и, руководствуясь положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», исходили из доказанности общности экономических интересов должника и общества, их фактической аффилированности, и указали, что общество является лицом, получившим материальную выгоду от совершенных должником сделок. Судами отмечено, что в результате совершения сделок уменьшились активы должника в виде денежных средств, реальная возможность пополнения конкурсной массы утрачена, возникла ситуация полной или частичной утраты возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Изложенные в жалобе доводы выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений ими норм права, сводятся к переоценке доказательств и установлению иных обстоятельств по обособленному спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья
По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационных жалобах, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 АПК РФ основания для передачи жалоб для рассмотрения в судебном заседании отсутствуют. Исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствуясь положениями пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации суды пришли к выводу о том, что в результате совершения цепочки оспариваемых сделок выведены активы должника в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда кредиторам должника при осведомленности всех участников сделок о названной цели, в связи с чем является подтвержденной совокупность условий, необходимых для признания сделок недействительными. Оснований, по которым возможно не согласиться с выводами судов, заявителями не представлено. Доводы, изложенные в кассационных жалобах, не подтверждают существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Руководствуясь статьями
24.06.2021, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 21.09.2021 и округа от 28.01.2022, в удовлетворении заявления отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, конкурсный управляющий должником просит отменить указанные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Судами установлено, что в результате реорганизации общество «Лилиана» получило материальные внеоборотные активы должника , запасы (материалы), краткосрочные заемные средства. Должник получил материальные внеоборотные и оборотные активы, оставил за собой кредиторскую задолженность и заемные обязательства. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, учли результаты проведенной в рамках дела № А56-11608/2016 судебной бухгалтерской финансовой экспертизы, согласно которой при реорганизации соблюдены рациональные балансовые пропорции, достигнуто оптимальное соотношение оставшихся у должника активов и обязательств, реорганизация не привела к ухудшению финансового состояния должника. Установленные обстоятельства не
коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходили из доказанности совокупности условий для привлечения бывшего руководителя ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по передаче документации о финансово-хозяйственной деятельности должника внешнему или конкурсному управляющему, что не позволило должным образом сформировать конкурсную массу, установить действительные активы должника , выявить наличие всех дебиторов, а также оснований для оспаривания сделок должника. Изложенные в жалобе доводы были предметом рассмотрения судов, не подтверждают существенных нарушений ими норм права, сводятся к переоценке доказательств и установлению иных обстоятельств по обособленному спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда
объеме; согласно оглашенной резолютивной части суд взыскал с ФИО5 в пользу должника 12 811 836 руб. 57 коп. в порядке субсидиарной ответственности. По мнению ФИО1, должник прекратил хозяйственную деятельность в конце 2013 г., вывод суда апелляционной инстанции о продолжении деятельности до лета 2014 г. не подтвержден доказательствами; также не подтвержден доказательствами факт искажения ФИО1 бухгалтерской отчетности должника. Заявитель жалобы полагает, что размер его ответственности подлежит снижению, поскольку согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2013 активы должника составляли 134 тыс. руб., в связи с чем имущественный вред кредиторам мог быть причинен только в размере данной суммы. В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган просит в удовлетворении жалобы отказать, считает выводы суда апелляционной инстанции обоснованными. Поступивший в суд кассационной инстанции в электронном виде отзыв конкурсного управляющего ФИО2 к материалам дела не приобщается, поскольку отсутствуют доказательства направления отзыва иным участникам дела. Проверив законность судебных актов в порядке, предусмотренном ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса
РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. В рассматриваемом случае срок возврата займа продлевался восемь раз с 31.12.2011 до 31.12.2021. Ответчиком не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о том, что конструкция договора займа фактически являлась формой финансирования деятельности должника. Представленная в материалы спора бухгалтерская (финансовая) отчетность отражает отрицательное значение чистых активов должника (строка 3600) за период с 2013 по 2020 год: - в 2013 году чистые активы должника имели отрицательное значение и составляли минус 752 167 000 руб., - в 2014 году чистые активы должника имели отрицательное значение и составляли минус 826 185 000 руб.; - в 2015 году чистые активы должника имели отрицательное значение и составляли минус 1 205 269 000 руб.; - в 2016 году чистые активы должника имели отрицательное значение и составляли минус 1 525 426 000 руб.; - в 2017 году чистые активы должника имели отрицательное значение и
дела о банкротстве заключается с участием третьего лица и не предусматривает оплату обязательств самим должником, инициатива заключения мирового соглашения исходила от третьего лица. Непосредственно должник в лице его бывшего руководителя или учредителя в утверждении условий мирового соглашения не участвовали. Согласие учредителя, представленное в материалы дела, получено конкурсным управляющим уже после принятия собранием кредиторов соответствующего решения. Третьим лицом в рамках спорного мирового соглашения цель восстановления платежеспособности должника не преследуется. Исходя из условий мирового соглашения все активы должника , а именно права требования к ФИО7, установленные постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2019, права требования к ООО СК «Континент», установленные определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.10.2019, права требования к ФИО8, установленные определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2020, переходят в пользу третьего лица. Третье лицо погашает задолженность в размере 370 166,34 рубля (вторая очередь), 2 970 517,17 рубля (третья очередь); итого 3 340 683,51 рубля. Права требования передаются по цене, сформировавшейся
средств, достаточных для возмещения необходимых расходов, содержит правовые механизмы для предотвращения излишней траты бюджетных средств, когда заявителем по делу выступает уполномоченный орган. Соответственно, возложение таких убытков в полном объеме на руководителя организации-должника, если они возникли (увеличились) из-за ненадлежащих действий (бездействия) других лиц, не отвечало бы критериям справедливости и соразмерности. Следует отметить, что в ходе процедуры о несостоятельности (банкротстве) ООО «Динамо-Профи- 1» арбитражным управляющим проводился финансовый анализ должника, по результатам которого было установлено, что оборотные активы должника представлены денежными средствами в размере 255,44 рубля и дебиторской задолженностью в размере 2 056 588 рублей, ликвидность которой арбитражным управляющим не оценена. Иного имущества у должника не выявлено. Таким образом, покрытие судебных расходов по делу о банкротстве предполагалось исключительно за счет дебиторской задолженности, но взыскать эту задолженность или иным образом распорядиться данным активом должника для пополнения конкурсной массы арбитражному управляющему не удалось. Дело о признании несостоятельным (банкротом) находилось на рассмотрении с 15 июня 2012
удовлетворения жалобы, просил постановление в отношении ФИО1 оставить без изменения, и пояснил, что ОАО «Калугатрансмаш» имеет просроченную более трех месяцев задолженность по налогам, страховым взносам, в связи с чем ИФНС по Московскому округу г.Калуги были приняты решения о взыскании задолженности и направлены в службу судебных приставов, возбуждено исполнительное производство, которое до настоящего времени не окончено. Арбитражным судом Калужской области рассматривается дело о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Калугатрансмаш», введена процедура наблюдения. Общая задолженность ОАО «Калугатрансмаш» превышает активы должника и подтверждает недостаточность денежных средств и имущества общества. Таким образом, ФИО1 обязана была в срок до 28 июля 2018 года направить в Арбитражный суд Калужской области заявление о банкротстве. Кроме того, обращает внимание судьи на то, что жалоба подана с нарушением установленного законом срока. Выслушав участников процесса, изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы, изложенные в жалобе, судья приходит к следующему выводу. Административная ответственность по ч.5 ст. 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях
конкурсного управляющего ООО «ПромТорг третий» и утвержден конкурсным управляющим ФИО4 член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал». Определением Арбитражного суда Калининградской области 22.03.2019 освобожден от обязанностей конкурсного управляющего ООО «ПромТорг третий» ФИО4 и утверждена конкурсным управляющим ФИО5 - член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа». По состоянию на 04.09.2015 должник также обладал признаками объективного банкротства, поскольку согласно данным бухгалтерского баланса ООО «ПромТорг третий» за 2015, представленного должником в налоговый орган 17.03.2016, активы должника на конец отчетного периода составляли всего 97 417 000 руб. из них запасы 1 260 000 руб. и финансовые и другие оборотные активы в размере 96 157 000,00 руб., а размер кредиторской задолженности на конец отчетного периода и краткосрочные займы составляли 127 835 000 руб., что очевидно свидетельствует о том, что должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной
