лица, его имущественное и финансовое положение и, руководствуясь принципами справедливости и соразмерности наказания, вытекающими из Конституции Российской Федерации, пришел к выводу о наличии оснований для снижения административного штрафа. Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводами суда первой инстанции. Довод антимонопольного органа о неверном применении судами Постановления № 4-П и необоснованном снижении административного штрафа отклоняются. В данном случае суд первой инстанции, следуя конституционным требованиям индивидуализации административной ответственности и административного наказания и соразмерности возможных ограничений конституционных прав и свобод, усмотрел основания для снижения штрафа. Возражения антимонопольного органа, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судебных инстанций. Каких-либо оснований для признания необоснованным реализованного судом права на снижение размера административного штрафа ниже низшего предела не установлено. Несогласие заявителя с толкованием судебными инстанциями норм Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации не свидетельствует о том, что судами допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно
и кассационной инстанций согласились с выводами суда первой инстанции. Довод антимонопольного органа о неверном применении судами Постановления № 4-П и необоснованном снижении административного штрафа отклоняется. Постановлением № 4-П возможность назначения административного наказания ниже низшего предела поставлена в зависимость от ряда существенных обстоятельств, подлежащих установлению в рамках каждого конкретного дела. В данном случае суд первой инстанции применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела, следуя конституционным требованиям индивидуализации административной ответственности и административного наказания и соразмерности возможных ограничений конституционных прав и свобод, усмотрел основания для снижения штрафа. Возражения антимонопольного органа, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судебных инстанций. Каких-либо оснований для признания необоснованным реализованного судом права на снижение размера административного штрафа ниже низшего предела не установлено. Несогласие заявителя с толкованием судебными инстанциями норм Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации не свидетельствует о том, что судами допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно
апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводами суда первой инстанции. Довод антимонопольного органа о неверном применении судами Постановления № 4-П и необоснованном снижении административного штрафа отклоняется. Постановлением № 4-П возможность назначения административного наказания ниже низшего предела поставлена в зависимость от ряда существенных обстоятельств, подлежащих установлению в рамках каждого конкретного дела. В данном случае суд первой инстанции применительно к конкретным обстоятельствам дела, следуя конституционным требованиям индивидуализации административной ответственности и административного наказания и соразмерности возможных ограничений конституционных прав и свобод, усмотрел основания для снижения штрафа. Возражения антимонопольного органа, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судебных инстанций. При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения принятых по делу судебных актов не имеется. Руководствуясь статьями 30.13 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях, судья постановил: решение Арбитражного суда Хабаровского края от 22.12.2014, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2015, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 22.04.2015 по делу № А73-14095/2014 оставить
инстанции учел, что доказательств, подтверждающих наличие оснований полагать, что выезд должника за пределы Российской Федерации может причинить значительный ущерб кредиторам, не представлено. Необходимость применения указанной меры ограничения конституционных прав гражданина, должна подтверждаться наличием прямой причинной связи между возможностью выезда гражданина из Российской Федерации и причинением вреда имущественным правам кредиторов. В настоящем случае доводы банка носят предположительный характер и не подкреплены доказательствами, подтверждающими совершение либо намерение совершить должником действий, причиняющих вред имущественным правам кредиторов. Ограничение конституционных прав и свобод человека и гражданина в случае отсутствия прямой причинной связи между возможностью выезда гражданина из Российской Федерации и причинением вреда имущественным правам кредиторов недопустимо, даже при наличии возможности отмены обеспечительной меры по ходатайству должника. Принятие обеспечительных мер только на основании предположений одной из сторон судебного разбирательства о возможных негативных последствиях не будет способствовать соблюдению баланса интересов сторон. Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного
расходов. Иной подход в рассматриваемом случае приводит к необоснованной разнице в правовом положении лиц, находящихся в одинаковой ситуации, в зависимости от того, разрешается спор с участием должника в деле о его банкротстве или в исковом производстве. В соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Конституционным Судом Российской Федерации сформулирован принцип юридического равенства, в соответствии с которым ограничение конституционных прав и свобод должно быть равным для находящихся в одинаковом положении лиц. При изложенных обстоятельствах взысканные судебные расходы подлежат удовлетворению в составе текущих требований. В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого определения, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему, и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта. При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела,
