коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, исходя из следующего. Как следует из обжалуемых актов, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 06.05.2020 в реестр внесена запись № 2203900188700 об исключении Общества. Также из выписки из Единого государственного реестра недвижимости следует, что Обществу на праве собственности принадлежало нежилое помещение с кадастровым номером 39:15:111605:112, расположенное по адресу: <...>, площадью 377,1 кв. м, назначение: нежилое, этаж 4. Полагая, что лицами, имеющими право на распределение обнаруженного имущества , являются ФИО1, признанный решением Арбитражного суда Московской области от 17.08.2018 по делу № А41-77824/15 несостоятельным (банкротом), и ФИО5, финансовый управляющий имуществом ФИО1 – ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица – Общества. Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 63, 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 58 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной
интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения обжалуемого постановления округа, а также других судебных актов, принятых по спору, доводов кассационной жалобы заявительницы (с учетом дополнений) и представленных ею документов не установлено. Разрешая вопрос о включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов общества «Альпина», суд округа исходил из положений пункта 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации и указал на то, что в сложившейся ситуации распределение обнаруженного имущества ликвидированного общества «Альпина» между его бывшими участниками – ФИО2 и ФИО1 – зависит от возврата последней должнику нежилых помещений во исполнение постановления суда от 05.03.2014 по делу № А07-7028/2013. При этом судом округа приняты во внимание установленные судами первой и апелляционной инстанций обстоятельства уклонения ФИО1 от исполнения упомянутого судебного акта. Возражения заявительницы, касающиеся обязательности судебного акта по делу № А07-12979/2014 о выплате ФИО1 действительной стоимости доли в обществе «Альпина», отклонены судом со ссылкой
Судебными инстанциями учтено, что ликвидированное юридическое лицо, ранее являвшееся акционером, имеет правопреемников в лице своих участников (акционеров), обладающих правом на ликвидационную квоту (пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ)) и на распределение имущества, обнаруженного после его ликвидации (пункт 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса), либо в случае ликвидации юридического лица в результате завершения конкурсного производства правами на распределение обнаруженного имущества юридического лица обладают его неудовлетворенные кредиторы (пункт 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса, пункт 11 статьи 142 Закона № 127-ФЗ). Кроме того, судами учтен исчерпывающий перечень случаев, при которых права на размещенные акции могут переходить непосредственно к эмитенты, к которому настоящий случай не относится (пункт 4.1 статьи 17, абзац 4 пункта 1 статьи 34, статьи 72, 75 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах». Доводы кассационной жалобы, которые были предметом рассмотрения судов,
нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований не установлено. Согласно положениям статей 325, 326 Кодекса институт поворота исполнения судебного акта направлен на возврат сторонами всего исполненного по отмененному или измененному впоследствии судебному акту. На основании указанных норм права и учитывая, что завод ликвидирован, однако общество при наличии к тому оснований вправе инициировать процедуру, предусмотренную пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации - распределение обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица, арбитражный суд округа правомерно признал обоснованным заявленное требование, а именно право общества на поворот исполнения решения от 17.10.2018 в виде возврата обществу излишне взысканных по исполнительному листу серии ФС № 031209590 денежных средств. Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций в части возложения на контролировавших завод лиц (участник, генеральный директор) и ликвидатора обязанности возвратить обществу излишне взысканные по исполнительному листу от 21.06.2019 серии ФС № 031209590 денежных средства, арбитражный суд округа
опубликовать сведения о начале процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица в журнале «Вестник государственной регистрации»; незамедлительно уведомить выявленных кредиторов Общества о назначении процедуры; назначил судебное заседание по рассмотрению отчета арбитражного управляющего на 09.10.2023. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся судебные акты, ссылаясь на существенное нарушение судами норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что ФИО2 не является лицом, имеющим право инициировать распределение обнаруженного имущества , поскольку по договору цессии не могут быть переуступлены права участника юридического лица; переход доли нотариально не удостоверен. В соответствии с частью 1 статьи 291.1, частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права,
