СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 305-ЭС20-22851 ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 3 февраля 2021 года Судья Верховного Суда Российской Федерации Пронина М.В., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью НПО «Технология-Восток» на решение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2020 по делу № А40-308137/2018, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2020 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.10.2020 по тому же делу по заявлению общества с ограниченной ответственностью НПО «Технология-Восток» (далее – общество) к инспекции Федеральной налоговой службы № 28 по г. Москве (далее – инспекция, налоговый орган) о признании недействительными решений от 09.08.2018 №№ 10214, 10215, 10216, 10217, обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Правительства Москвы, установила: решением Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2020 заявленное требование удовлетворено частично. Признаны недействительными решения от 09.08.2018 №№ 10214, 10215, 10216, 10217 исходя из суммы налога на имущество в размере
его расчетный счет, а денежные средства, полученные от покупателей земельных участков в наличной форме, в качестве объекта налогообложения не отражались. Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды согласились с выводом налогового органа по указанному эпизоду. Проверяя расчет доначисленных в проверяемый период налогов, суды учли, что при определении налоговых обязательств по НДФЛ предпринимателю предоставлен профессиональный налоговый вычет в размере 20 процентов от общей суммы доходов. Вопрос о возможности применения в спорной налоговой ситуации расчетного способа определения налога рассмотрен судами и отклонен со ссылкой на отсутствие доказательств несения таких расходов. Учитывая данные обстоятельства и руководствуясь положениями статей 210, 223, 346.17, 346.18 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс), суды пришли к выводу о законности решения налогового органа в оспариваемой части, поскольку в результате включения сумм неотраженного дохода в налоговую базу установлено превышение предпринимателем предельного размера доходов, предусмотренных пунктом 4 статьи 346.13 Налогового кодекса. Доводы налогоплательщика, в том числе относительно недоказанности фактического
недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость на 2016 год. Спорное здание введено в эксплуатацию 19.05.2016 и на момент формирования перечней объектов недвижимости, подлежащих государственной кадастровой оценке (по состоянию на 01.01.2014 и 01.01.2016 соответственно) не было внесено в государственный реестр. Учитывая отсутствие доказательств соответствия помещений критериям, установленным в статье 378.2 Налогового кодекса на момент формирования Перечня на 2016 год, суды пришли к выводу, что в данном случае базой для определения налога на имущество организаций за 2016 год является среднегодовая стоимость спорного здания. Нарушений норм материального права, а также требований процессуального законодательства, влекущих безусловную отмену судебных актов, судами не допущено. Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 291.1, 291.6 и 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определила: отказать обществу с ограниченной ответственностью «СЛАВЯНКА» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного
Перечень на 2016 год, на момент формирования и утверждения данного Перечня министерство не могло располагать информацией об объектах, поскольку техническая документация на спорные объекты и постановка их на кадастровый учет произведены после издания Приказа от 22.06.2015 № 311-05-11-111/15, отсутствие доказательств соответствия помещений критериям, установленным в статье 378.2 Кодекса, на момент формирования Перечня на 2016 год, а также обстоятельства, установленные судебными актами по делу № А43-23630/2017, исходил из того, что в данном случае базой для определения налога на имущество организаций за 2016 год является среднегодовая стоимость спорных помещений. Суд признал обоснованным довод налогового органа о том, что самостоятельное определение налогоплательщиком соответствия помещений признакам объектов, установленным Законом Нижегородской области от 27.11.2003 № 109-З «О налоге на имущество организаций», пунктом 1 статьи 378.2 Кодекса, и выбор налогового периода, с которого подлежит применению кадастровая стоимость в целях налогообложения, законодательством не предусмотрены. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал решение инспекции от 17.06.2019 № 293
исчислении налоговой базы по налогу на прибыль за 2017 год, как уменьшающий общую сумму полученного дохода, в результате сумма налога на прибыль, подлежащего уплате в бюджет, составила 2 945 068 рублей. Суды также установили, что спорные помещения в течение всего времени использовались в предпринимательской деятельности общества, в связи с чем налогоплательщику следовало учесть в составе внереализационных расходов 9 666 327 рублей, однако ошибочное отражение обществом спорной операции в налоговой декларации не привело к неверному определению налога , подлежащего уплате в бюджет за 2017 год. Суды отметили, что выплата дивидендов недвижимым имуществом не образует иной объект налогообложения, кроме дохода, следовательно, не является реализацией имущества или товара и не подлежит включению в налоговую базу по налогу на прибыль. Такие выплаты являются доходом участника общества и образуют объект налогообложения по налогу на доходы физических лиц. Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу о необоснованности оспариваемых доначислений, в связи с чем признали решение инспекции
метод «по отгрузке» налогоплательщику должен быть доначислен НДС в каждом налоговом периоде 2004, 2005 годов в размере, превышающем суммы доначисленного за эти налоговые периоды налога в оспариваемом решении. Доначисление налоговым органом, в результате неправильного применения метода определения налоговой базы «по оплате», НДС в меньшем размере чем следовало не может являться основанием для признания оспариваемого решения в этой части недействительным. Довод заявителя о том, что неправильное применение метода определения налоговой базы «по оплате» повлияло на определение налога на доходы и единого социального налога не может быть принято во внимание, т.к. налоговая база по этим налогам исчисляется исходя из фактически полученного дохода, а не из стоимости отгруженных товаров. Таким образом, судом установлено, что налогоплательщик не исчислил и не уплатил единый налог на вмененный доход с выручки, полученной за наличный расчет, а согласно представленным расчетам, не в полном объеме исчислил и уплатил налог на добавленную стоимость, единый социальный налог и налог на доходы,
ссылается заявитель, применяется только в случаях, прямо предусмотренных пунктом 4 статьи 164 Кодекса, к которым данное дело не отнесено. Общество не отрицает, что в связи с применением единого налога на вмененный доход не считало себя плательщиком налога на добавленную стоимость, следовательно, формировало стоимость товаров без учета налога. Доказательств включения налога в розничную цену товаров общество не представило; в оборотно-сальдовой ведомости по счету 90.01.2 выручка от реализации запасных частей указана без налога на добавленную стоимость. Определение налога на добавленную стоимость расчетным методом при розничной реализации товаров населению Кодексом не предусмотрено, следовательно, ставка налога в данном случае составляет 18%, а не 18%/118%. Согласно пункту 5 статьи 173 Кодекса сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется налогоплательщиками при реализации товаров (работ, услуг), операции по реализации которых не подлежат налогообложению, в случае выставления ими покупателю счета-фактуры с выделением суммы налога. При этом сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет,
Восьмой арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение Арбитражного суда Омской области от 30.06.2014 по делу № А46-4768/2014 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных им требований. В обоснование апелляционной жалобы заявитель указал на то, что, во-первых, при расчете штрафа по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации сумма неуплаченного налога была определена налоговым органом расчетным путем, задолженность по НДФЛ определена в целом по организации, а не в отношении каждого плательщика налога; определение налога расчетным путем не основано на законе. Во-вторых, налоговым органом не применены смягчающие ответственность обстоятельства, а именно, не учтено, что ОАО «Омскплем» награждено дипломом за успешную работу в области животноводства «Агро-Омск 2013» и Общество имеет кредит. Инспекция в письменном отзыве на апелляционную жалобу решение суда первой инстанции просит оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали заявленные доводы. Суд апелляционной инстанции, заслушав представителей лиц, участвующих в деле,
от 11.02.2019 по делу № 3га-78/2019, от 05.11.2019 по делу № 3га-964/2019, от 04.06.2020 по делу № 3га-555/2020, от 03.03.2020 по делу № 3-400/2020 указанные выше приказы Минземимущества Республики Башкортостан и постановление Правительства Республики Башкортостан признаны недействующими в части включения в перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, нежилого здания с кадастровым номером 02:55:010512:211, расположенного по адресу: <...>. Как указывает истец, издание ответчиками вышеуказанных нормативных правовых актов повлекло определение налога на имущество за 2016 - 2019 годы в повышенном размере, что повлекло прекращение обществом осуществления деятельности. В результате такого исчисления налога на имущество истцу причинены убытки в виде 320 000 рублей реального ущерба (оплата членских взносов в саморегулируемую организацию (далее - СРО)) и 5 124 359,12 рублей упущенной выгоды. Поскольку в добровольном порядке требования истца удовлетворены ответчиками не были, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков. Отказывая в удовлетворении исковых требований,