ликвидации указанного юридического лица, за исключением случая, когда на момент представления документов в регистрирующий орган истекли три года с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 13.03.2018 № 582-О предусмотренная абзацем вторым подпункта "ф" пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ дополнительная гарантия обеспечения достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, не может рассматриваться как чрезмерное, непропорциональное и несовместимое с конституционно значимыми ценностями ограничение конституционных прав граждан, закрепленных в статьях 34 и 35 Конституции Российской Федерации, поскольку затрагивает только лишь недобросовестных лиц, владевших на момент исключения общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица не менее чем пятьюдесятью процентами голосов от общего количества голосов участников данного общества с ограниченной ответственностью, которое на момент его исключения из ЕГРЮЛ имело задолженность перед бюджетом или бюджетами бюджетной системы Российской Федерации либо в отношении которого указанная задолженность была признана безнадежной к
расходов. Иной подход в рассматриваемом случае приводит к необоснованной разнице в правовом положении лиц, находящихся в одинаковой ситуации, в зависимости от того, разрешается спор с участием должника в деле о его банкротстве или в исковом производстве. В соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе, как по решению суда. Конституционным Судом Российской Федерации сформулирован принцип юридического равенства, в соответствии с которым ограничение конституционных прав и свобод должно быть равным для находящихся в одинаковом положении лиц. При таких обстоятельствах, оснований для определения очередности удовлетворения требования ФИО1 о возмещении судебных расходов по правилу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось. Соответственно, в этой части определение от 21.07.2023 подлежит изменению. Разрешая в этой части вопрос по существу, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требования ФИО1 о взыскании судебных расходов подлежат погашению в составе
не является подозреваемым (обвиняемым), либо лицом, несущим по закону материальную ответственность за их действия. Меры, принятые в рамках конкретного уголовного дела, не могут обеспечить исковые требования прокурора, заявленные самостоятельно в рамках гражданского судопроизводства. Суд вышел за пределы, установленные ст.115 УПК РФ, а также не указал сроки наложенных ограничений по запрету распоряжения земельным участком. Суд не указал конкретных собственников и конкретных владельцев земельных участков (их фамилии), на которых наложено ограничение по распоряжению, что влечет ограничение конституционных прав неограниченного круга лиц, что не соответствует требованиям ст.115 УПК РФ, которая возлагает обязанность прямого указания лиц, подвергнувшихся мерам процессуального принуждения. В апелляционной жалобе адвокат <ФИО>75, в интересах <ФИО>76 просит постановление отменить, ссылаясь на то, что уголовное дело по факту мошенничества в отношении его земельного участка возбуждено незаконно, поскольку его земельный участок впервые был зарегистрирован в 2005 году, то есть более чем за 16 лет до момента возбуждения уголовного дела. Сроки давности привлечения к
о проведении в отношении ФИО1 оперативно-розыскных мероприятий - прослушивания телефонных переговоров, вынесенные в 2012 году должностными лицами УФСБ России по Кемеровской области; - постановления о возбуждении перед судом ходатайства о дачеразрешения на проведение в 2012-2013 годах в отношении ФИО1 оперативно-розыскных мероприятий - прослушивания телефонных переговоров, вынесенные в 2012 году должностным лицом (руководителем) УФСБ России по Кемеровской области; ходатайство о рассекречивании постановлений Кемеровского областного суда №№ от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ на ограничение конституционных прав ФИО2; - постановления о рассекречивании собранных в 2012 году должностными лицами УФСБ России по Кемеровской области в отношении ФИО1 сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей, вынесенное в 2014 году должностным лицом УФСБ России по Кемеровской области; - постановление о предоставлении собранных в 2012 году в отношении ФИО1 результатов оперативно-розыскной деятельности в Следственное управления СК РФ по Кемеровской области, вынесенное в 2014 году должностным лицом (руководителем) УФСБ России по Кемеровской области, связанные с
Р Е Ш Е Н И Е ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ г. Озерск 30 ноября 2016 года Озерский районный суд Калининградской области в СОСТАВЕ: председательствующего судьи Карницкой А.В., при секретаре Журавлевой Ю.Н., с участием: представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, представителя третьего лица прокуратуры Калининградской области по доверенности ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за незаконное ограничение конституционных прав на свободу передвижения и выезда в ходе производства по незаконному уголовному преследованию, У С Т А Н О В И Л: ФИО1 обратилась в Озерский районный суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за незаконное ограничение конституционных прав на свободу передвижения и выезда в ходе производства по незаконному уголовному преследованию, просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 17280 рублей. В исковом заявлении ФИО1 указывает, что 10 апреля
