Отказывая во включении требования в реестр, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, учел разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», установил, что на момент заключения договора займа должник и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке, указал на недоказанность финансовой возможности предоставления займа, фактического расходования денежных средств, а также нераскрытие экономической целесообразности и разумных мотивов сделки . Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья Д.В.Капкаев
выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», учли разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и исходили из совершения оспариваемой сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности в отсутствие какого-либо встречного исполнения и экономической обоснованности с целью причинения вреда кредиторам должника. Добросовестный характер и мотивы сделки обществом «ВолгаГофроПак+» не раскрыты. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья Д.В.Капкаев
отменить названные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Признавая сделки недействительными, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исходили из совершения сделки между аффилированными лицами. При этом отчуждение ликвидного векселя в пользу профсоюза произведено внутрибанковской проводкой без фактического движения денежных средств. Разумные экономические мотивы сделки не раскрыты. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья Д.В.Капкаев
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Согласно пункту 3 указанной статьи заблуждение относительно мотивовсделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Как следует из пункта 5 этой же статьи, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон. Судами установлено, что в аукционной документации и в Договоре указаны характеристики земельного участка, в том числе информация о его расположении
по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, судами не установлено. Притворность сделки не выявлена (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом действующее гражданского законодательство не запрещает сторонам, заключающим основной договор купли-продажи имущественных прав, изменить по их усмотрению условие предварительного договора, касающееся цены доли. Суды сочли, что действительная воля сторон оспариваемой сделки была направлена на отчуждение истцом ответчику спорной доли по номинальной стоимости, которая и была получена ответчиком от истца. Заблуждение относительно мотивовсделки не является существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации). Прямых доказательств (достаточная совокупность косвенных доказательств), которые могли бы доподлинно свидетельствовать, что сторонами сделки согласован иной объем обязательств в качестве условия отчуждения спорной доли по номинальной стоимости по сравнению с тем объемом обязательств, который указан в основном договоре, не имеется. Кроме того, эти обстоятельства, равно как и недостаточная осмотрительность ответчика при заключении основного договора по номинальной стоимости, само по
кредиторами. В совершения спорного платежа из имущественной массы должника выбыли денежные средства. Наличия или отсутствия встречного предоставления относительно выбывшей суммы суды не установили. Между тем, как следует из изложенного, убыточность спорной сделки имеет квалифицирующее значение при оспаривании сделки по мотивам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Спорный платеж имел место в течение периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, может быть оспорен по указанным основаниям. Вопреки выводу апелляционного суда, мотив сделки , в данном случае, имеет существенное значение, так как цель ее совершения – причинение вреда кредиторам составляет второй квалифицирующий признак недействительности сделки. По смыслу разъяснений пунктов 6, 7 Постановления № 63, наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения сделки составляет лишь презумпцию цели ее совершения – причинения вреда кредиторам, равно как и факта причинения такого вреда. Отсутствие такого рода презумпции не исключает возможности доказывания противоправной цели при совершении сделки иными
Федерации. По мнению судебной коллегии кассационной инстанции, судом апелляционной инстанции не было учтено следующее. Как видно из доводов содержащихся в апелляционной жалобе сделки оспаривались истцом как по основаниям статьи 178 ГК РФ, так и по основанию обмана истца (статья179 ГК РФ), а также в связи с недобросовестностью ответчика при заключении сделки (статьи 1, 10 ГК РФ в из связи со статьей 168 ГК РФ), также истцом заявлялся довод что финансовое состояние ответчика это не мотив сделки , неудовлетворительное финансовое состояние ответчика не вероятностное событие, а реально существующее в действительности на момент заключения сделок, при этом неизвестное истцу. Суд апелляционной инстанции не проверил указанные доводы истца, сославшись на то, что они не заявлялись в суде первой инстанции, а в силу пункта 7 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции. Вместе с тем, в соответствии с пунктом 7 статьи 268 АПК РФ новые
