закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили по результатам установленных фактических обстоятельств из того, что заключением оспариваемого соглашения стороны в результате расторжения договора были приведены в первоначальное положение – в распоряжении должника (продавца) остались земельные участки, которые он намеревался продать, покупателю возвратились денежные средства, которые он уплатил по договору купли-продажи. Таким образом, оспоренным соглашением о расторжении договора купли-продажи права кредиторов должника не нарушены, так как возвращение денежных средств уплаченных контрагентом по несостоявшейся сделке не может являться вредом для должника и его кредиторов в смысле, придаваемом Законом о банкротстве. Основания не согласиться с названными выводами отсутствуют. Возражения заявителя, изложенные им в настоящей кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения нижестоящих судов и получили надлежащую правовую оценку. При установленных судами фактических обстоятельствах дела доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о допущенных ими нарушениях норм права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к
а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Апелляционный суд, повторно рассмотревший дело, руководствовался уставами обществ, закрепляющими необходимость согласия участников на отчуждение доли (части доли) третьему лицу. При установленном отказе участника обществ от отчуждения долей вывод об отчуждении их с нарушением действующего в обществах порядка соответствует статьям 21, 23 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Право заявителя требовать возврата уплаченного по несостоявшейся сделке судами не опровергнуто. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определила: отказать региональной общественной организации «Союз журналистов Республики Башкортостан» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации Н.А. Ксенофонтова
правопреемство в полном объеме, т.е. в объеме, на который ссылались суды – универсальное правопреемство (весь комплекс прав и обязанностей), а квалифицирует его в отношении сделок с недобросовестными контрагентами (ФИО2 и ООО «Ле'мур») как частичное (неполное) правопреемство, к которым должна быть применена статья 10 Гражданского кодекса, предусматривающая отказ в защите права недобросовестному участнику. Суды, отказывая в иске, неправомерно сочли, что отсутствуют основания для признании несостоявшимся перехода к восстановленному юридическому лицу тех прав и обязанностей, которых у него не существовало до его реорганизации и которые возникли в результате сделок , заключенных недобросовестными участниками, осуществившими незаконную реорганизацию юридического лица. Помимо этого, суды не приняли во внимание и не дали надлежащей оценки тому обстоятельству, что ответчики по настоящему делу - ФИО2 и ООО «Ле'мур», являясь лицами, непосредственно осуществившими ничтожную реорганизацию, не могут быть лицами, добросовестно полагавшимися на правопреемство на стороне кредитора. Соответственно, права и обязанности по осуществленным ими предоставлениям в пользу реорганизованного ООО «Макоер»
Федерации пришла к выводу о том, что решение Арбитражного суда Курской области от 05.09.2018, постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2018 и постановление Арбитражного суда Центрального округа от 12.03.2019 подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям. Пунктом 2 статьи 60.2 Гражданского кодекса предусмотрено, что решение суда о признании реорганизации несостоявшейся влечет следующие правовые последствия: 1) восстанавливаются юридические лица, существовавшие до реорганизации, с одновременным прекращением юридических лиц, созданных в результате реорганизации, о чем делаются соответствующие записи в едином государственном реестре юридических лиц; 2) сделки юридических лиц, созданных в результате реорганизации, с лицами, добросовестно полагавшимися на правопреемство, сохраняют силу для восстановленных юридических лиц, которые являются солидарными должниками и солидарными кредиторами по таким сделкам; 3) переход прав и обязанностей признается несостоявшимся, при этом предоставление (платежи, услуги и т.п.), осуществленное в пользу юридического лица, созданного в результате реорганизации, должниками, добросовестно полагавшимися на правопреемство на стороне
«Ле'мур» в счет оплаты уставного капитала ООО «Макоер» является ничтожной сделкой, признав несостоявшимся перехода прав и обязанностей от ООО к ЗАО в связи с внесением ФИО2 12 145 922 руб. и ООО «Ле'мур» 18 214 083 руб. в счет оплаты уставного капитала ООО «Макоер». Отказывая в удовлетворении остальной части иска суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что истец не обосновал, каким образом заявленные им требования о признании несостоявшимся перехода прав и обязанностей от ООО к ЗАО по односторонней сделке – выходу ООО «Ле'мур» из состава участников ООО «Макоер» смогут восстановить нарушенное право истца, при условии, что арбитражным судом в деле № А35-5002/2016 уже были применены последствия признаний недействительной сделки по выплате ООО «Ле'мур» действительной стоимости доли в ООО «Макоер». Требование о признании несостоявшимся перехода прав и обязанностей от ООО к ЗАО по заключенным между ООО «Макоер» и ФИО2 договорам займа также признаны судами необоснованными, поскольку истцом не доказано,
