Ответственность по договору дарения - гражданское законодательство и судебные прецеденты

вступивший в законную силу судебный акт, являющийся основанием для внесения изменений в ЕГРЮЛ в связи с переходом или залогом доли или части доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью (пункт 1.4 статьи 9 Закона о государственной регистрации). Судами установлено, что С.В.Е. на государственную регистрацию были представлены все необходимые документы, в том числе постановление от 29.10.2020 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу N А46-11022/2018, которое в силу положений статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) является обязательным для органов государственной власти и подлежит исполнению на всей территории Российской Федерации. Доводы заявителя об отсутствии правовых оснований для исключения из ЕГРЮЛ сведений об А.Е.Е. как об участнике общества с долей 33,335% со ссылкой на то, что договор дарения от 14.02.2019 является действующим, из постановления от 29.10.2020 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу N А46-11022/2018 не следовало, что доля в размере 33,335% уставного капитала общества, принадлежащая А.Е.Е., переходит

дело было направлено на новое рассмотрение. 10. Несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями. Акционерное общество (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью о взыскании суммы основного долга по договору. Исковые требования были основаны на соглашении об уступке права (требования), на основании которого первоначальный кредитор передал истцу право (требование) на уплату ответчиком задолженности по договору поставки. В возражениях на иск должник указал, что соглашение об уступке права (требования) ничтожно в силу статьи 170 ГК РФ, поскольку прикрывает сделку дарения права. Решением суда иск удовлетворен по следующим основаниям. Несмотря на то, что в соответствии со спорным соглашением размер встречного предоставления за переданное право (требование) менее объема последнего, суд пришел к выводу, что в данном случае это обстоятельство не свидетельствует о ничтожности сделки в силу ее притворности.

кассационной жалобе, суд пришел к выводу о том, что они не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 12, 166, 167, 253, 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 34, 35 Семейного кодекса Российской Федерации, статьей 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14?ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», положениями Договора между Российской Федерацией и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенного 21.07.1992, вступившего в силу 22.01.1995, Книги третьей Гражданского кодекса Литвы, установив, что доля, которой распорядился ответчик по договору дарения , не являлась общим имуществом супругов, поскольку была приобретена им до вступления в брак, доказательств осведомленности покупателя о нахождении продавца на момент совершения сделки в зарегистрированном браке не представлено, признали исковые требования необоснованными. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, а сводятся к несогласию заявителя с установленными по делу

ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 304-ЭС19-11026 ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва15.07.2019 Судья Верховного Суда Российской Федерации Маненков А.Н., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строй- Арсенал КПД» (далее - общество), ФИО1 (далее – ФИО1) на постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2018, постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 27.03.2019 по объединенному делу № А46-1775/2018 по иску общества к ФИО2 (далее - ФИО2) и ФИО3 (далее - ФИО3) о признании договора дарения 50% доли в уставном капитале общества от 26.11.2017 недействительным; применить к вышеуказанному договору правила договора купли-продажи; перевести на общество права и обязанности покупателя по спорному договору купли-продажи доли в обществе, в определенной сторонами стоимости доли 2 167 000 руб., по иску ФИО3 к ФИО1 об исключении ФИО1 из числа участников общества,

капитале обществу с ограниченной ответственностью «Федосеевские сады», по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО5 о передаче долей в уставном капитале обществу с ограниченной ответственностью «Федосеевские сады» при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Федосеевсие сады», ФИО5, ФИО6, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №4 УСТАНОВИЛ: ФИО1 обратился в арбитражный суд Белгородской области с иском к ФИО2, ФИО3 о передаче обществу с ограниченной ответственностью «Федосеевские сады» 50% доли уставного капитала общества, перешедшего к ФИО3 по договору дарения от 21.03.2013 с нарушением порядка получения согласия других участников (дело №А08-1760/2014). ФИО1 также обратился в арбитражный суд Белгородской области с иском к ФИО3, ФИО4 о передаче ООО «Федосеевские сады» 20% доли уставного капитала общества, перешедшего к ФИО4 по договору дарения от 26.12.2013, заключенному с ФИО3 с нарушением порядка получения согласия других участников общества (дело №А08-2621/2014). Определением суда от 11.06.2014 дело №А08-1760/2014 объединено в одно производство с делом №А08-2621/2014,объединенному

