Суда Российской Федерации от 11.01.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» и указали на отсутствие у главы КФХ ФИО1 преимущественногоправа на приобретение спорных земельных участков в аренду. Установив по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, что на момент разрешения спора общество «Русское поле» выбыло из спорных правоотношений, поскольку не является арендатором ранее используемых главой КФХ ФИО1 земельных участков (права и обязанности по договорам аренды с собственниками земельных участков в порядке переуступки от 11.03.2015 переданы предпринимателю ФИО2), также, договоры субаренды земельных участков от 16.04.2014, заключенные между обществом «Русское поле» и обществом «Рассвет» расторгнуты и на момент уступки отношения субаренды с обществом «Рассвет» прекращены по соглашению сторон, суды пришли к выводу об отсутствии у главы КФХ ФИО1 возможности вступить в указанные правоотношения на стороне субарендатора . Требование о переводе на себя прав и обязанностей по договору аренды (субаренды) может быть заявлено только в отношении действующего договора,
жалобы, в соответствии с указом губернатора Пермской области от 21 июля 1999 года № 77 и договором инвестирования от 04 января 2003 года отведение непосредственно истцу земельного участка под строительство автостоянки не требовалось. Судом первой инстанции не дана оценка тому факту, что отсутствует надлежащее уведомление субарендатора ООО «Газснабсбыт» о расторжении заключенного между администрацией города Перми и ООО «Мотовилихинские заводы-Сервис» договора аренды земельного участка. Истцу не предложено заключить договор аренды земельного участка, чем нарушены преимущественное право субарендатора на заключение с ним договора аренды и принцип связанности земельного участка с объектом недвижимости. Суд незаконно и необоснованно применил нормы о сроке исковой давности, а именно статьи 195, 196, 199 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, посчитав, что срок исковой давности начал течь с момента выдачи истцу разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, то есть с 01 октября 2003 года. ООО «Газснабсбыт» считает признание объектов, являющихся предметом спора, самовольными постройками и применение судом
со стороны арендодателя (КФХ «Агли» как арендатора по основному договору аренды от 01.02.2011) ГУСП «Башсельхозтехника» РБ продолжило пользоваться арендованным имуществом, в отсутствие в деле доказательств прекращения основного договора аренды от 01.02.2011 суды верно квалифицировали данные договоры субаренды как возобновленные на тех же условияхна неопределенный срок по правилам пункта 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вопреки доводам кассационной жалобы, исходя из условия пунктов 6.2 договоров от 01.12.2016 №№ 20, 21, 22, согласно которому преимущественное право субарендатора на заключение договора субаренды на новый срок исключается, не следует вывод о том, что стороны исключили продление срока действия договоров по правилам пункта 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу пункта 1 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором аренды, арендатор, надлежащим образом исполнявший свои обязанности, по истечении срока договора имеет при прочих равных условиях преимущественное перед другими лицами право на заключение договора аренды на
образом, Общество на дату вступления в законную силу Закона № 159-ФЗ, арендовало помещение общей площадью 254, 4 кв.м. (в том числе 37,9 кв.м. до 29.12.2006 на праве субаренды с согласия арендодателя у лица, ликвидировавшегося 29.12.2006). Нельзя не согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что положениями Закона № 159-ФЗ преимущественное право на приобретение имущества субарендаторам прямо не предусмотрено. При этом, коллегия апелляционного суда, проанализировав нормы названного закона, полагает, что законодатель, не предусматривая преимущественное право субарендатора на приобретение арендуемого имущества, исходил из того, что предоставление преимущественного права на выкуп имущества субарендатором приведет к нарушению прав и законных интересов лица, которому данное имущество предоставлено в аренду. В то же время, в рассматриваем споре, лицо, предоставившее имущество Обществу в субаренду, было ликвидировано 29.12.2006, о чем имеется свидетельство о государственной регистрации серия 25 № 002713120, выданное Межрайонной ИФНС России № 9 по Приморскому краю, и с этого момента в силу пункта 3
кооперативом (арендатор) и обществом (субарендатор) заключен договор субаренды земельного участка сельскохозяйственного назначения, находящегося в долевой собственности, от 02.12.2013. (далее - договор субаренды), по условиям которого, арендатор передал, а субарендатор принял в субаренду спорный земельный участок на срок 11 (одиннадцать) месяцев, до 02.11.2014. (п. 1.1, 2.1) По договору субаренды, арендатор (СПК) принял на себя обязательства обеспечить субарендатору (Обществу) возможность реализации преимущественного права на продление договора субаренды (п. 4.2.6). В пункте 5.1.5 договора субаренды содержится преимущественное право субарендатора на заключение договора субаренды на новый срок, по истечении срока договора субаренды. В главе 8 договора субаренды стороны указали основания досрочного прекращения субаренды земельного участка. Из главы 10 договора субаренды следует, что любые изменения, дополнения, приложения к настоящему договору действительны в случае подписания их уполномоченными представителями обеих сторон (п. 10.2). Общество ссылается на то, что в период срока субаренды, произвел посев зерновых культур (озимая пшеница, озимая рожь, озимый тритикале) общей площадью 5 077,
