в сумме 17 млн. руб.; заключение сделки в условиях корпоративного конфликта, предполагающего необходимость сохранить контроль над акциями, при этом ФИО3 в судебные заседания не явилась и личных пояснений в отношении оспариваемых ФИО1 обстоятельств не дала, учитывая, совершение двух последовательных сделок купли-продажи акций в короткий промежуток времени, единый объект купли- продажи, цели договоров, обстоятельства их заключения, наличие в обществе корпоративного конфликта между ФИО4 и ФИО1, перехода права собственности на акции в итоге второй сделки к заинтересованному в совершении данной сделки ФИО1, пришли к выводу о взаимосвязанности указанных сделок; признав доказанным факт совершения сделки 12.11.2014 между ФИО4 и ФИО3 в отсутствие согласиясупруги ФИО4 - ФИО2 на распоряжение совместным имуществом при наличии осведомленности об этом покупателя, суды признали договоры купли-продажи акций от 12.11.2014, от 28.01.2015 недействительными сделками. Судами учтено, что ввиду длительных дружеских отношений и последующего корпоративного конфликта между участниками общества, ФИО1, являясь активным участником общества, не мог не сомневаться в действительности
по поводу имеющегося в семье имущества, в том числе относительно передачи управления ЗАО «Хакасвзрывпром» и акций общества от ФИО7 к ФИО6 На протяжении трех лет ФИО6 являлся собственником спорных акций до момента их продажи ФИО3 по договору купли- продажи от 16.03.2005. Следовательно, на момент смерти ФИО7 (12.05.2004) акции принадлежали ФИО6, в связи с чем в наследственную массу включены не были. С момента совершения оспариваемого договора дарения истец никаким образом своего несогласия с переходом права собственности на акции ФИО6 не выражал. Как верно указал суд первой инстанции, поскольку при совершении сделки отчуждения общего имущества одним супругом в силу пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации по умолчанию предполагается наличие согласие другого супруга , оснований полагать, что одариваемый ФИО6 на момент заключения оспариваемого договора знал о наличии несогласия истца на совершение сделки по дарению акций, при выше приведенных обстоятельствах у суда не имеется. Исследовав в совокупности имеющиеся в деле доказательства, а
акций ЗАО «РИНК» в любой форме на его условиях и по его усмотрению, любому лицу, за любую стоимость и на прочих условиях по его усмотрению, о существовании которого ФИО10 знал и которым руководствовался при заключении оспариваемого договора с ФИО5 Таким образом, ФИО10 действовал добросовестно, надлежащим образом исполнил оспариваемый договор, а о якобы несогласии Истца на заключение договора купли- продажиакций ЗАО «РИНК» он не мог знать ввиду существования нотариально удостоверенного согласия на отчуждение ФИО5 акций ЗАО «РИНК». Учитывая, что Истцом не доказано намеренное совершение ФИО10 сделки с целью уменьшить общее имущество супругов , не доказано отсутствие согласия Истца на заключение договора, оспариваемая сделка также не может быть признана притворной в связи с нижеследующим. Пунктом 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» отмечено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть
регистрационного журнала Общества с ограниченной ответственностью «Общегубернский регистратор» в октябре 2008г. состоялся переход права собственности от ФИО4 к ФИО2 на основании договора дарения 140 обыкновенных именных акций ЗАО Фирма «Астероид»; от ФИО5 к ФИО2 на основании договора купли-продажи 250 обыкновенных именных акций; от ФИО7 к ФИО2 на основании договора купли- продажи 200 обыкновенных именных акций. Полагая, что 540 обыкновенных именных акций ЗАО «Фирма «Астероид» выбыли из собственности ФИО4 незаконно, с нарушением прав и законных интересов ФИО7, в отсутствие ее супружеского согласия на отчуждение акций, ФИО7 обратилась в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями Исковые требования ФИО7 основаны на том, что супруг распорядился общим имуществом супругов без ее согласия, в связи с чем она просит признать указанные сделки недействительными. Апелляционный суд не находит оснований для признания сделок по дарению ФИО4 детям ФИО5 и ФИО7 недействительными. Поскольку не предоставлено доказательств того, что между супругами ФИО4 и ФИО7 был заключен брачный договор, изменивший законный
правилах купли-продажи. Специальные правила передачи прав на акции, в том числе путем заключения договора купли- продажи, установлены в пункте 2 статьи 142 ГК РФ, согласно которому в случаях, предусмотренных законом или в установленном им порядке, для осуществления и передачи прав, удостоверенных ценной бумагой, достаточно доказательств их закрепления в реестре акционеров. Действующим законодательством (ГК РФ, Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», Федеральным законом от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг») не предусмотрена государственная регистрация сделок с акциями. Внесение записи в реестр акционеров о переходе прав на ценные бумаги государственной регистрацией не является. Таким образом, реализация гражданином права на приобретение в собственность акций не является сделкой, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, для совершения которых пунктом 3 статьи 35 СК РФ требуется получение нотариально удостоверенного согласия другого супруга . Данная правовая позиция содержится в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3