фактически направлены на обжалование определения об утверждении мирового соглашения. Судебное разбирательство по делу №А56-78081/2017 в настоящее время не окончено. Мировые соглашения, заключенные в рамках данного дела и в деле №А56-78081/2017 не связаны, имеют самостоятельный предмет. Мировое соглашение, заключенное в рамках данного дела, признано законным судами всех инстанций. В письменных возражениях на апелляционную жалобу ООО «МОСТ» ООО «ЛэндЛорд» сослалось на то, что мировое соглашение при наличии условия о возмездности, не является сделкой, совершенной под условием. Мотив сделки не был существенным условием ее исполнения. Мировое соглашение подлежит принудительному исполнению. Судебное разбирательство по делу №А56-78081/2017 не закончено. На решение суда по делу №А56-53210/2017 от 26.06.2018 повлияла изменившаяся позиция ООО «МОСТ» в связи со сменой учредителя. Факт отказа в иске о признании недействительным договора цессии не является вновь открывшимся обстоятельством. По аналогичным основаниям ООО «ЛэндЛорд» заявило письменные возражения против удовлетворения апелляционной жалобы ООО «БилдингГрупп», указав, что стороны не могли не знать, что в рамках
стороны не заявили. Поэтому учитывать в качестве свидетельских показаний объяснения ФИО3, данные оперативному уполномоченному, арбитражный суд не может. Каких-либо ходатайств на основании ст.66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об истребовании доказательств, которые не могли бы быть самостоятельно получены стороной и обоснования такой невозможности получения, истец в суде первой инстанции не заявил. Кроме того, мотивы, которыми руководствовались стороны при заключении договора купли-продажи, правового значения не имеют, поскольку не включены законом в состав гражданско-правовой сделки ( мотив сделки подлежит обсуждению как основание недействительности лишь в силу прямого указания закона). В соответствии с частью 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой считается такая сделка, которая совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, т.е. данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. При этом исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об
обстоятельства, которым обусловлен ее безвозмездный характер, основаны на личных взаимоотношениях ФИО3 и ФИО2 как мужчины и женщины. Никто из сторон не заявляет и не обосновывает, что сделка заключена в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности и обусловлена конкретными хозяйственными операциями. В тексте договора стороны не ссылались ни на статус предпринимателей, не ссылались на обстоятельства, вытекающие из осуществления ими предпринимательской деятельности, обуславливающие факт заключения договора или его условия, со всей очевидностью, должные быть раскрытыми, если мотив сделки находится за пределами личных отношений. Безвозмездное отчуждение используемого в предпринимательских целях имущества допустимо и не противоречит общему запрету на дарение между коммерческими организациями (предпринимателями). В пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против
заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки помимо своей воли и воли другого участника составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. Мотив сделки – это обстоятельства, по которым лицо совершает сделку. Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность. По договору дарения квартиры от 18.12.2010 года ФИО1 подарил, а Кабарда Т.П. приняла в дар квартиру по г.Оренбурга. Договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке. В обоснование своего иска Мельник ссылается на то, что он подарил свою квартиру ответчице, поскольку она пообещала ему квартиру
требовать ее исполнения. Таким образом, ст. 170 ГК РФ подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. Исполнение договора хотя бы одной из сторон уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой. Как следует из содержания ст. 170 ГК РФ сама по себе цель либо мотив сделки не являются основаниями для признания сделки мнимой. Основанием для признания сделки мнимой является совершение ее лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей последствия. Заключение договора дарения с сохранением за дарителем права проживания в квартире не свидетельствует о мнимости сделки. Таким образом, материалами дела подтверждается, что, совершая оспариваемую сделку, в результате которой произошел переход права собственности на спорный дом и земельный участок, стороны желали ее реального исполнения и фактически исполнили сделку. Доказательств для иного
общаться с ней, она решила обратиться в суд. Какие-либо обстоятельства, касающиеся существа сделки, им неизвестны. Судом проверены доводы истца о том, что указанная сделка была заключена ею ввиду заблуждения относительно природы сделки, однако никаких доказательств в подтверждение заблуждения, а также последствий совершенной сделки истцом представлено не было. Как указано в п. 3 ст. 178 ГК РФ (ч. 1 ст. 229 ГК Украины) заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Мотив сделки - это обстоятельства, в связи с которым лицо совершает сделку. В данном случае, - продажа квартиры, чтобы обеспечить внука жильем, как сама истец пояснила в судебном заседании. Однако то, что внук, по мнению истца, в благодарность не оказал должного уважения и внимания, не может быть расценено как заблуждение относительно природы сделки, а сделка не может быть признана недействительной, поскольку волеизъявление лица соответствовало его свободе (продать квартиру). Доводы истца и ее представителя о том, что