обращении вещей в собственность. При этом ликвидированное юридическое лицо, ранее являвшееся акционером, имеет своих участников (акционеров), которым принадлежит право на ликвидационную квоту (пункт 8 статьи 63 ГК РФ, пункт 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и на распределение имущества, обнаруженного после его ликвидации (пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ), либо в случае ликвидации юридического лица в результате завершения конкурсного производства правами на распределение обнаруженного имущества юридического лица обладают его неудовлетворенные кредиторы (пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ, пункт 11 статьи 142 Закона о банкротстве). Спорные акции не обладают признаками бесхозяйных вещей, поскольку собственником указанных акций числится ОАО «Туваторгснаб» которое, как было указано ранее, от данного имущества не отказывалось. Факт ликвидации организации, которой принадлежали акции, не свидетельствует о том, что у эмитента акций возникают правомочия собственника в отношении этих акций. С учетом изложенного истец не доказал свое право на
является бесхозяйным. При этом ликвидированное юридическое лицо, ранее являвшееся акционером, имеет правопреемников в лице своих участников (акционеров), имеющих право на ликвидационную квоту (пункт 8 статьи 63 ГК РФ, пункт 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 127-ФЗ)) и на распределение имущества, обнаруженного после его ликвидации (пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ), либо в случае ликвидации юридического лица в результате завершения конкурсного производства правами на распределение обнаруженного имущества юридического лица обладают его неудовлетворенные кредиторы (пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ, пункт 11 статьи 142 Закона № 127-ФЗ). Спорные акции не обладают признаками бесхозяйных вещей, поскольку собственником указанных акций числится Организация (правопреемник ЗАО «Престиж»), которое, как было указано ранее, от данного имущества не отказывалось. С учетом изложенного Общество не доказало свое право на предъявление иска о признании имущества бесхозяйным, удовлетворение которого в силу статьи 226 ГК РФ фактически сделало бы Общество собственником
прекратили свою деятельность, производство по делу подлежит прекращению на основании пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 11.10.2005 № 7278/05 (далее - постановление № 7278/05); в рассматриваемом случае исключительные обстоятельства, при которых сформулированный в постановлении № 7278/05 подход не применим, отсутствуют (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2019 № 306-ЭС16-9687); поскольку распределение обнаруженного имущества юридического лица не влечет за собой восстановление ликвидированного лица в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) и не сопровождается совершением иных действий, кроме распределения обнаруженного имущества такой организации между лицами, имеющими на это документально подтвержденное право, а применение норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по аналогии к процедуре распределения имущества ликвидированного юридического лица невозможно, то правом на обращение с иском об оспаривании сделок с участием ООО «Сибкомтэк»
в целях осуществления мероприятий, перечисленных в пункте 5.2 статьи 64 ГК РФ, в части, касающейся распределения обнаруженного и нереализованного имущества (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2017 № 301-ЭС17-18621). Таким образом, в рамках процедуры распределения обнаруженного имущества арбитражный управляющий вправе осуществлять: публикацию сообщения о введении процедуры, составлять список требований кредиторов, распределять между кредиторами обнаруженное имущество в порядке очередности, установленной статьей 64 ГК РФ. Иных действий арбитражный управляющий осуществлять не может, поскольку юридическое лицо, распределение обнаруженного имущества которого между кредиторами он должен осуществить, уже ликвидировано. Следовательно, арбитражный управляющий не может обладать полномочиями ликвидатора или конкурсного управляющего, и, как верно указано судом первой инстанции, применение норм Закона о банкротстве по аналогии к процедуре распределения ликвидированного юридического лица не осуществляется. Таким образом, разрешение вопроса об истребовании доказательств на основании статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежало рассмотрению, и в принятии соответствующего ходатайства к рассмотрению правомерно отказано судом. Нарушений норм материального
ФИО21 и ООО «Кама», недействительным в силу оспоримости, и признать недействительным договор уступки права требования, заключенный между ФИО21 и ФИО17 от (дата обезличена). При рассмотрении дела истцом его исковые требования были дополнены по следующим основаниям. После окончания процесса ликвидации ООО «Кама» обнаружено следующее его имущество: денежные средства в размере 4 624 966.88 руб., которые находятся на расчетном счете специализированного отдела по особым исполнительным производствам службы судебных приставов Нижегородской области. Лицами, имеющими право на распределение обнаруженного имущества , являются: учредители ООО «Кама»: ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц на момент прекращения деятельности ООО «Кама». Договор займа (номер обезличен) от (дата обезличена) между ФИО30 и директором ООО «Кама» ФИО1 на сумму 4 950 000 руб., истцом не заключался и не подписывался. ФИО1 являлся директором ООО «Кама» с 1991 года, в 2002 году была произведена
