29 сентября 2020 года. Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горохова Б.А., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила: ООО «Лизинговая компания «Победа Финанс» обратилось в суд с иском к ФИО1. и ФИО2 о признании права залога на квартиру, взыскании суммы долга, процентов за пользование суммой, обращении взыскания на заложенное имущество, признании недействительным договора дарения квартиры, прекращении права собственности и права залога. В обоснование своих требований истец указал на то, что 16 марта 2017 года между ООО «ЛК «Победа Финанс» и ФИО1. был заключен договор финансовой аренды (лизинга), в соответствии с которым, общество обязалось приобрести и передать ФИО1. во временное владение и пользование, а затем в собственность предмет лизинга. Во исполнение указанного договора между обществом и ФИО1. был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Краснодар, Карасунский внутригородской округ, проезд 1-й Онежский, д. 31, кв. 3, лит. Е., стоимостью 1 000 000 руб., предмет
договору дарения б/н от 13.02.2014, свидетельство о государственной регистрации права от 18.02.2014. В отношении земельного участка с кадастровым номером 76:09:033001:455,находящегося в пользование на условиях договора субаренды №6 от 15.01.2011, истцом представлен договор об уступке прав №2 от 16.06.2015. Согласно статьям 1 и 2 договора уступки прав №2 от 16.06.2015 истцу с 16.06.2015 перешли права получения арендной платы по договору о предоставлении участков в пользование на условиях субаренды №06 от 15.01.2011 в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали у цедента к моменту перехода прав. О произошедшей уступке прав , а также о необходимости перечисления имеющейся за период с 1.07.2012 по 31.12.2015 задолженности по арендной плате ответчику направлено уведомление от 18.06.2015. Утверждая , что за ответчиком образовалась задолженность по арендной плате за пользование земельными участками в размере 910 534 рублей 55 копеек за 2018 год, из которых 32 444 рублей 41 копеек задолженности по договору аренды N
иной экономической деятельности. Между тем по результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов и доводов кассационной жалобы таких оснований не установлено. Разрешая спор в обжалуемой части и изменяя постановление апелляционного суда, суд округа, руководствуясь положениями статей 166, 167 и 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из отсутствия оснований для сохранения обременения в виде аренды земельного участка ввиду квалификации указанного договора дарения как недействительной сделки, направленной на причинение вреда кредиторам должника, и, как следствие, отсутствия у Коха Р.И. права на распоряжение спорным имуществом, в том числе права сдачи его в аренду . Выводы суда округа соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Основания для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Кроме того, в просительной части кассационной жалобы заявитель просит отменить определение Арбитражного суда Омской области от 06.02.2019 и определение Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2019. Вместе с тем, производство
внимание завышенный размер арендной платы, пришел к выводу, что, заключая дополнительное соглашение от 01.06.2016 № 1 к этому договору аренды земельного участка, стороны прикрывали тем самым договор дарения денежных средств, перечисленных истцом ответчику по договору инвестирования, а поскольку дарение между коммерческими организациями не допускается, признал данную сделку ничтожной. Суд установил, что фактически ООО «Марат» не имеет материально- правового интереса к аренде земельного участка, поскольку он несвободен, а занят принадлежащими на праве собственности самому арендодателю (ООО «Прогресс») объектами недвижимости, фактическое владение и пользование земельным участком осуществляет ответчик, как собственник расположенных на нем объектов недвижимости, в связи с чем пришел к выводу о том, что передача земельного участка в действительности не осуществлялась; договор аренды по существу прикрывает договор дарения суммы, предоставленной по договору инвестирования при установленном законом запрете дарения между коммерческими организациями. Доводы заявителя являлись предметом рассмотрения судебных инстанций, получили соответствующую правовую оценку и по существу направлены на иную оценку доказательств и
(цессии) по договору аренды от 01.10.2012 № WS/04-Z/10, заключенному между обществом и Компанией; платежа общества на сумму 8 000 000 руб. по платежному поручению от 11.06.2013 № 71 в пользу Компании в качестве оплаты по договору от 23.04.2012 купли-продажи векселя, заключенному между обществом и Компанией; а также о применении последствий недействительности договора дарения, в действительности заключенного между Компанией и обществом в виде: перевода на Компанию права (требования) к закрытому акционерному обществу «Беломорская нефтебаза» (далее – общество «Беломорская нефтебаза») взыскания 19 653 850 руб. арендной платы и штрафа за период с 01.09.2011 по 31.07.2012 на основании договора аренды от 01.09.2011 № WS/04-Z/11; перевода на Компанию права (требования) к обществу «Беломорская нефтебаза» взыскания 7 200 000 руб. арендной платы и штрафа за период с 01.08.2012 по 30.11.2012 на основании договора аренды от 01.08.2012 № WS/12-06; прекращения обязательства Компании перед обществом по возврату 8 500 000 руб. основного долга, а также процентов
сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями. Указанная правовая позиция соответствует изложенной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», Каких-либо доказательств того, что ООО «Технология-К» и ООО «Новые технологии», заключая оспариваемое соглашение, имели намерение осуществить дарение права аренды истцом суду не представлено. Напротив, позиция истца относительно безвозмездного характера оспариваемого соглашения противоречит фактическим обстоятельствам, установленным судом при рассмотрении настоящего дела. Так, из материалов дела следует, что 06.02.2012 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО «Технология-К», на котором приняли участие участники Общества ФИО5 и ФИО1, обладающие 67% долей в уставном капитале Общества. На данном внеочередном собрании участниками ФИО5 и ФИО1 были приняты следующие решения: 1) на основании Устава ООО «Технология-К» и статьи 450 Гражданского
действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, т.е. для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны. Намерения одной стороны на совершение притворной сделки недостаточно, стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. Истец указывает на наличие волеизъявления сторон при заключении оспариваемой сделки на дарение права аренды земельных участков. В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Исходя из положений п. 2 и 3 ст. 423 Гражданского кодекса Российской Федерации безвозмездным признается договор, по которому
экономической выгоды для должника по заведомо заниженной цене, а потому он удовлетворяет требованиям для признания сделки недействительной. Договор, при заключении которого допущено нарушение положений пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ничтожной в силу статьи 168 Кодекса, а не оспоримой по специальным установленным законодательством о банкротстве основаниям сделкой. Конкурсный управляющий полагает, что договор от 11.08.2014 г. ничтожен на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, так как им было прикрыто фактическое дарение права аренды - формально оформленное как возмездная сделка, запрещенное между коммерческими организациями (подпункт 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ). Выдача простых векселей (которые возможно рассматривать как ничем не обусловленную долговую расписку) юридическим лицом, имеющим признаки неплатежеспособности, для владельца того векселя порождает имущественные преимущества в виде получения имущества должника без фактической оплаты, либо прощения собственных долгов перед векселедателем. ООО «Новая Волна» приобрела векселя у сторонней организации (не имевшей хозяйственных договорных отношений с ООО «Манский механический
575 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу безвозмездности. ООО «Новая волна» получило от должника безвозмездно право долгосрочной аренды участков лесного фонда и так же безвозмездно ему были оказаны услуги аутсорсинга. Из совокупности обстоятельств совершения оспариваемых зачетов сторонами изначально не предполагалась оплата спорного имущества по указанным договорам. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что зачеты от 11.09.2014 г. и 30.09.2014 г. ничтожны согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, так как прикрывали дарение права аренды и услуг (формально оформленные как возмездные сделки), запрещенное между коммерческими организациями (подпункт 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ). Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, является возврат другой стороне всего полученного по сделке. Законом о банкротстве (статья 61.6 Закона о банкротстве) предусмотрены также специальные последствия недействительности сделки в условиях, когда одна из ее сторон является банкротом. Пунктом 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве установлено, что в случае признания
имущественных отношений по СК, установлены обстоятельства со ссылкой на ст.173 ч.1 ГК РФ, ч.2 ст.172 ГК РФ, что отчуждение спорного имущества по договорам купли-продажи от 28.03.2016 и от 05.10.2017 произведено по цене 200 000 рублей, более чем в семьдесят один раз ниже рыночной стоимости имущества в размере 14402 600 руб., что свидетельствует о наличии в действиях вышеуказанных лиц: ФИО1, ФИО3, ФИО2 признаков недобросовестности, совершении сделки на невыгодных для общества и его акционеров условиях. Дарение права аренды земельного участка, а также многократное занижение стоимости проданных объектов недвижимости причинили обществу и акционерам значительный ущерб. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что общество в лице представителя ФИО1, совершая сделку по отчуждению объектов недвижимости по цене 200 000 руб., действовало в интересах общества и такая сделка являлась экономически целесообразной (извлечение прибыли, предотвращение большего ущерба и прочее), судом не установлено. Кроме того, факт передачи обществу полученных от сделки денежных средств в размере 200 000 руб. не
инвентарный .............. А14, расположенного по адресу: .............., заключенный между ФИО2 и ФИО12; применены последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО12 возвратить обществу спорные объекты недвижимости. Суд пришел к выводу о том, что отчуждение спорного имущества по договорам купли-продажи от .............. и от .............. произведено по цене более чем в семьдесят один раз ниже рыночной, что свидетельствует о наличии в действиях ответчиков признаков недобросовестности, совершении сделки на невыгодных для общества и его акционеров условиях. Дарение права аренды земельного участка, а также многократное занижение стоимости проданных объектов недвижимости причинили обществу и акционерам значительный ущерб. Оспоренные договоры заключены ФИО1 от имени общества на заведомо и значительно невыгодных для него условиях, что является очевидным для любого обычного контрагента в момент заключения сделки, покупатель при должной степени заботливости и осмотрительности при заключении договоров знал о явном ущербе для общества. Покупатель ФИО2 также злоупотребила правом, не проявил должной разумности и осмотрительности при заключении оспариваемых договоров.
по договору купли-продажи от ..............: стоимость столовой - в 10,2 раза, летних домиков (литер All, А12, А13, А14)-в 17,6 раза. Оценив собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу о том, что отчуждение спорного имущества по договорам купли-продажи от .............. и от .............. произведено по цене более чем в семьдесят один раз ниже рыночной, что свидетельствует о наличии в действиях ответчиков признаков недобросовестности, совершении сделки на невыгодных для общества и его акционеров условиях. Дарение права аренды земельного участка, а также многократное занижение стоимости проданных объектов недвижимости причинили обществу и акционерам значительный ущерб. Доказательств того, что ФИО1, совершая сделку по отчуждению объектов недвижимости по цене 200 000 рублей, действовала в интересах общества и такая сделка являлась экономически целесообразной (извлечение прибыли, предотвращение большего ущерба и прочее), в материалах дела не имеется. Напротив, оспоренные договоры заключены ФИО1 от имени Общества на заведомо и значительно невыгодных для него условиях, что является очевидным для
