лица, поскольку последним были предприняты не все зависящие от него меры по контролю за соблюдением действующего законодательства по хранению и охране имущества, вина юридического лица как субъекта данных правоотношений определяется виной кассира. Довод истца о том, что кассир не имела прямого умысла на совершение нарушения должностных инструкций, судом не принимается. Необходимо иметь ввиду, что законодательством РФ регулируются виды умысла , при этом при косвенном умысле лицо не желает, но сознательно допускает опасных последствий, либо относится к ним безразлично. Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд Р Е Ш И Л : В удовлетворении требований отказать. Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Калужской области. Судья А.Н. Ипатов
нарушение тех или иных правил возможно лишь при наличии закрепленных в статье 2.1 КоАП РФ общих оснований привлечения к административной ответственности, предусматривающих необходимость доказывания в действиях (бездействии) физического лица признаков противоправности и виновности. Так, необходимо учитывать субъективную сторону правонарушения, то есть внутреннюю сторону правонарушения, которая характеризует психическую деятельность лица в момент совершения правонарушения. В структуре содержания данной психической деятельности различают: вину, мотив, цель, эмоциональное состояние. Так, статья 2.2. КоАП РФ различает прямой и косвенный виды умысла , где при прямом умысле лицо: сознает общественно опасный или вредный характер своего деяния; предвидит наступление общественно опасных или вредных последствий своего деяния; желает наступления общественно опасных или вредных последствий своего деяния; при косвенном умысле лицо: сознает общественно опасный или вредный характер своего деяния; предвидит наступление общественно опасных или вредных последствий своего деяния; сознательно допускает наступление общественно опасных или вредных последствий своего деяния. Виды неосторожности: самонадеянность (легкомыслие), небрежность. Из диспозиции части 1 статьи 4.5.
заинтересованных лиц в судебном заседании. Соответствующие обстоятельства, препятствующие освобождению должника от исполнения обязательств, могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45). Исследовав материалы дела, суд первой инстанции установил, что вред причинен должником имуществу кредитора в результате ДТП; суд общей юрисдикции, взыскивая ущерб, указал на виновное причинение должником вреда, однако форму вины в виде умысла либо грубой неосторожности не устанавливал. При этом, арбитражный суд, проанализировав обстоятельства дела, верно указал, что в решении отсутствуют ссылки на доказательства, обосновывающие возможный вывод о наличии в действиях ФИО2 грубой неосторожности либо умысла; достаточных оснований для установления формы вины в виде умысла либо грубой неосторожности в рамках завершения процедуры банкротства, исходя из состава имеющихся в деле доказательств, не имеется. Судом апелляционной инстанции проанализировано содержание судебного акта по делу № 2-1171/2021 о взыскании с должника
несоблюдение Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков, апелляционный суд указал, что вопрос о том, является ли допущенная виновником ДТП неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.), и оснований считать, что виновные действия должника были совершены при грубой неосторожности, не имеется, в связи с чем достаточные основания для установления формы вины в видеумысла либо грубой неосторожности в рамках завершения процедуры банкротства, исходя из состава имеющихся в деле доказательств, отсутствуют. Само по себе причинение ущерба кредитору в результате ДТП и неполное возмещение должником причиненного вреда кредитору не является основанием для его не освобождения от дальнейшего исполнения обязательств. Кроме этого, проанализировав обстоятельства, установленные при рассмотрении требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника суммы ущерба, причиненного в результате ДТП, апелляционный суд отметил, что суд при разрешении вопроса о
всех представленных сторонами доказательств государственный обвинитель в полном объеме отказался от предъявленного ФИО2 обвинение, в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, изложив мотивы отказа. Так, государственный обвинитель полагал, что исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела достоверно установлено, что одни и те же действия ФИО3 в отношении потерпевших ЛАВ. и СДР органом предварительного расследования квалифицированы и как убийство, и как покушение на убийство, предполагающих различные виды умысла , различную субъективную и объективную стороны составов преступлений. То есть содеянное ФИО2 в соответствии со ст. 17 УК РФ нельзя рассматривать как совокупность преступлений. Суд находит мотивы отказа обоснованными. Действия ФИО2 полностью охватываются п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 30 п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, не требуется. В соответствии с положениями ч. 7 ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного
общественно опасное деяние, запрещенное им под угрозой наказания (часть первая статьи 14). Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам (части первая и третья статьи 30 данного Кодекса). По смыслу ч.3 ст. 30 УК РФ, применяемой во взаимосвязи с иными нормами данного Кодекса, в том числе определяющими принцип вины (статья 5), понятие и виды умысла (статья 25), покушение предполагает наличие прямого умысла, направленного на совершение конкретного преступления, что подлежит доказыванию органами, осуществляющими уголовное преследование, в ходе расследования и судебного рассмотрения уголовного дела (пункт 2 части первой статьи 73 УПК РФ). В соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК
требований доступности для инвалидов социальных объектов. Изложенное исключает неосторожную форму вины, поскольку этот признак характеризует осознанное стремление лица к конкретному противоправному бездействию, то есть свойственен только умышленной форме вины. При квалификации указанного вида правонарушения не требует волевого момента умысла в виде отношения к общественно-опасным последствиям, следовательно оно может быть совершено лишь в форме прямого умысла. Данные выводы судьи также не основаны на нормах действующего законодательства, так как КоАП РФ не содержит понятийного аппарата, разграничивающего виды умысла на прямой и косвенный, а неосторожность на небрежность и легкомыслие. При этом, необходимо отметить, что административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. В рассматриваемом случае бездействие руководителя учреждения являются нарушением Приказа Минобрнауки России от 30.08.2013 № 1014, свидетельствующим об умышленном игнорировании требований подзаконного акта, состав правонарушения является формальным.