Волго-Вятского округаот 15.05.2015 по тому же делу по иску общества с ограниченной ответственностью «Бухгалтерско-юридический расчетный центр «Коммунальник» (г. Кострома) к обществу с ограниченной ответственностью «Шарьинская ТЭЦ» (Костромская область,г. Шарья) о регистрации перехода права собственности на объекты недвижимого имущества по договору купли-продажи от 14.05.2014 № 7, при участии третьего лица, администрации городского округа города Шарья Костромской области (Костромская область, г. Шарья), заявляющего самостоятельные требования к обществу с ограниченной ответственностью «Шарьинская ТЭЦ» о регистрации перехода права собственности на спорное имущество на основании договора дарения от 27.06.2014, при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Костромской области (г. Кострома), муниципального унитарного предприятия «Шарьинская ТЭЦ» (Костромская область, г. Шарья), УСТАНОВИЛ: общество с ограниченной ответственностью «Бухгалтерско-юридический расчетный центр «Коммунальник» (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Костромской области к обществу с ограниченной ответственностью «Шарьинская ТЭЦ» (далее - ТЭЦ) с иском о регистрации

влечет возникновения обязанности у ФИО2 заключить договор дарения с истцом, как с другим участником общества или выйти из общества. Кроме этого, следствием признания притворной сделки ничтожной является не ее недействительность, а возникновение у лица, чье преимущественное право на приобретение доли нарушено, права требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя. Однако, Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью" не предусматривает преимущественного права приобретения долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью по договору дарения . Аналогичная позиция содержится в разъяснениях Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 90/14 от 9 декабря 1999 года «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» - п. 12, согласно которому на случаи безвозмездной передачи участником принадлежащей ему доли третьему лицу право преимущественной покупки не распространяется. Указанное свидетельствует об отсутствии у истца субъективного права, которое можно считать нарушенным заключением оспариваемой сделки, либо экономически значимого интереса

собрания участников, оформленного протоколом № 12 от 22.05.2013 отказано, поскольку в силу ст. ст. 209, 218 ГК РФ абз. 5 ч. 1 ст. 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» права владения, пользования и распоряжения своим имуществом принадлежащие ФИО7 были им реализованы путем отчуждения своей доли в уставном капитале общества на основании нотариально удостоверенной сделки дарения в пользу ФИО1 В соответствии с ч. 12 ст. 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» по договору дарения доли в уставном капитале от 25.01.2013 ФИО7 подарил ФИО1 долю в уставном капитале ООО «Винал» в размере 40% номинальной стоимостью 4 000 000 руб. 00 коп. , данный договор от 25.01.2013 удостоверен временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО15 , в связи с чем суд пришел к выводу, что с даты совершения сделки дарения доли в уставном капитале ООО «Винал» – 25.01.2013, ФИО7 утратил статус участника ООО «Винал»,

недействительными решения общего собрания учредителей общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный центр «Березка», оформленные протоколом №5 от 23 ноября 2010 года. Оценив в совокупности условия пунктов 10.4- 10.7 устава общества суд приходит к выводу, что они касаются нарушения преимущественного права участников общества в случае заключения договора купли – продажи доли в уставном капитале. Ни Закон об обществах, ни устав ООО «ОЦ «Березка», не предусматривает преимущественного права приобретения долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью по договору дарения . Правовым последствием отчуждения доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли, является передача доли или части доли обществу (абз. 3 п. 18 ст. 21 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Исходя из условий пункта 10.1 устава общества действующего в момент

