умолчания о фактах, которые могли бы повлиять на указанные обстоятельства. Указанные выводы судов в жалобе не опровергнуты. Суды указали, что процедура привлечения к административной ответственности не нарушена, срок давности привлечения к ответственности соблюден, оснований для применения положений статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отсутствуют. Доводы жалобы были предметом рассмотрения судов и получили исчерпывающую правовую оценку в обжалуемых судебных актах, не согласиться с которой оснований не имеется. Ссылка в жалобе на гражданско- правовые последствия расторжения договора и ненадлежащего исполнения сторонами договорных обязательств предметом спора не являются, и не свидетельствуют об отсутствии необходимости дополнительного учета публично-правовых требований исходя из особых требований закона о защите прав потребителей, определяющего механизм реализации прав потребителей и их защиту. Существенных нарушений норм материального права, а также требований процессуального законодательства, повлиявших на исход судебного разбирательства, судами не допущено. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.1, 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче
ввиду того, что до момента государственной регистрации перехода права собственности от должника к компании для третьих лиц собственником имущества остается должник, кредиторы которого вплоть до государственной регистрации перехода права к обществу «УК «Пифагор» могут обратить взыскание по обязательствам должника на отчужденную по договору недвижимость, а после открытия в отношении должника конкурсного производства его обязательство по передаче кредитору спорных квартир в связи с расторжением соответствующего договора купли-продажи трансформировалось в денежное, суды заключили, что наступление правового последствия расторжения договора купли-продажи в виде перехода права собственности на спорные квартиры от должника к кредитору стало невозможным и правовые основания для исключения спорного имущества из конкурсной массы должника отсутствуют . Разрешая спор, суды руководствовались пунктами 1, 2 статьи 8.1, статьей 131, пунктом 1 статьи 223, пунктом 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 126 Закона о банкротстве, разъяснениями, приведенными в абзаце 2 пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от
сделал вывод, который указанным правовым нормам не соответствует, а именно, указал, что ФИО3. при совершении ею действий по расторжению договора вклада и получении денег действовала от имени ФИО2 и действия ФИО3. повлекли правовые последствия для истицы. Судом не принято во внимание, что согласно пункту 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка до надлежащего одобрения не влечет правовыхпоследствий для представляемого. Поскольку действия ФИО3. по расторжениюдоговора и получению денег впоследствии ФИО2 не одобрялись, то они не повлекли прекращение договора банковского вклада в связи с его расторжением и не повлекли прекращение обязанности банка по возврату ФИО2 суммы вклада и процентов по вкладу. Вывод суда о том, что установленная ранее решением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 13 октября 2014 г. по делу № 2-2438/2014 добросовестность банка является основанием для отказа в удовлетворении заявленных по настоящему делу требований истицы
основанием для обращения Общества в арбитражный суд с настоящим иском. Суды признали требование Общества о взыскании неосновательного обогащения в размере неосвоенного аванса обоснованным в части, за вычетом 390 000 руб. стоимости подготовки технических условий. Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, не находит оснований для отмены судебных актов ввиду следующего. В соответствии с пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) Договор расторгнут по соглашению сторон. Правовые последствия расторжения Договора указаны в пункте 4 статьи 453 ГК РФ, согласно которому в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. Вопреки доводам подателя жалобы, приведенная
ТД «РСЗ» обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просит их отменить и принять по делу новый судебный акт. Заявитель кассационной жалобы не согласен с выводами судов о наличии оснований для расторжения договора в связи с существенным нарушением договора ответчиком, поскольку суды не установили местонахождение спорного станка; пришли к необоснованному выводу о принятии истцом станка на ответственное хранение; не указали правовые последствия расторжения договора ; неправомерно отказали в удовлетворении ходатайств ответчика о привлечении к участию в деле третьих лиц, назначении экспертизы и истребовании доказательств. В отзыве на кассационную жалобу ФГУП «ГХК» с изложенными в ней доводами не согласилось, ссылаясь на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, полное и всестороннее исследование и оценку судами имеющихся в деле доказательств, правильное установление правоотношений сторон и обстоятельств дела, в связи с чем просило в удовлетворении жалобы отказать. В судебном
в порядке пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ, получено Комитетом 27.08.2018, апелляционный суд пришел к правильному выводу о том, что Договор считается расторгнутым с 28.09.2018, после истечения 30 дней с момента получения уведомления, и именно с указанной даты у Общества возникло право требовать возврата авансового платежа по Договору, услуга по которому не оказана. С учетом содержания уведомления от 22.08.2018 № ЛЭ/08-02/729 относительно момента прекращения Договора, основания считать Договор расторгнутым ранее указанной даты отсутствуют. Правовые последствия расторжения Договора предусмотрены пунктом 4 статьи 453 ГК РФ, согласно которому в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. После того как Договор был расторгнут,
