ЕГРЮЛ обращался в суд с какими-либо требованиями в связи с ненадлежащим исполнением контрагентом обязательств, вытекающих из указанного в заявлении договора. При проявлении обычной степени заботливости и осмотрительности задолженность (при ее наличии) могла быть взыскана Обществом в установленном законом порядке. Истец не представил доказательств невозможности реализации данного права. Права требования, исходя из представленных в дело доказательств, не являются бесспорными. Процедура распределения имущества ликвидированного юридического лица не предполагает совершения иных действий, кроме распределения обнаруженного после ликвидации юридического лица имущества, ранее (до ликвидации ) бесспорно принадлежавшего ликвидированной организации и в отношении которого отсутствуют какие-либо споры о праве. Выражая свое несогласие с выводами судов, заявители указывают на неправильное применение пункта 9 статьи 63, пункта 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса, разъяснений, изложенных в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», что привело к нивелированию целей законодателя, введшего институт распределения
следует руководствоваться положениями пункта 52 статьи 64 ГК РФ, устанавливающего процедуру распределения обнаруженного обязательственного требования. Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации вытекает, что кредиторы юридического лица, запись об исключении которого внесена в ЕГРЮЛ, тем не менее, вправе получить удовлетворение своих требований за счет принадлежавшего юридическому лицу имущества, а участник такого лица – имеет право на распределениеимущества в его пользу после осуществления расчетов с кредиторами, если судом назначена процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица, направленная по сути на возобновление процесса ликвидации юридического лица и обеспечение надлежащего проведения ликвидации в части расчетов с заинтересованными лицами. В силу пунктов 1 и 5 статьи 63 Гражданского кодекса при надлежащем проведении процесса ликвидации юридического лица за счет средств, полученных при погашении дебиторской задолженности, должны были производиться расчеты с кредиторами. В связи с этим в рамках предусмотренной пунктом 52 статьи 64 Гражданского кодекса процедуры, как прямо указано
5.2 статьи 64 ГК РФ, устанавливающего процедуру распределения обнаруженного обязательственного требования (абзац третий пункта 41 Постановления N 6). Из системного толкования указанных выше норм, а также из разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 41 Постановления N 6 следует, что обязательственные требования юридического лица (ликвидированного) к его должникам, в частности о возврате переданного в аренду имущества, оплате стоимости переданных товаров и т.п., не прекращаются, но право предъявить требования к таким обязанным лицам ликвидированного юридического лица его участники, равно как и его кредиторы имеют только в процессе реализации правового механизма, предусмотренного пунктом 5.2 статьи 64 ГК РФ. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 09.11.2010 N 1435-О-О, положения пункта 11 статьи 142 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" необходимо рассматривать как специальный (экстраординарный) способ защиты прав кредиторов, чьи требования не были удовлетворены в ходе конкурсного процесса, при том что по общему правилу ликвидация юридического лица влечет прекращение всех его обязательств
суд назначает арбитражного управляющего, на которого возлагается обязанность распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица. Заявление о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть подано в течение пяти лет с момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении юридического лица. Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть назначена при наличии средств, достаточных для осуществления данной процедуры, и возможности распределения обнаруженного имущества среди заинтересованных лиц. Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица осуществляется по правилам настоящего Кодекса о ликвидации юридических лиц (пункт 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса). Считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом N 129-ФЗ, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ
обращающееся в суд, вправе применить лишь этот способ. Спорные акции по настоящее время числятся за ликвидированным юридическим лицом, участники которого, привлеченные к участию в деле в качестве ответчиков, в установленном законом порядке и сроки не обратилась с требованием о распределенииимущества ликвидированного юридического лица. Отсутствие нормы закона, позволяющей при указанных обстоятельствах, произвести в одностороннем порядке исключение из реестра владельцев ценных бумаг, утративших правоспособность, является основанием для обращения с настоящим иском в суд. Единственно допустимым способом обеспечения права истца как эмитента является признание указанных акций бесхозяйными с передачей их во владение Обществу для последующего перераспределения указанных акций в порядке, установленном Законом № 208-ФЗ. Заинтересованные лица на протяжении всего периода после ликвидации акционера не заявили права на спорные акции и не обратили их в свою собственность, что свидетельствует об утрате собственником интереса в отношении указанных ценных бумаг. Статья 2 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее –
вел себя недобросовестно и неразумно не предоставлено. Общий порядок прекращения деятельности и раздела имущества между участниками организации, в частности, ФИО1 и ФИО3, раскрыт в ст. 63 ГК РФ. Согласно п. 1 данной статьи, основным органом, уполномоченным на проведение ликвидации, является ликвидационная комиссия. Именно она в силу пункта 4 статьи 62 и пункта 1 статьи 63 ГК РФ осуществляет управление организацией, принимает все возможные меры для выявления кредиторов и изыскивает способы получения дебиторской задолженности. Распределение имущества после ликвидации юридического лица определяется по правилам п. 5.2 ст. 64 ГК РФ. При этом, согласно п. 1 ст. 58 ФЗ № 14 «Об обществах с ограниченной ответственностью», к распределению имущества ООО вправе приступить только после окончательного расчета с кредиторами. Таким образом, иск ФИО1 в настоящем деле является косвенным, так как фактически заявлен не в пользу истца, а пользу ООО «ТОР», в лице ликвидационной комиссии. Ликвидация ООО «ТОР» исключает возможность удовлетворения косвенного иска. Суд отклоняет
августа 2023 года Полный текст постановления изготовлен 05 сентября 2023 года Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Беловой А.Р., судей Аталиковой З.А., Федуловой Л.В. при участии в заседании: от индивидуального предпринимателя ФИО1: лично, паспорт от Компании A&T Холдинг АГ: не явилась при рассмотрении 30 августа 2023 года в судебном заседании кассационной жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение от 18 июля 2023 года Девятого арбитражного апелляционного суда по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о распределении имущества после ликвидации Компании A&T Холдинг АГ УСТАНОВИЛ: индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о распределении имущества после ликвидации Компании A&T Холдинг АГ. Решением Арбитражного суда города Москвы от 22 февраля 2022 года в удовлетворении заявления отказано. В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции от ИП ФИО1 поступило ходатайство об отказе от заявления в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Постановлением Девятого арбитражного
доверенности (посредством онлайн-заседания), рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ОВД» на определение Арбитражного суда Красноярского края от «19» мая 2023 года по делу № А33-29138/2022, установил: общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ОВД» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Альянс - 2006», к индивидуальному предпринимателю ФИО1, к индивидуальному предпринимателю ФИО3: - о признании недействительным акта передачи ( распределения) имущества после ликвидации ООО «АЛЬЯНС - 2006» от 20.01.2021 недвижимого имущества - нежилого помещения (кадастровый № 24:55:0402009:2208), расположенного по адресу: <...>, Решение единственного участника ООО «Альянс-2006» № 3/21 от 21.04.2021 о распределении имущества между участниками общества; - о признании недействительным договора купли-продажи от 28.03.2022 г., заключенный между ФИО1 и ФИО3 недвижимого имущества - нежилого помещения (кадастровый № 24:55:0402009:2208), расположенного по адресу: <...>; - о применении последствий недействительной сделки, а именно: обязать ФИО1, ФИО3 возвратить ООО «АЛЬЯНС
№, расположенное по адресу: <адрес>. При этом, в материалах реестрового дела имеется решение единственного участника <данные изъяты> ФИО2 от 24.12.2015 года № о ликвидации Общества и назначении ликвидатором ФИО1 Данное обстоятельство также подтверждается текстом административного искового заявления, однако доказательств того, что ФИО2 является единственным участником Общества, либо ликвидатор ФИО1 является акционером – держателем акций указанного предприятия, ни на государственную регистрацию права, ни в материалы административного дела административным истцом не представлено. В случае, если распределение имущества после ликвидации Общества между акционерами по решению ликвидатора осуществлялось в порядке ст. 23 Закона № 208-ФЗ, то в целях устранения сомнений и противоречий, административному истцу необходимо представить доказательства того, что ликвидатор ФИО1 также является акционером Общества. По информации Единого государственного реестра юридических лиц, размещенной на официальном интернет-сайте налогового органа и находящейся в открытом доступе, держателем реестра акционеров <данные изъяты> является банк <данные изъяты> Таким образом, заявитель может обратиться в организацию - держатель реестра акционеров для