с чем оспариваемое постановление нарушает права и законные интересы общества, сделан без учета вышеприведенных доводов Администрации. В нарушение требований части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не оценил данные доводы Администрации и не привел в судебном акте мотивы, по которым они отклонены. Ссылка суда первой инстанции на необоснованность довода о незаключенности договоров на предоставление жилищных услуг, так как договоры не признаны недействительными, несостоятельна в правовом отношении, поскольку несостоявшаяся сделка (незаключенный договор) и недействительная сделка имеют различные и не взаимосвязанные правовые последствия. Исходя из предмета и оснований заявленного обществом требования и указанных выше возражений Администрации судам надлежало согласно требованиям части 2 статьи 65 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследовать указанные выше доводы Администрации и дать им надлежащую правовую оценку в судебных актах; установить, являются ли представленные договоры на предоставление жилищных услуг заключенными, учитывая, что данное обстоятельство имеет значение для
посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Суд первой инстанции установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что проекты договоров купли-продажи № 1 и 2 впоследствии были подписаны сторонами. Каких-либо иных доказательства, свидетельствующих о совершении сделок и наступлении соответствующих правовых последствий, министерство не представило. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорные договоры являются незаключенными. Несостоявшаяся сделка (незаключенный договор) не может быть признана недействительной, поскольку в смысле статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации не является действием граждан и юридических лиц, направленным на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. С учетом изложенного, отказ в удовлетворении исковых требований является правомерным. Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом. В соответствии со статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не имеет полномочий на исследование и установление новых обстоятельств
указали на законность владения истцом в спорный период на их основании объектами, посредством которых оказывались услуги по передаче электроэнергии, и обоснованно отклонили довод заявителя об обратном. Ссылка общества «МРСК Урала» на то, что договор субаренды от 19.12.2012 № 1/2.12, подписанный обществом «Нооген» и обществом «ФИННПАК-УПАКОВКА», является незаключенным, поскольку предмет договора сторонами не согласован, отклоняется, так как противоречит содержанию дополнительного соглашения от 22.05.2014 к данному договору. При этом, суд кассационной инстанции также отмечает, что поскольку несостоявшаяся сделка может нарушить частные интересы сторон, то и право на заявление о признании договора незаключенным должно принадлежать только самим сторонам такого договора, к числу которых общество «МРСК Урала» не относится. Кроме того, помимо отсутствия в материалах дела доказательств, опровергающих вышеизложенные установленные обстоятельства, суды обоснованно, отклоняя возражения общества «МРСК Урала», указали на то, что расходы на содержание указанного выше сетевого имущества, находящегося у общества «Нооген» на законных основаниях, с учетом письма Региональной службы по тарифам Пермского
услуг не может рассматриваться как форма арендной платы. Поскольку в пункте 1.3 договора стороны установили размер арендной платы в размере фактических затрат на электроэнергию, тепловую энергию, водоснабжение, телефоны и текущий ремонт здания, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о несогласованости существенного условия о размере арендной платы, и как следствие, о незаключенности договора аренды нежилого помещения от 27.07.2005. В этой связи суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворения требования о признании сделки недействительной, поскольку несостоявшаяся сделка не может быть признана недействительной. Довод жалобы о том, что договор от имени ООО «КСК» подписан неуполномоченным лицом ФИО4, который никогда не был директором общества, не заявлялся истцом в суде первой инстанции, следовательно, не принимается и не рассматривается апелляционным судом в силу части 7 статьи 268 АПК РФ. Суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования об обязании ООО «Камея» в лице генерального директора ФИО3 возвратить переданные по договору от 27.07.2005 ООО «КСК» нежилые
не отвечают требованиям ст. 434 ГК РФ, т.к. сведения исходят не от стороны по договору. Копии документов, на основании которых внесены сведения о спорном договоре третье лицо ООО «Эквифакс Кредит Сервисиз» суду не представило. С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что доказательств заключения между ФИО1 и ООО «Микрофинансовая компания «Лайм-Займ» ДД.ММ.ГГГГ договора микрозайма на сумму <данные изъяты> руб. на срок до ДД.ММ.ГГГГ под <данные изъяты>% годовых нет, договор является незаключенным. Незаключенный договор ( несостоявшаяся сделка ) по своей правовой природе является юридически иррелевантным, характеризующим состояние отсутствия юридического факта. Следовательно, несостоявшаяся сделка (незаключенный договор) не может быть признана недействительной, поскольку в смысле ст. 153 ГК РФ не является действием граждан и юридических лиц, направленным на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, правовых оснований для признания договора, указанного Эквифакс ДД.ММ.ГГГГ в кредитной истории истицы недействительным нет. Принимая во внимание изложенное, то, что третьим лицом сведения о сделке