так же ДД.ММ.ГГГГ, между ФИО3 в качестве ФИО5 и компанией Табеллион Лимитед в качестве Бенефициара заключен договор гарантии исполнения обязательств, в соответствии с условиями которого ФИО3 предоставил компании Табеллион Лимитед личную гарантию в отношении всех обязательств компании Федералевел Холдингз Лимитед по договору о купле- продажеакций и опционе на продажу (л.д. 44-55). Согласно п. 5.3 договора Гарантии (в нотариально удостоверенном переводе), Гарант не обязан и не будет обязан уведомлять или получать согласие или разрешение государственных органов или иных лиц на совершение и передачу настоящей Гарантии, а также на заключение и исполнение предусмотренных настоящей Гарантией сделок, за исключением уже полученных необходимых согласований и разрешений (включая согласие супруги ФИО5) (л.д. 48). Из п. 7.2 договора следует, что Гарант настоящим подтверждает и согласен с тем, что он отвечает за исполнение настоящей Гарантии своим раздельным и общим имуществом. Установлено также, что в связи с неисполнением обязательств компанией Федералевел Холдингз Лимитед и ФИО3 по указанным
ведет ЗАО «Компьютершер Регистратор». 14.09.2011 года ФИО2 на основании договора дарения передал ФИО3 обыкновенные именные акции ЗАО «Красноярский деревообрабатывающий комбинат» в количестве <данные изъяты> штук общей стоимостью <данные изъяты> рублей. Кроме того, 03.10.2011 года по договору купли- продажи ФИО2 продал ФИО3 обыкновенные именные акции ЗАО «Красноярский ДОК» в количестве <данные изъяты> штук общей стоимостью <данные изъяты> рублей. В связи с совершенными сделками ЗАО «Компьютершер Регистратор» были внесены сведения в систему ведения реестра общества о переходе права собственности на акции к приобретателю, о чем свидетельствуют передаточные распоряжения (том 1 л.д.41, 227). Заявляя о недействительности заключенных 14.09.2011 года договора дарения и договора купли-продажи от 03.10.2011 года, истица ссылается на отсутствие ее согласия на совершение супругом ФИО2 указанных сделок, которые заключались лишь для вида. Из пояснений ФИО1 следует, что у нее с мужем хорошие доверительные отношения, при этом она интересовалась у мужа о судьбе имеющихся у него акций ЗАО «Красноярский ДОК» (том 1
- продажи обыкновенных акций ОАО Сбербанк России на общую сумму ... рублей. Предметом всех указанных сделок является обязанность банка передать, а А.А.Д. принять и оплатить ценные бумаги. Оплата ценных бумаг производилась ФИО2 за счет своих денежных средств, имеющихся на депозитном счете, открытом в банке еще дата. ФИО2 был открыт договор срочного вклада «растущий процент» в рублях №.... В последствии ФИО2 ежегодного пролонгировал данный договор, путем подписания новых договоров срочного вклада. Во всех договорах купли - продажи ценных бумаг имеется условие (п.5.11) о том, что ФИО2 подтверждает и гарантирует, что его супруга ознакомлена с условиями Договора и дает ФИО2 свое согласие на распоряжение общим имуществом в соответствии с условиями Договора. Банк изначально включил это условие в текст договора, не убедившись в наличии согласия ФИО1 на совершение сделок. В момент совершения истица не присутствовала в офисе банка и не знала о совершении данных сделок. Сам ФИО2 также не сообщил супруге о
согласию предполагается вне зависимости от того, кем из них совершена сделка. Нотариально удостоверенное согласие другого супруга требуется только для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью, сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке (пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации). Для сделок купли- продажиакций не предусмотрены ни нотариальное удостоверение, ни регистрация данной сделки. Доводы истца ФИО2 и ответчика ФИО5 о том, что ФИО4 не оплатила стоимость акций по договорам по причине отсутствия письменного согласия ФИО2, противоречат положениям пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Вывод суда первой инстанции о том, что совершение сделок осуществлялось скрытно от ФИО2, о чем обеим сторонам сделки (ФИО5 и ФИО4) было известно, на доказательствах не основан. Доказательства того, что при совершении оспариваемых сделок ФИО4
от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (в ред. от 3 ноября 2010 года). При этом, действующее законодательство (Гражданский кодекс Российской Федерации, Федеральные законы «О рынке ценных бумаг» и «Об акционерных обществах») не содержит указаний на необходимость регистрации сделки с ценными бумагами, в том числе с акциями. Внесение записи в реестр о переходе прав на ценные бумаги государственной регистрацией не является. Поэтому при продаже супружеских акций одним из супругов не требуется отдельно выраженное, в том числе нотариально удостоверенное, согласие другого супруга на совершение указанной сделки (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации»). Заявляя требование о признании сделки недействительной по мотиву отсутствия согласия на совершение продажи акций, о котором было заведомо известно ответчику ФИО4, истец в силу требований статьи 56 ГПК РФ обязана была представить доказательства в обоснование своих доводов. Однако, в нарушение вышеуказанной статьи