участка предоставили арендатору более привилегированное право на выкуп отчуждаемой земельной доли даже по сравнению с их правовым статусом. Заключив договор аренды в 2017 году, арендодатели - сособственники спорного земельного участка не ставили под сомнение его условия, не оспаривали его законность и действительность. При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что договор субаренды спорного земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный ФИО6 с ООО «Компания БИО-ТОН», в отличие от договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ, не содержит преимущественного права субарендатора на приобретение в собственность долей в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок, подобное право предоставлено субарендатору только в отношении земельного участка в случае, если он будет сформирован в счет долей при его продаже (пункт 3.3.4 Договора субаренды) (л.д. 22). Таким образом, поскольку преимущественное право на выкуп земельной доли спорного земельного участка в данном случае возникло у ФИО1 на основании договора аренды от 10.11.2017, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований
здания. <данные изъяты> года истец обнаружил обрушение внутренней стены арендованного помещения. Сославшись на нарушение своего права, М.Э.В. инициировал дело в суде иском к ООО «ТПК «Славянский привоз» и П.Н.Н. и просил обязать их: восстановить нежилое помещение кафе-шашлычной торгового рынка «Славянский привоз», расположенное по адресу: <адрес> предоставить нежилое помещение кафе-шашлычной в субаренду на ".." дня после его восстановления; предоставить на правах субаренды спорное нежилое помещение по истечении <данные изъяты> дней после его восстановления на преимущественном праве субарендатора на заключение договора аренды на новый срок; возместить истцу <данные изъяты>., затраченных на производство неотделимых улучшений нежилого помещения кафе-шашлычной торгового рынка «Славянский привоз»; возместить <данные изъяты>. компенсации морального вреда. Определениями Свердловского районного суда г. Белгорода от 12.08.2013 г. требования М.Э.В. к П.Н.Н. выделены в отдельное производство; производство по делу по иску М.Э.В. к ООО «ТПК «Славянский привоз» прекращено ввиду не подведомственности спора суду общей юрисдикции. Решением суда, оставленным без изменения при апелляционном рассмотрении
участка предоставили арендатору более привилегированное право на выкуп отчуждаемой земельной доли даже по сравнению с их правовым статусом. Заключив договор аренды в 2017 году, арендодатели - сособственники спорного земельного участка не ставили под сомнение его условия, не оспаривали его законность и действительность. При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что договор субаренды спорного земельного участка от 09.01.2018, заключенный С.Л.А. с ООО «Компания БИО-ТОН», в отличие от договора аренды от 10.11.2017, не содержит преимущественного права субарендатора на приобретение в собственность долей в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок, подобное право предоставлено субарендатору только в отношении земельного участка в случае, если он будет сформирован в счет долей при его продаже (пункт 3.3.4 Договора субаренды) (л.д. 22). Таким образом, поскольку преимущественное право на выкуп земельной доли спорного земельного участка в данном случае возникло у ФИО1 на основании договора аренды от 10.11.2017, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований
находящегося в составе объекта недвижимости «3-этажное кирпично-панельное здание цеха абразивных кругов с административным бытовым корпусом, общая площадь 11634,2 кв.м (лит. А, А1-А7)», кадастровый №, расположенного по адресу Адрес. Цель использования помещения определена п. 3.4 договора: под производство, склад, а также в целях пребывания в нем обслуживающего персонала (рабочих), в том числе в ночное время. Срок аренды по договору установлен до Дата, заключение договора на новый срок возможно по соглашению сторон и не предполагает преимущественного права субарендатора на такое заключение. Указанное в договоре помещение передано ФИО5 по акту № приема-передачи недвижимого имущества от Дата. Размер арендной платы определен сторонами в п. 5.1 договора и составляет 250 рублей за 1 кв.м общей площади в месяц, сумма арендной платы – 3075 рублей. Согласно платежному поручению № от Дата ФИО5 оплачен счет по договору субаренды в размере 3795 рублей. Дата ФИО2 обратилась в ОП № УМВД России по г. Перми, по итогам проверки