суда фактическим обстоятельствам дела, нарушением норм уголовного закона несправедливостью приговора вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания. Полагает, что суд не в полной мере учел личность осужденного, который вину не признал, ущерб потерпевшему возместил только после вмешательства правоохранительных органов. Оспаривает квалификацию преступления. Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебное разбирательство. В апелляционной жалобе адвокат Ткачева Т.В. в интересах осужденного ФИО4, не соглашаясь с приговором, считает его подлежащим отмене. Описывая свою версию событий, полагает, что несостоявшаяся сделка купли-продажи произошла из-за недопонимания, основанного на излишней подозрительности сторон сделки. Заявляет об отсутствии у ФИО4 умысла на хищение денежных средства, поскольку, они были сохранены по месту жительства, для передачи потерпевшему через сотрудников полиции. Оспаривает выводы суда в части действий стороны защиты по исследованию телефона. Указывает на незаконность проведенного обыска в жилище ФИО4, с которым совместно проживает его супруга, являющаяся в соответствии с п.7 ч.1 ст.447 УПК РФ «специальным субъектом», в связи с чем, производство
на который передаются денежные средства. Понятием «несостоявшиеся сделки» должны обниматься такие совершаемые в виде сделок действия, которые a priori не способны породить юридические последствия по причинам, не связанным с основаниями признания сделок недействительными. В противном случае для несостоявшихся сделок просто не останется самостоятельного места в цивилистике. В то же время это всегда фактически совершенные действия, ставшие доступными для восприятия и правовой оценки (например, подписание сторонами договора-документа, не содержащего, однако, какого-либо существенного условия). Образно выражаясь, несостоявшаяся сделка - это безусловная ошибка ее участников, состоящая в принципиальной невозможности достижения желаемого ими правового результата. Поэтому несостоявшаяся сделка как бы сопутствует той сделке, которая совершалась субъектами, но оказалась юридически не совершенной. Важно учитывать, что речь идет именно о юридическом совершении сделки, поскольку с фактической стороны несостоявшаяся сделка зачастую может быть связана с предоставлением в счет нее полного исполнения. Строго говоря, здесь вообще нет юридически значимого действия, а есть лишь фактическое действие в виде попытки
При заключении договора клиентом были введены данные паспорта, указан абонентский номер телефона, а также адрес электронной почты. Вместе с тем, после проведенной внутренней проверки ООО МФК «КОНГА» признало договор займа № от Дата с ФИО2, незаключенным, о чем указано в письменных возражениях ответчика. Также ответчиком в материалы дела представлены доказательства (скриншоты электронной переписки с ........), подтверждающие, что кредитная история ФИО2 откорректирована Дата, сведения об имеющейся в ООО МФК «КОНГА» задолженности удалены. Незаключенный договор ( несостоявшаяся сделка ) по своей правовой природе характеризуется отсутствием юридического факта. Следовательно, несостоявшаяся сделка (незаключенный договор) не может быть признана недействительной, поскольку в смысле ст. 153 ГК РФ не является действием граждан и юридических лиц, направленным на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, правовых оснований для признания недействительным договора займа по счету №, заключенного с ООО МФК «КОНГА», не имеется. Учитывая, что кредитная история ФИО2 ответчиком откорректирована, сведения о наличии задолженности удалены,
Из письменных возражений ген. директора ООО МФК «КОНГА» от Дата следует, что в результате проведения внутренней проверки было установлено заключение договора займа с использованием персональных данных ФИО2, в результате договор займа № от Дата был признан Обществом незаключенным. В связи с признанием договора займа № от Дата незаключенным, ООО МФК «КОНГА» была передана информация в бюро кредитных историй по корректировке кредитной истории. Между ООО МФК «КОНГА» и ФИО2 договорные отношения отсутствуют. Незаключенный договор ( несостоявшаяся сделка ) по своей правовой природе характеризуется отсутствием юридического факта. Следовательно, несостоявшаяся сделка (незаключенный договор) не может в смысле ст. 153 ГК РФ порождать какие-либо правовые последствия и не является действием граждан и юридических лиц, направленным на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Поскольку ответчик сам признал тот факт, что договор займа № от Дата между ФИО2 и ООО МФК «КОНГА» заключен не был, то требования истца суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.
