быть защищены в порядке, предусмотренном статьей 390 Кодекса. Кроме того, судом кассационной инстанции в мотивировочной части постановления было отмечено, что требование об устранении выявленных недостатков результата работ ответчик вправе предъявлять только к подрядчику (первоначальному кредитору). Уступка права (требования) оплаты выполненных работ и применения мер ответственности за просрочку оплаты не может привести к переводу на цессионария соответствующих обязанностей, лежащих на цеденте как стороне договора подряда. Для замены должника необходим перевод долга. В данном случае сделка по переводу долга не совершалась, поэтому на цеденте продолжают лежать обязанности, связанные с исполнением им договора подряда, в частности обязанность по устранению выявленных недостатков выполненной работы. 8. Допустимость уступки права (требования) не ставится в зависимость от того, является ли оно бесспорным и обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником. Производственное предприятие (цессионарий) обратилось с иском в арбитражный суд к акционерному обществу (должнику) о взыскании суммы основного долга по договору строительного подряда.
МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКОЕ АГЕНТСТВО ПРИКАЗ от 16 декабря 2019 г. N 242 ОБ ОРГАНИЗАЦИИ РАБОТЫ В ФЕДЕРАЛЬНОМ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКОМ АГЕНТСТВЕ ПО СОГЛАСОВАНИЮ СОВЕРШЕНИЯ КРУПНЫХ СДЕЛОК ПОДВЕДОМСТВЕННЫМ ФЕДЕРАЛЬНЫМ ГОСУДАРСТВЕННЫМ УНИТАРНЫМ ПРЕДПРИЯТИЯМ, А ТАКЖЕ СДЕЛОК, СВЯЗАННЫХ С ПРЕДОСТАВЛЕНИЕМ ЗАЙМОВ, ПОРУЧИТЕЛЬСТВ, ПОЛУЧЕНИЕМ БАНКОВСКИХ ГАРАНТИЙ, ИНЫМИ ОБРЕМЕНЕНИЯМИ, УСТУПКОЙ ТРЕБОВАНИЙ, ПЕРЕВОДОМДОЛГА , ОСУЩЕСТВЛЕНИЕМ ЗАИМСТВОВАНИЙ И ДРУГИХ СДЕЛОК Во исполнение Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (Собрание законодательства Российской Федерации, 2002, N 48, ст. 4746), Постановления Правительства Российской Федерации от 3 декабря 2004 г. N 739 "О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия" (Собрание законодательства Российской Федерации, 2004, N 50, ст. 5074),
договору поставки, но не обязанности общества по указанному договору, в том числе обязанности по уплате пеней; на момент обращения взыскания все обязанности по договору поставки уже были исполнены и банк не мог принять на себя исполнение обязанности по указанному договору ввиду специфики своей деятельности; при этом договоры залога не предусматривали перехода связанных с заложенным обязательством обязанности общества по договору поставки, в связи с чем согласия должника (компании) не запрашивалось; в данном случае сторонами сделка по переводу долга не совершалась; соответствующая договоренность о возмездности совершения данной сделки между банком и обществом отсутствовала; согласие от компании на перевод долга на запрашивалось, соответственно, получено не было, в связи с чем ответственность за несвоевременную поставку сохранятся за обществом и именно ему должна быть предъявлена в рамках дела о банкротстве (А40-54005/2019). Суд округа согласился с выводами суда апелляционной инстанции. Приведенные компанией доводы были предметом рассмотрения судом округа, получили надлежащую правовую оценку и мотивированно отклонены. Существенных
Строй» - 21.03.2018, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц внесены соответствующие записи. Разрешая спор о включении требований банка в реестр требований кредиторов должника в обжалуемой части, суды, руководствуясь статьями 10, 170, 391, 421, 423, 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», установив, что перевод долга осуществлен безвозмездно, никакой уступки права требования за него не произошло, пришли к выводу о том, что сделка по переводу долга была лишена для общества «Союзшахтоосушение» экономического смысла, поэтому требования банка не могут быть признаны обоснованными. Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, заявитель настаивает на ошибочности содержащихся в них выводов. По сути, доводы заявителя кассационной жалобы сводятся к тому, что новый должник не вправе противопоставлять требованию кредитора об исполнении обязательства возражения о том, что он не получил встречное предоставление от первоначального должника за перевод долга. Банк указывает на надлежащее исполнение обязательств по выдаче кредитов,
но уже в отношении требования нового кредитора. Апелляционный и окружной суды исходили из того, что судом первой инстанции положения статей 382, 386, 412 ГК РФ применены без учета разъяснений, данных в пункте 6 «Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», утвержденного Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 30.10.2007 (информационное письмо № 120). Суды указали на отсутствие оснований для признания зачета состоявшимся, поскольку между сторонами договора цессии не совершалась сделка по переводу долга на цессионария (общество «Вектор»). Общество «Евросити» (цедент) продолжает быть обязанным исполнить договор подряда № СР2361. Общество «Вектор» не является участником этого договора, не обязано выполнять работу за общество «Евросити» и уплачивать неустойку за цедента. Между тем суды не учли следующее. Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ требование, принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке. По общему правилу право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том
либо недостаточности имущества, и сделка совершена безвозмездно, что указывает на цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника; в) общество и ООО «Мистраль» знали о совершении сделки с указанной целью, поскольку были осведомлены о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества банка. Указанные обстоятельства позволили судам первой инстанции и округа прийти к выводам о недействительности соглашения об отступном от 19.11.2013 и договора купли-продажи простых векселей от 19.11.2013, как прикрывающих сделку по переводу долга, а также недействительности сделки по переводу долга , совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем суд удовлетворил заявленные требования. Доводы кассационной жалобы о неправильно данной судами оценке представленных сторонами доказательств подлежат отклонению, так как указанные доводы относятся к вопросу факта, разрешение которого не входит в полномочия суда при кассационном судопроизводстве. На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать обществу с ограниченной ответственностью Южно-Уральское дочернее общество «СОЮЗЛИФТМОНТАЖ» в передаче
ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 304-ЭС19-5099 (5) ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва13 февраля 2020 года Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ТД «АгроГард» на определение Арбитражного суда Омской области от 08.04.2019, постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019 и постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.11.2019 по делу № А46-2635/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мельникова» (далее – должник), по обособленному спору о признании недействительными ряда сделок по переводу долга , заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Сибзернопродукт» и должником в 2015 году, установил: при новом рассмотрении определением суда первой инстанции от 08.04.2019, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 08.07.2019 и округа от 05.11.2019, заявление удовлетворено. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит обжалуемые судебные акты отменить. По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная
ФИО6, и в результате совершения такой сделки причинен вред должнику и его кредиторам, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В обоснование доводов о недействительности сделки конкурсный управляющий сослался на то, что сделка была совершена с участием и в пользу заинтересованного лица ФИО6, выступающего одновременно в качестве физического лица – первоначального заемщика, и в качестве единоличного исполнительного органа (директора) ЗАО «Линкс» – нового должника. Сделка по переводу долга была совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате заключения сделки такой вред был причинен, поскольку перевод долга не предполагал какого-либо встречного исполнения со стороны ФИО6, а ЗАО «Линкс» в отсутствие какой-либо экономической обоснованности и целесообразности безвозмездно приняло на себя и впоследствии исполнило обязательства по возврату займа за своего директора. Конкурсный управляющий также указал, что Тублин К. В., являясь стороной сделки, и лицом, непосредственно принимавшим участие в хозяйственной деятельности Общества,
из доводов кассационной жалобы. Из материалов дела усматривается и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что в акт инвентаризации не вошла дебиторская задолженность ЗАО «УК Стройгазинвест» и ООО «Служба заказчика» на общую сумму 667 948 000 руб. Акт инвентаризации указанной дебиторской задолженности опубликован конкурсным управляющим 04.02.2020 на сайте ЕФРСБ. Судами установлены объективные причины невозможности включения указанной задолженности в акт инвентаризации. Так, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «УК Стройгазинвест» конкурсным управляющим оспаривалась сделка по переводу долга на общую сумму 74 289 257 руб. 10 коп., в результате которой указанная задолженность включена в реестр текущих платежей ЗАО «УК Стройгазинвест». Вместе с тем у ЗАО «УК Стройгазинвест» отсутствует имущество для удовлетворения текущих платежей, ввиду чего управляющим был инициирован вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарный ответственности, после вступления в законную силу судебного акта о привлечении таких лиц к ответственности был опубликован акт инвентаризации. В отношении дебиторской задолженности ООО «Служба заказчика»
руб. от ООО СК «Русград» на ЗАО «Русэнергострой». Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Аларм» обратилось с апелляционной жалобой, в которой (с учетом дополнения к ней) просит определение суда от 25.11.2021 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего. В жалобе заявитель указывает, что судом при вынесении решения не дана оценка доводам, приведенным ООО «Аларм» в его письменной позиции, выводы суда полностью основаны на доводах заявления конкурсного управляющего. Сделка по переводу долга не может быть рассмотрена как сделка с предпочтением, поскольку привативный перевод долга является одной из разновидностей перемены лица в обязательстве, при котором первоначальный должник перестает быть обязанной стороной в договоре и его место занимает третье лицо - новый должник. Обязательства по договору перевода долга частично погашены (перевод долга состоялся на сумму 22 119 558,91 руб., остаток долга ООО СК «Русград» перед обществом составляет 17 619 558,91 руб.). Перечисление производилось ООО СК «Русград» за
банкротом и открытии конкурсного производства встречный иска на основании статьи 126 Закона о банкротстве, пункта 34 постановление от 22.06.2012 № 35 подлежал рассмотрению в общем порядке, что подтверждается судебной практикой по делу №А40-157883/2013. По мнению заявителя апелляционной жалобы, решение Арбитражного суда Томской области от 14.02.2017 может быть принято о правах и об обязанностях ООО «Сибгазкомплект», не привлеченного к участию в деле, а следовательно может подлежать отмене, поскольку между истцом и ООО «Сибгазкомплект» совершена сделка по переводу долга . Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе. В дополнениях апелляционной жалобе, ООО «Трубочево» уточнило просительную часть апелляционной жалобы, просит принять по делу новый судебный акт, в части взыскания задолженности и неустойки, взыскав с ООО «Трубочево» в пользу ООО «Малая генерация» задолженность в размере 2 968 330 рублей 53 копейки, поскольку задолженность определенная судом в размере 4 312 168 рублей 99 копеек противоречит выводам двух экспертиз, проведенных по настоящему делу, с учетом изложенного,
между допущенным правонарушением и возникшими убытками. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств, правовые основания для взыскания убытков отсутствуют. Ссылка истца о том, что перевод долга <...> от <...> причинил вред налоговой инспекции, явно незаконна. Из материалов дела следует, что должник ФИО5 передал свой долг ФИО6 в сумме <...>, обращая внимание суда на то, что ФИО6 до совершения сделки, не являлось кредитором должника и, следовательно, никаких удовлетворений требований не происходило. Таким образом, сделка по переводу долга не нарушает прав иных кредиторов должника, поскольку уменьшает его совокупную задолженность перед кредиторами и сама по себе не влияет на предпочтительное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими. Перевод долга с предприятия на другое предприятие само по себе не является сделкой, направленной на предпочтительное удовлетворение требований одного кредитора перед другим, поскольку по смыслу ст.391 ГК РФ, прекращает обязательство предприятия должника перед первоначальным кредитором. Каким образом передача долга повлияла на начисление налога и причинение ответчиком
долгам предыдущих собственников. Обязательства предыдущего собственника жилого помещения по оплате коммунальных услуг могут быть переведены на нового собственника лишь посредством совершения сделки – перевод долга. Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора, и при отсутствии такого согласия является ничтожным. По мнению представителя ответчика предыдущий должник – ОАО «Транскапиталбанк» не получал согласия кредитора (ТСЖ Премиум) на перевод долга на ФИО1, согласие кредитора на перевод долга отсутствует, в связи с чем, сделка по переводу долга является ничтожной, и переход обязанности по оплате долга по коммунальным услугам на ответчика ФИО1 не произошел. Ответчик просил отказать в удовлетворении заявленных истцом требований. Выслушав представителя истца, действующую на основании доверенности ФИО9, представителя ответчика, действующую на основании доверенности ФИО10, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. В соответствии со статьей 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания своего имущества. В силу п. 3 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения несет бремя содержания
ФИО3 в сумме 189 840 рублей 77 копеек. Это означает, что кредитором по обязательствам ФИО1 был и остается ООО «Инком» в лице конкурсного управляющего. Поскольку ООО «Инком» не давало согласия на переход долга с ФИО1 на Международную коммерческую компанию «Понт ФИО2», что не опровергнуто ответчиками, то любое соглашение о переводе долга является ничтожной сделкой. Учитывая изложенное и принимая во внимание положения части 2 ст. 391 ГК РФ, из содержания которой прямо следует, что сделка по переводу долга совершенная без согласия кредитора является ничтожной, просили признать ничтожным соглашение о переводе долга от 01.02.2016 г. заключенного между ФИО1 и Международной коммерческой компанией «Понт ФИО2.» применив последствия ее ничтожности в виде восстановления за ФИО1 суммы долга в размере 7 963 674 674,35 руб. Принимая во внимание, что в материалы дела представлена расписка, согласно которой ФИО3 получил от ФИО1 денежные средства в размере 50 000 (пятьдесят тысяч), которые являются частью долга подлежащего выплате в
ставке 20 % годовых за каждый день просрочки на сумму процентов за период с 08.05.2020 по дату фактического возврата долга; расходы по уплате госпошлины в сумме 60000 руб. Представителем ФИО1 подано встречное исковое заявление о признании кредитного договора № от 10.10.2016 недействительным. В обоснование иска указано, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 04.10.2017 ПАО «Межтопэнергобанк» признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.05.2019 признана недействительной сделка по переводу долга 05.07.2017 по кредитному договору № от 10.10.2016, заключенному между ПАО «Межтопэнергобанк» и ФИО1, от ФИО1 к ООО «Сжиженный газ Уфа», применены последствия недействительности сделки: восстановлена задолженность ФИО1 перед банком по указанному кредитному договору. Указано, что согласно условиям кредитного договора Банк предоставил ФИО1 кредит в размере 80000000 руб. В соответствии с п. 2.6 кредитного договора обеспечением выполнения обязательств является - залог обыкновенных именных акций Банка, выпуск 4, номер государственной регистрации - № от 01.11.2013,