исковые требования, пояснив в судебном заседании, что без признания незаконным проведенного ФИО2 межевания и постановки на кадастровый учет земельного участка, ФИО8 не имеет возможности провести кадастровый учет земельного участка, предоставленного ему в 1992 году. Полагает, что определение суда от 08.10.2012 в части истребования у истца документов, подтверждающих переход права собственности на земельный участок от КФХ ФИО8 к ФИО8, документов подтверждающих право собственности ФИО8 на земельный участок площадью 3 га, а также документов, подтверждающих распределение имущества после ликвидации КФХ ФИО8 с приложением бухгалтерских документов, переданных в ИФНС с отметкой о передаче является необоснованным, так как крестьянское фермерское хозяйство было создано истцом и состояло из одного члена- ФИО8, он являлся единственным членом КФХ, и все имущество КФХ перешло в его собственность. В связи с чем полагает, что никаких документов, подтверждающих распределение имущества после ликвидации КФХ ФИО8, не может быть. Считает, что данные документы не могут повлиять на исход дела, так как не
обязательственных прав истцов (ст. 48, 407, 419 Гражданского кодекса Российской Федерации). Суд вопрос о правовой заинтересованности не обсуждал. Он сделал вывод о том, что имущество прекратившего существование кооператива, подлежит распределению между бывшими членами кооператива. В суде кассационной инстанции представители третьих пояснили, что кооператив ликвидирован в «административном порядке». Полагают, что основанием для возникновения права собственности на спорные помещения является признание сделки недействительной. Между тем, суд применяет п.4.5 ст. 27 ФЗ «О производственных кооперативах», регламентирующую распределение имущества после ликвидации кооператива по решению общего собрания. О том, имелось ли на момент ликвидации кооператива имущество, подлежащее разделу между членами кооператива, представители третьих лиц суду кассационной инстанции пояснить не могли. Согласно ст. 40 Закона СССР "О кооперации в СССР", регламентировавшей вопросы членства до мая 1996 года, членство в кооперативе обусловлено обязательным трудовым участием граждан в его деятельности. Суд оценивал членство только на момент создания кооператива, но не мотивировал причины, по которым он не принял доводы
в случае ликвидации ФИО7 получать часть ее имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, а в соответствии с пунктом 9.6 Устава имущество ФИО7 после удовлетворения требований кредиторов распределяется в равных долях между ее членами. Однако, согласно пункту 8 статьи 63 ГК РФ при ликвидации некоммерческой организации оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество направляется в соответствии с уставом некоммерческой организации на цели, для достижения которых она была создана, и (или) на благотворительные цели. Таким образом, распределение имущества после ликвидации ФИО7 между ее членами действующим законодательством не предусмотрено. Пунктом 5.4 Устава предусмотрена возможность получения учредителем (членом) ФИО7 части имущества ФИО7 при выходе из состава ФИО7, а также возможность получения наследниками умершего члена ФИО7 денежных средств и имущества, внесенных в виде единовременного вступительного взноса. Между тем, согласно пункту 6.2 Устава имущество, переданное ФИО7 учредителями, членами ФИО7, являются собственностью ФИО7. Согласно пункту 11 статьи 22 Федерального закона № 63-ФЗ имущество, внесенное учредителями ФИО7 адвокатов в
имущества между участниками общества первоначально как части прибыли, а затем распределение имущества производится в соответствии с долями в уставном капитале. Таким образом, исходя из взаимосвязанных положений закона, ликвидация юридического лица, внесение сведений в ЕГРЮЛ о его ликвидации, не является само по себе основанием прекращения исполнительного производства, по которому указанное юридическое лицо является взыскателем, поскольку законом предусмотрены правовые последствия обнаружения и последующего распределения имущества, выявленного после ликвидации юридического лица. Органом, осуществляющим действия, связанные с распределением имущества после ликвидации юридического лица остается ликвидационная комиссия этого юридического лица, как представитель общества. Поскольку из обстоятельств дела следует, что ФИО4 совместно со ФИО1 является должником общества, обязаны возвратить обществу 4 947 187 руб. 50 коп., данное имущество в силу закона подлежит распределению, при отсутствии у общества кредиторов, среди его участников, в связи с чем оснований для прекращения исполнительного производства не имеется. При указанных обстоятельствах, постановление судебного пристава-исполнителя МОСП по ОИП УФССП России по Астраханской области