В судебном заседании представитель истца ФИО1 просил иск удовлетворить в полном объеме. Представитель ответчика – старший судебный пристав Новохоперского РОСП УФССП России по Воронежской области в судебное заседание инее явился. О времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Просил дело рассмотреть в его отсутствие и в отзыве на иск просил отказать в удовлетворении исковых требований в связи с тем, что Новохоперский РОСП не является надлежащим ответчиком по делу. В силу действующего законодательства распределение обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица возлагается на арбитражного управляющего, а не на службу судебных приставов. Согласно абзацу 2 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50, если у ликвидированного должника-организации осталось нереализованное имущество, за счет которого можно удовлетворить требования кредиторов, то взыскатель, не получивший исполнения по исполнительному документу, иное заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди
имущество ликвидированного ООО «Авто Дом» - денежные средства в размере 178 457 рублей 58 копеек, находящиеся на расчетном счете № в банке ВТБ (ПАО), взыскать с банка в его пользу расходы, понесенные на оплату государственной пошлины, в сумме 4 769 рублей. Ответчик просил в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на то, что истец избрал неверный способ защиты права, так как ООО «Авто Дом», учредителем которого являлся истец, исключено из ЕГРЮЛ, как недействующее юридическое лицо; распределение обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица осуществляется в соответствии с процедурой, предусмотренной п. 5.2 ст. 64 ГК РФ, то есть путем обращения в суд с заявлением об его распределении, правом распределения имущества согласно действующему законодательству наделен назначаемый судом арбитражный управляющий, банку такое право не предоставлено, ввиду чего банк ВТБ (ПАО) является ненадлежащим ответчиком по заявленным требованиям. Одновременно ответчик считал, что безналичные денежные средства, находящиеся на расчетном счете ликвидированного общества в виде записи на банковском счете, в
исходил из того обстоятельства, что в рамках процедуры распределения имущества ликвидированного юридического лица у арбитражного управляющего полномочия по предъявлению исковых требований в пользу данного лица отсутствуют в силу прямого указания закона, в рамках процедуры распределения обнаруженного имущества арбитражный управляющий вправе осуществлять: публикацию сообщения о введении процедуры, составлять список требований кредиторов, распределять между кредиторами обнаруженное имущество в порядке очередности, установленной ст. 64 ГК РФ, иных действий арбитражный управляющий осуществлять не может, поскольку юридическое лицо, распределение обнаруженного имущества которого между кредиторами он должен осуществить, уже ликвидировано, арбитражный управляющий не обладает полномочиями ликвидатора или конкурсного управляющего, которые осуществляют руководящие полномочия от имени действующего юридического лица, и пришел к выводу, что поскольку права истца не могут быть восстановлены в рамках специальной процедуры распределения имущества ликвидированного юридического лица, так как истец ФИО2 не является кредитором ООО «Ливадийская инвестиционная компания», а требует исполнения обязательств от ФИО3, обеспеченных ипотекой имущества «Ливадийской инвестиционной компании», то у суда
право, в числе прочего, входит: установление обстоятельств, свидетельствующих о наличии у заявителя статуса заинтересованного лица, наделенного правом инициировать процедуру распределения обнаруженного имущества исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц; наличие у ликвидированного хозяйствующего субъекта имущества, а также и наличие у последнего неисполненного обязательства. Установив, что ООО «Жемчужина» имеет неисполненные обязательства перед ОАО «Липецкая энергосбытовая компания», УФНС России по Липецкой области, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае распределение обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица между лицами, претендующими на него, предусмотрена особая процедура, предусмотренная пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, а потому решение суда первой инстанции в части признания права собственности на имущество, принадлежащее ООО «Жемчужина», отменил и в иске в указанной части отказал. Доводы кассационной жалобы не содержат оснований к отмене оспариваемого судебного постановления, поскольку не опровергают выводов суда апелляционной инстанций, не свидетельствуют о допущенной судебной ошибке с позиции правильного применения норм