требований уголовно-исполнительного законодательства, в связи с чем обоснованно признали пункт 6.4 договора в части слов «Организация вправе использовать осужденных на объектах, принадлежащих третьим лицам» недействительным на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса. Суд округа не находит оснований не согласиться с указанными выводами судов первой и апелляционной инстанций. В рассматриваемом случае ссылка заявителя жалобы на то, что спорный договор уже расторгнут, в связи с чем иск является необоснованным, подлежит отклонению судом округа, поскольку правовые последствия расторжения договора направлены на прекращение обязательств сторон на будущее время, тогда как признание спорного условия договора недействительным (ничтожным) направлено на подтверждение того, что оно не влечет юридических последствий с момента совершения сделки. В этой связи расторжение договора после обращения прокурора в суд с настоящим иском не препятствует признанию как его в целом, так и отдельных условий недействительными. Доводы кассатора об отсутствии у Прокуратуры Приморского края полномочий и оснований для обращения в суд с настоящим иском
исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено договором или соглашением сторон. В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, то к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, если иное не предусмотрено законом или договором, либо не вытекает из существа обязательства. Таким образом, правовые последствия расторжения договора направлены на будущее, как следствие, распространяются исключительно на еще не оказанные по договору услуги, в связи с чем суд первой инстанции пришел верному выводу, что отказ заказчика от исполнения договора возмездного оказания услуг после выполнения своих обязательств исполнителем невозможен, в связи с чем договор консультационных услуг от 25.08.2021 не может считаться расторгнутым, а денежные средства, полученные исполнителем в качестве предварительной оплаты - неосновательным обогащением. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда,
а н о в и л: ПАО «Россети Московский регион» обратилось в суд с указанным иском ФИО1, обосновывая свои требования тем, что 12.01.2017 года между сторонами был заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № энергопринимающих устройств заявителя, расположенных по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № Ссылаясь на полное исполнение своих обязательств по договору и неисполнение ответчицей обязательств по оплате услуг по договору, истец просит суд расторгнуть вышеуказанный договор и определить правовые последствия расторжения договора в виде взыскания с ответчицы в пользу ПАО «МОЭСК» расходов за выполнение и выдачу технических условий в сумме 289 255 руб. 51 коп., а также взыскать с ответчицы понесенные расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 093 руб. В ходе судебного разбирательства истец уточнил заявленные требования в сторону их уменьшения и просил суд расторгнуть заключенный с ФИО1 договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № от 12.01.2017 года и определить правовые
спорного пункта договора, договор аренды подлежит признанию недействительным, независимо от его изменения сторонами. По смыслу статей 168 и 422 ГК РФ суд проверяет сделку на соответствие закону на момент ее заключения. Если суд установит несоответствие договора закону на момент его заключения, он может признать этот договор недействительным, даже если к этому моменту стороны его расторгли по соглашению сторон или он прекращен в силу отказа от договора одной из сторон (когда такой отказ допускается). Правовые последствия расторжения договора направлены на прекращение обязательств сторон, на будущее время, тогда как признание сделки недействительной направлено на подтверждение того, что она не влечет юридических последствий с момента ее совершения. В этой связи расторжение договора не препятствует признанию его недействительным. Просит признать недействительным абз. 2 пп. 6.1. Договора аренды земельного участка № 10 от 03 июня 2019 года, заключенного между администрацией Ртищевского муниципального района Саратовской области и ФИО2. В судебном заседании помощник Ртищевского межрайонного прокурора Иванов
в кассационной жалобе на отсутствие со стороны истцов предложения о расторжении договора купли-продажи, что по мнению кассатора влечет оставление иска без рассмотрения ввиду несоблюдения досудебного порядка разрешения спора, следует признать безосновательной, поскольку, как следует из претензии, направленной истцами в адрес ответчиков, они ставили вопрос о выплате оставшейся суммы цены договора купли-продажи либо предлагали в добровольном порядке расторгнуть этот договор, как предусмотрено его условиями Доводы кассатора о том, что судом апелляционной инстанции не применены правовые последствия расторжения договора купли-продажи о возврате полученных истцами денежных средств, уплаченных покупателями с использованием средств материнского (семейного) капитала, не влекут отмену обжалуемого судебного акта, поскольку в рамках рассмотрения дела такие доводы ответчиками не заявлялись, встречные требования не предъявлялись, вместе с тем состоявшееся решение не препятствует обращению с этими требованиями с отдельным иском в суд. Поскольку решение суда первой инстанции отменено судом апелляционной инстанции с принятием нового решения по делу, оно повторной проверке не подлежит, а оснований
судебная коллегия У С Т А Н О В И Л А: ФИО2 обратилась в Верховный суд Республики Адыгея с заявлением о разъяснении апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ. В обоснование заявления указано, что при обращении в регистрационный орган ФИО2 выдано уведомление о приостановлении государственной регистрации прав от ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что апелляционное определение Верховного суда Республики Адыгея от ДД.ММ.ГГГГ не содержит указания на правовые последствия расторжения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Проверив материалы дела, обсудив доводы заявителя, судебная коллегия приходит к следующему. В соответствии с ч. 1 ст. 202 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае неясности решения суд, принявший его, по заявлению лиц, участвующих в деле, судебного пристава-исполнителя вправе разъяснить решение суда, не изменяя его содержания. Разъяснение решения суда допускается, если оно не приведено в исполнение и не истек срок, в течение которого решение суда может быть принудительно исполнено. Исходя