производством деятельности, включая прием посетителей, обработку и хранение документов, а также централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, помещения используемые для размещения офисного оборудования, парковки. Объект бытового обслуживания – это нежилое здание или его часть, нежилое помещение (часть), используемые в целях оказания услуг (выполнения работ), направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних нужд физических лиц, не связанных с осуществлением последними предпринимательской деятельности. Вместе с тем по общему смыслу положений ст. 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации определение налога на имущество организаций, исходя из его кадастровой стоимости по фактическому использованию, направлено на уравнивание субъектов предпринимательской деятельности, которые, вопреки установленному виду разрешенного использования земельного участка, используют принадлежащие им здания и помещения в них для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания. Толкование вышеуказанных норм, позволяет сделать вывод о том, что фактическое использование здания или его
определена по состоянию на 01 января 2019 года в размере 82 227 771 руб. 20 коп., в то время как рыночная стоимость спорного земельного участка составляет 31 669 569 руб. 00 коп, что подтверждается отчетом об оценке № 347-09.2020 от 08.09.2020 г.. Административный истец полагает, что кадастровая стоимость земельного участка является завышенной, поскольку значительно превышает его рыночную стоимость. Неверное определение кадастровой стоимости земельного участков нарушает права и законные интересы юридического лица, поскольку влечет неверное определение налога , размер ставки которого определяется исходя из кадастровой стоимости земельного участка. Представитель административного истца ООО «Челябнеруддобыча» – ФИО1, действующий на основании доверенностей от 08 мая 2020 года и от 21 декабря 2020 года, в судебном заседании на удовлетворении административных исковых требований настаивал. Представитель административного ответчика Министерства имущества Челябинской области, представители заинтересованных лиц – ОГБУ «Государственная кадастровая оценка по Челябинской области», Управления Росреестра по Челябинской области, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Росреестра» по Челябинской области, Администрации
в отношении должностного лица. Должностное лицо — это лицо, которое выполняет организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции (ст. 2.4 Кодекса РФ об административных правонарушениях), именно руководитель подписывает налоговые декларации для представления в налоговый орган. Правовая позиция, изложенная в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006г. № указывает ответственность руководителя за надлежащую организацию бухгалтерского учета, а не налогового учета. Задачей бухгалтерского учета является составление достоверных сведений, необходимые для деятельности предприятия, организации, учреждения. Задача же налогового учета это определение налога для дальнейшей уплаты его в бюджет. Бухгалтерский учет ведется на основании Федерального закона № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" от ДД.ММ.ГГГГ, Положения по бухгалтерскому учету. Налоговый учет ведется на основании Налогового Кодекса РФ, Федеральных законов, Писем ФНС и Минфина. Также отличие между бухгалтерским и налоговым учетом - это порядок признания доходов и расходов. По правилам бухгалтерского учета при определении прибыли учитываются все движения денежных средств. В налоговом учете учитываются не все приходы и расходы при
расположенного по адресу: ****, равной его рыночной стоимости по состоянию на 17 февраля 2018 года в размере 22218277 рублей. В обоснование заявленных требований административный истец указала, что является правообладателем указанных выше объектов недвижимости и соответственно плательщиком налога на имущество физических лиц и арендной платы за земельный участок, которые исчисляются с учетом кадастровой стоимости объектов недвижимости. Неверное определение кадастровой стоимости нежилого помещения и земельного участка нарушает права и законные интересы административного истца, поскольку влечет неверное определение налога на имущество и арендной платы. Результаты определения кадастровой стоимости помещения влияют на права и обязанности административного истца. Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела уведомлялась судом надлежащим образом, представитель административного истца К1. в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие, исковые требования поддержала в полном объеме. Представитель административных ответчиков Министерства по управлению имуществом и градостроительной деятельностью Пермского края, Государственного бюджетного учреждения «Центр технической
