Запрет размещения информации - гражданское законодательство и судебные прецеденты

о фондах, у которых введен запрет на проведение всех или части операций или аннулирована лицензия; информирует Пенсионный фонд Российской Федерации о фондах, осуществляющих деятельность по обязательному пенсионному страхованию, а также о фондах, у которых введен запрет на проведение всех или части операций или аннулирована лицензия, в течение 10 рабочих дней со дня введения соответствующего запрета или аннулирования лицензии; направляет в пределах своей компетенции лицам, указанным в пункте 2 настоящей статьи, запросы о представлении информации, связанной с осуществлением ими деятельности по формированию и размещению средств пенсионных резервов, формированию и инвестированию средств пенсионных накоплений, и иной информации с учетом требований федеральных законов; выдает лицам, указанным в пункте 2 настоящей статьи, в пределах своей компетенции предписания об устранении выявленных нарушений требований настоящего Федерального закона, а также законодательства Российской Федерации об обязательном пенсионном страховании; рассматривает отчеты фондов, а также аудиторские и актуарные заключения; рассматривает аудиторские заключения на отчетность лиц, указанных в пункте 2

противоречит положениям статей 1477, 1481 и 1484 ГК РФ. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 57 постановления Пленума № 10, в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет») не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ). Суды, разрешая спор, не учли, что требования истца о запрете ответчикам использования товарных знаков, а также сходных с ними до степени смешения иных обозначений в гражданском обороте на территории Российской Федерации, в том числе в качестве элемента фирменного наименования, на любых поверхностях, в том числе в сети «Интернет», в

из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право. Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети "Интернет") также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ). В судебном заседании 10.08.2022 истец пояснил суду апелляционной инстанции, что ответчик в 2021 году прекратил использовать обозначение GREEN COFFEE, закрыл все кофейни и не ведет предпринимательскую деятельность по продаже горячих и холодных напитков с использованием обозначения GREEN COFFEE. Таким образом, в настоящий момент исключительные права истца ответчиком не

его нарушения, в силу пп. 2 п. 1 ст. 1252 ГК РФ может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети "Интернет") также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ). По результатам судебного разбирательства, апелляционная коллегия пришла к выводу о том, что апелляционные жалобы не содержат указаний на обстоятельства и соответствующие доказательства, наличие которых позволило бы иначе оценить те юридически значимые обстоятельства, верная оценка которых судом первой инстанции повлекла принятие обжалуемого решения. С учетом изложенного, оснований для удовлетворения

его нарушения, в силу пп. 2 п. 1 ст. 1252 ГК РФ может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет») также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ). Вынося оспариваемое решение, суд первой инстанции наряду со взысканием с ответчика компенсации и расходов истца по уплате государственной пошлины за обращение в суд обязал ответчика изъять из оборота принадлежащую ему контрафактную продукцию под обозначением «Уральский провансаль ЕМЖК» и уничтожить ее за свой счет без компенсации, а также запретил

«О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), суд обязал ответчика прекратить использование фирменного наименования без указания на конкретные виды деятельности, не приняв во внимание, что выбор способа прекращения нарушенного права на фирменное наименование принадлежит ответчику. Истец также обращает внимание на то, что в соответствии с пунктом 57 Постановления № 10 требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет») также не подлежат удовлетворению, так как такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ). По мнению общества «Юнисервис», суд первой инстанции неправомерно обязал ответчика прекратить использование спорного товарного знака без указания конкретных услуг, так как истец просил о принятии судебного запрета относительно незаконного использования обозначения в отношении услуг по управлению недвижимостью и управлению жилым фондом. В этой связи кассатор полагает,

изъяты> КУСП <данные изъяты>. ФИО1 не давал своего согласия ООО «МОИС Эксплуатация» на хранение, использование и распространение какой-либо информации о его частной жизни. Таким образом, ООО «МОИС Эксплуатация» нарушила права ФИО1 на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны, защиту своей чести и доброго имени. <данные изъяты> ФИО1 было подано заявление в адрес ООО «МОИС Эксплуатация» с предложением заключить договор от <данные изъяты> Исх. <данные изъяты>, зарегистрированное от <данные изъяты> <данные изъяты>, о запрете размещение информации касающейся его частной жизни, личной и семейной тайны в любых публичных местах, с требованием удалить всю информацию, порочащую его честь и доброе имя, из любых публичных мест в срок до <данные изъяты> ООО «МОИС Эксплуатация» были приняты условия о заключении договора путем выполнения (акцепта) условия договора от <данные изъяты> исх. <данные изъяты>-МОИС, так как на момент подачи досудебной претензии информация не была удалена из общедоступных мест (фото, видео материалы прилагаются). Существенным условием договора

Судья Тюленев В.В. Дело № 33-483\16 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ 28 января 2016 года г. Ханты – Мансийск Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе: председательствующего судьи Романовой И.Е., судей коллегии Борисовой Е.Е. и Антонова Д.А., при секретаре Олиярник Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление Сургутского транспортного прокурора в интересах неопределенного круга лиц о запрете размещения информации , распространение которой в РФ запрещено, по апелляционному представлению Сургутского транспортного прокурора (ФИО)3 на определение Сургутского районного суда от (дата), которым постановлено: заявление Сургутского транспортного прокурора в интересах неопределенного круга лиц о запрете размещения информации оставить без рассмотрения; разъяснить заявителю и другим заинтересованным лицам их право разрешить спор в порядке искового производства. Заслушав доклад судьи Борисовой Е.Е., судебная коллегия, установила: Сургутский транспортный прокурор обратился в суд с заявлением в порядке ст. 262 ГПК

из материалов дела, 11.11.2019 нотариусом нотариального округа городского округа город Воронеж Воронежской области НИА в целях обеспечения доказательств произведен осмотр информации в сети Интернет страниц <данные изъяты>, о чем составлен протокол осмотра нотариусом доказательств. Также установлено, что в производстве Арбитражного суда Воронежской области находится дело № по исковому заявлению ООО «ТегоТек РУС» к ООО «ММ-Альфа Групп», ФИО1 о нарушении прав на товарный знак, взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №, запрете размещение информации на интернет сайтах <данные изъяты>, в рамках которого представлен протокол осмотра нотариусом доказательств – информации в сети Интернет, от 11.11.2019. Оставляя заявление ФИО1 и ООО «ММ-Альфа Групп» без рассмотрения, суд первой инстанции, исследовав все представленные доказательства, установив наличие спора о праве между ООО «ТегоТек РУС» и ООО «ММ-Альфа Групп», ФИО1 правильно пришел к выводу о том, что требования заявителей направлены на оспаривание доказательства, которое подлежит оценке при рассмотрении спора арбитражным судом в порядке

денежных средств по кассационной жалобе ФИО1 на решение Раменского городского суда Московской области от 14 декабря 2020 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 24 февраля 2021 г. Заслушав доклад судьи Козлова А.М., судебная коллегия у с т а н о в и л а: ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «МОИС Эксплуатация» о взыскании денежных средств в размере 300 000 руб. по договору о запрете размещения информации от 3 августа 2020 г., который, по его мнению, был заключен в результате акцепта ответчиком предложения истца. Ссылаясь на то, что ООО «МОИС Эксплуатация» нарушены условия договора, поскольку информация о наличии у собственника квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, задолженности по оплате коммунальных услуг, ранее незаконно размещенная ответчиком на информационном щите не была удалена, полагал, что с ответчика подлежит взысканию указанная денежная сумма. Решением Раменского городского суда Московской области от 14 декабря 2020 г.,