быть предоставлены только самим клиентам или их представителям; государственным органам и их должностным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и в порядке, предусмотренных законом; в случае разглашения банком сведений, составляющих банковскую тайну, клиент, права которого нарушены, вправе потребовать от банка возмещения причиненных убытков (статья 857). Установив, таким образом, обязанность банка обеспечить банковскую тайну и ее основные объекты, включая тайну операций по счету, субъекты права на банковскую тайну, их обязанности и гражданско-правовую ответственность, законодатель одновременно предусмотрел, что пределы возложенной на банк обязанности хранить банковскую тайну определяются законом. Закрепление в законе отступлений от банковской тайны - исходя из конституционного принципа демократического правового государства, обязанности государства соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина как высшую ценность и обеспечивать их баланс в законодательстве и правоприменении, верховенства Конституции Российской Федерации и ее высшей юридической силы, свободы экономической деятельности и свободного предпринимательства - не может быть произвольным; такие отступления (в частности,
силу, т.е. распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено (часть 2); в случае одновременного вступления в силу положений закона, отменяющих административную ответственность за содеянное и устанавливающих за то же деяние уголовную ответственность, лицо подлежит административной ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения (часть 2.1). Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, устанавливая административную ответственность, законодатель в рамках имеющейся у него дискреции может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы административных правонарушений и их отдельные элементы, включая такой элемент состава административного правонарушения, как объективная сторона, в том числе использовать в указанных целях бланкетный (отсылочный) способ формулирования административно-деликтных норм, что прямо вытекает из взаимосвязанных положений статьи 1.2, пункта 3 части 1 статьи 1.3 и пункта 1 части 1 статьи 1.3.1 КоАП Российской Федерации; применяя бланкетные нормы законодательства об
всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств и справедливого разрешения дел об административных правонарушениях (определения от 7 декабря 2010 года N 1621-О-О, от 22 марта 2011 года N 391-О-О и от 21 июня 2011 года N 774-О-О). Приведенное правовое регулирование соответствует сохраняющей свою силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 презумпцию невиновности применительно к сфере уголовной ответственности; в процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель , учитывая особенности соответствующих отношений и их субъектов, требования неотвратимости ответственности, интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 15, часть 2; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), вправе решить вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, освобождая органы государственной власти от доказывания вины при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушения подтверждать свою невиновность (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27
статей 24.1 "Задачи производства по делам об административных правонарушениях", 26.11 "Оценка доказательств" КоАП Российской Федерации и других статей данного Кодекса, направленных на обеспечение всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств и справедливого разрешения дел об административных правонарушениях. Приведенное правовое регулирование соответствует сохраняющей свою силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 презумпцию невиновности применительно к сфере уголовной ответственности; в процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель , учитывая особенности соответствующих отношений и их субъектов, требования неотвратимости ответственности, интересы защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и свобод других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 15, часть 2; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), вправе решить вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, освобождая органы государственной власти от доказывания вины при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушения подтверждать свою невиновность (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27
9). Таким образом, само по себе установление ответственности общественного объединения за осуществление экстремистской деятельности не может рассматриваться как нарушение конституционного права на объединение. 2.2. Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 (часть 2) правило о том, что обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность применительно к сфере уголовной ответственности. В то же время, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 апреля 2001 года N 7-П, в процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель вправе решать вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, учитывая особенности соответствующих отношений и субъектов этих отношений. Следовательно, оспариваемое законоположение во взаимосвязи с нормами гражданского процессуального законодательства, в соответствии с которыми каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителей. Что касается содержащихся в
Российской Федерации и Законодательного Собрания Красноярского края» положения пунктов 1-4 статьи 13 и пунктов 1-4 статьи 14 указанного закона в предыдущей редакции признаны несоответствующими Конституции. При этом, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, вопрос о неприкосновенности депутатов в той мере, в какой он затрагивает основные принципы административной ответственности, относится к ведению Российской Федерации, поэтому для депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации особые условия привлечения к административной ответственности законами субъектов Российской Федерации устанавливаться не могут. Федеральный же законодатель , принимая соответствующий нормативный акт, должен соблюдать требования Конституции Российской Федерации, составляющие конституционно - правовую основу такого регулирования. В Конституции Российской Федерации закреплена неприкосновенность (парламентский иммунитет) членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы (статья 98), Президента Российской Федерации (статья 91) и судей (статья 122). Неприкосновенность же депутатов законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации непосредственно в Конституции Российской Федерации не предусмотрена, что, однако, не означает невозможность установления законом