за ребенком. Ответчик не принимает участие в жизни ребенка, ненадлежаще выполняет обязательства по алиментам. При условии погашения долга за квартиру по коммунальным платежам и несения расходов по содержанию квартиры не возражает против проживания ответчика в квартире. Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, пояснил, что в спорном жилом помещении проживает на законном основании, данную квартиру приобретал в период брака с истцом за счет средств, вырученных от наследства. В связи с привлечением его к уголовной ответственности по договору дарения передал спорную квартиру дочери. До октября 2018 года отбывал наказание в виде лишения свободы. С октября 2018 года до июля 2019 года проживал с истцом в браке по месту ее жительства. С июля 2019 проживает в спорной квартире. Задолженность по квартире возникла в период, когда он отбывал наказание, квартира сдавалась в аренду. После того, как начал проживать в квартире, несет расходы по содержанию квартиры, частями погашает задолженность. Полагает, что истец как второй законный

об отсутствии у залогодателя правомочий на предоставление имущества в залог, вправе рассчитывать на сохранение залога. При изложенных обстоятельствах исковые требования подлежат частичному удовлетворению. На основании изложенного и руководствуясь статьями 199, 327, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия о п р е д е л и л а: решение Приволжского районного суда города Казани от 12 июля 2021 года по данному делу отменить. Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Мастер-Класс» удовлетворить частично. Признать договор дарения , заключенный 18 января 2018 года между ФИО3 и ФИО4, недействительным (ничтожным). Применить последствия недействительности сделки. Возвратить в собственность ФИО4: - земельный участок с кадастровым номером ...., расположенный по <адрес>; - жилой дом с кадастровым номером ...., расположенный по <адрес>; - земельный участок с кадастровым номером ...., расположенный по <адрес>; - земельный участок с кадастровым номером ...., расположенный по <адрес>; - земельный участок с кадастровым номером ...., расположенный по <адрес>; -

предпринимательскую деятельность путем продажи ------ индивидуальный предприниматель ФИО2 (третье лицо по делу, т.4 л.д.101-104), с которым ответчики, за исключением ФИО4, ФИО14, находились в трудовых отношениях. Магазин указывался под №№. Трудовые договоры, заключенные с ответчиками, представлены третьим лицом (т.4 л.д. 42-65). Между ФИО2 и ответчиками, кроме ФИО4, ФИО14, дата был заключен договор о бригадной материальной ответственности, дата ответчики дали подписку об освобождении ФИО14, выбывающей из коллектива дата, от материальной ответственности без проведения инвентаризации (т.3 л.д.141). дата между ФИО2 и ФИО1 заключен договор дарения , по которому по акту приема-передачи ------ от дата ФИО2 передал безвозмездно в собственность ФИО1 ------ по списку, указанному в приложении № к договору. Договор дарения, приложение к нему, акт приема-передачи составлен в письменной форме, подписан сторонами (т.2 л.д. 126-200). В соответствии с п.1 ст.574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

квартиру, являющуюся для нее и ее престарелой матери ФИО17 единственным жильем и местом жительства, она никому не собиралась. В указанный период времени она нуждалась в денежных средствах, по причине чего обратилась в ранее незнакомую фирму общество с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» с целью получения в заем денежных средств. С ответчиком ФИО13 ранее знакома не была. Для гарантии возврата полученных в заем денежных средств сотрудник общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» ФИО2 убедила передать квартиру, принадлежащую истцу на праве собственности, по договору дарения в собственность инвестору ФИО13 Просила признать договор дарения недействительным, как притворной сделки, так и сделки, совершенной под влиянием заблуждения относительно природы сделки, в связи с тем, что она не имела намерения произвести безвозмездное отчуждение жилого помещения, при подписании договора истец была уверена в том, что в результате совершенной сделки жилое помещение будет находиться в ее собственности, поскольку полагала, что составляет договор залога. Проверяя данные доводы, суд учитывает