предписания публичного органа, которое не может зависеть - в том числе применительно к срокам давности - от наступления тех или иных последствий допущенных нарушений. С учетом содержащихся в названном Определении разъяснений, следует указать, что иными статьями (в том числе статьей 9.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) законодатель предусмотрел административную ответственность за нарушение в сфере безопасности гидротехнических сооружений. То есть указанная ответственность наступает уже не за формальное нарушение предписания уполномоченного органа, а непосредственно за нарушение законодательства о безопасности гидротехнических сооружений в качестве прямого объекта посягательства. Таким образом, федеральный законодатель разграничил два указанных самостоятельных состава административных правонарушений, что позволяет с определенностью установить применимый в каждом конкретном случае срок давности привлечения к административной ответственности. Выявленный в настоящем Определении конституционно-правовой смысл части 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является общеобязательным, что исключает любое иное ее истолкование в правоприменительной практике. Учитывая изложенное, выявленный и сформулированный в указанном Определении Конституционного Суда Российской
предписания публичного органа, которое не может зависеть - в том числе применительно к срокам давности - от наступления тех или иных последствий допущенных нарушений. С учетом содержащихся в названном Определении разъяснений, следует указать, что иными статьями (в том числе статьями 9.4, 9.5, 9.5.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) законодатель предусмотрел административную ответственность за нарушение норм градостроительного законодательства. То есть указанная ответственность наступает уже не за формальное нарушение предписания уполномоченного органа, а непосредственно за нарушение законодательства о регулировании градостроительной деятельности в качестве прямого объекта посягательства. Таким образом, федеральный законодатель разграничил два указанных самостоятельных состава административных правонарушений, что позволяет с определенностью установить применимый в каждом конкретном случае срок давности привлечения к административной ответственности. Выявленный в настоящем Определении конституционно-правовой смысл части 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является общеобязательным, что исключает любое иное ее истолкование в правоприменительной практике. Учитывая изложенное, выявленный и сформулированный в указанном Определении Конституционного Суда Российской
устранить допущенные нарушения путем рассмотрения материалов и совершения мер по выдаче разрешения на сброс в пределах лимитов. Согласно указанными судебным актам основанием для удовлетворения заявленных требований послужил вывод судов о том, что при наличии установленной законодателем возможности переоформить разрешение на сбросы загрязняющих веществ, отсутствие соответствующих правил либо порядка не является препятствием для реализации юридическим лицом предоставленного права. Иное влечет нарушение принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает, в том числе ответственность законодателя за качество принимаемых решений и обеспечение присущей природе законодательных актов стабильности правового регулирования. Следовательно, вступившими в законную силу судебными актами установлено, что новый План снижения сбросов 2020-2026 гг является соответствующим требованиям законодательства РФ. Таким образом, довод Управления о том, что отсутствие с 01.01.2019 правового регулирования порядка согласования уполномоченными органами планов снижения сбросов является основанием для отказа в согласовании таких планов, является незаконным, а у Управления отсутствовали основания для возврата Обществу документов. На основании части
экологических разрешений указано в письме Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации и Федеральной службы по надзору в сфере природопользования от 23.01.2019 №РН-03-021-31/2454. Между тем, Управление, вынося оспариваемый отказ не учло, что при наличии установленной законодателем возможности переоформить разрешение на сбросы загрязняющих веществ, отсутствие соответствующих правил либо порядка не является препятствием для реализации юридическим лицом предоставленного права. Иное влечет нарушение принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает, в том числе ответственность законодателя за качество принимаемых решений и обеспечение присущей природе законодательных актов стабильности правового регулирования. Также следует отметить, что срок исполнения заявителем обязанности по получению комплексного экологического разрешения истекает 01.01.2022, поэтому отсутствие данного документа в период обращения не могло являться Управлению основанием для отказа. Кроме того, Федеральным законом от 26.07.2019 №195-ФЗ "О проведении эксперимента по квотированию выбросов загрязняющих веществ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части снижения загрязнения атмосферного воздуха" (далее -
(за исключением радиоактивных веществ) и микроорганизмов в водные объекты в пределах лимитов по Нижегородской станции аэрации (выпуск №1) на 2020-2026 годы, формализованный в письме от 12.03.2020 №01-15/2030, Управление Росприроднадзора не учло, что при наличии установленной законодателем возможности переоформить разрешение на сбросы загрязняющих веществ, отсутствие соответствующих правил либо порядка не является препятствием для реализации юридическим лицом предоставленного права. Иное влечет нарушение принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает, в том числе ответственность законодателя за качество принимаемых решений и обеспечение присущей природе законодательных актов стабильности правового регулирования. Кроме того, срок исполнения АО "Нижегородский Водоканал" обязанности по получению комплексного экологического разрешения истекает 01.01.2022, в связи с чем, отсутствие данного документа в период обращения не могло являться основанием для отказа. Также суд отмечает, что Федеральным законом от 26.07.2019 №195-ФЗ "О проведении эксперимента по квотированию выбросов загрязняющих веществ и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части снижения загрязнения
вступившего в законную силу нормативного правового акта, утвердившего правила разработки программы повышения экологической эффективности. В постановлении от 21.05.2020г. № Ф03-595/2020 Арбитражный суд Дальневосточного округа пришел к выводу, что суды не учли, что при наличии установленной законодателем возможности переоформить разрешение на сбросы загрязняющих веществ, отсутствие соответствующих правил либо порядка не является препятствием для реализации юридическим лицом предоставленного права. Иное влечет нарушение принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает, в том числе ответственность законодателя за качество принимаемых решений и обеспечение присущей природе законодательных актов стабильности правового регулирования. Также Арбитражным судом Дальневосточного округа отмечено, что срок исполнения МУП города Хабаровска «Водоканал» обязанности по получению комплексного экологического разрешения истекает 01.01.2022г., поэтому отсутствие данного документа в период обращения (06.06.2019) не могло являться основанием для признания судами решения Департамента Росприроднадзора по Дальневосточному федеральному округу от 25.06.2019 № 11-60/3987 правомерным. Кроме того, Федеральным законом от 26.07.2019г. № 195-ФЗ «О проведении эксперимента по квотированию
ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении. Поскольку с момента совершения вмененного ФИО1 административного правонарушения, двухмесячный срок давности привлечения его к административной ответственности истек 06 октября 2020 года, что в силу положений ч. 6 ст. 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является обстоятельством, исключающим дальнейшее производство по делу об административном правонарушении, вопрос о виновности ФИО1 обсуждаться не может. Вопреки доводам жалобы должностное лицо, вынесшее постановление о привлечении лица к административной ответственности законодателем (глава 25 КоАП РФ) не отнесено к участникам производства по делам об административных правонарушениях. Поскольку Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не оговаривает необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, вынесшего постановление о привлечении лица к административной ответственности, рассмотрение судьей жалобы в отсутствие должностного лица ГИБДД не является безусловным основанием к отмене судебного решения. При этом, судьей районного суда приняты меры к истребованию всех доказательств по делу об административном правонарушении, в том числе
что судом не учтены разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27 июня 2013 г. «О практике применения законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», судом не проверено наличие оснований для применения к Невзорову положений ст. 76.2 УК РФ. Обращает внимание, что вывод о возможности освобождения от уголовной ответственности должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании, а в качестве условия освобождения лица от уголовной ответственности законодатель определил полное возмещение этим лицом ущерба или заглаживание иным образом вреда, причиненного преступлением. Считает, что суд сделал необоснованный и противоречащий материалам дела вывод о том, что Невзоров загладил причиненный вред. В постановлении суда указано, что Невзоров загладил причиненный преступлением вред путем возмещения ущерба потерпевшему, принес извинения потерпевшему. Извинения Невзорова, возмещение ущерба потерпевшему свидетельствуют о заглаживании вреда. Из материалов дела следует, что похищенное имущество возвращено потерпевшему по инициативе сотрудников ОВД, изъявших похищенное у Невзорова, и
рассмотрении дела в Архангельском областном суде, не влечет отмену решения судьи. Как следует из положений 25 главы КоАП РФ к участникам производства по делам об административных правонарушениях отнесены: лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, потерпевший, законные представители физического лица, законные представители юридического лица, Уполномоченный при Президенте РФ по защите прав предпринимателей, свидетель, понятой, специалист, эксперт, переводчик, прокурор. При этом должностное лицо органа, вынесшего постановление о привлечении лица к административной ответственности, законодателем не отнесено к участникам производства по делам об административных правонарушениях. Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за
мая 2019г. постановление по ч.3.1 ст.12.5 КоАП РФ не вступило в законную силу, основанием к отмене постановления судьи являться не может. Указанный довод был предметом рассмотрения судьи городского суда и в оспариваемом постановлении судьи ему дана надлежащая и правильная оценку. Факт вступления или не вступления постановления по делу об административном правонарушении, предусмотренному ч.3.1 ст.12.5 КоАП РФ в законную силу для рассматриваемого дела не имеет определяющего значения, поскольку согласно диспозиции ч.1 ст.19.3 КоАП РФ административная ответственность законодателем установлена за невыполнение законного требования (распоряжения) в том числе сотрудника полиции, а не с вступлением принятого им постановления в законную силу. В этой связи, факт оспаривания ФИО1 постановления по делу об административном правонарушении, предусмотренным ч.3.1 ст.12.5 КоАП РФ, не давало ему права управлять автомобилей с нарушением вышеприведенных положений законодательства, выявленных сотрудником ГИБДД и не свидетельствует о том, что требование сотрудника ГИБДД являлось незаконным. Таким образом, судебное разбирательство проведено полно, всесторонне и объективно. Постановления судьи
