18 Федерального закона "О рекламе" несет рекламораспространитель. Соответственно, при рассмотрении дел, связанных с выявлением признаков нарушений части 1 статьи 18 Федерального закона "О рекламе", антимонопольные органы устанавливают рекламораспространителя рекламы. В силу статьи 3 Федерального закона "О рекламе" под рекламораспространителем понимается лицо, осуществляющее распространение рекламы любым способом, в любой форме и с использованием любых средств. При этом при определении рекламораспространителя СМС-сообщения рекламного характера необходимо принимать во внимание все обстоятельства распространения такой рекламы, в том числе содержание заключенных договоров на распространение рекламы, права и обязанности сторон данных договоров. При этом, в случае выявления рекламы, распространенной посредством СМС-сообщений с "подменой номера", при которых непосредственный отправитель скрыт, выявление рекламораспространителя может вызвать дополнительные затруднения, однако порядок выявления лица, подлежащего привлечению к участию в деле, соответствует общему порядку выявления рекламораспространителя рекламы, распространяемой посредством СМС-сообщений. А.В.ДОЦЕНКО ------------------------------------------------------------------
несоразмерными, поскольку направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и являются достаточными для обращения в суд. Лицам, не реализовавшим по уважительным причинам свое право на обращение в суд в сроки, установленные указанной нормой, предоставляется возможность восстановить этот срок в судебном порядке (часть третья названной статьи). Соответственно, часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не может расцениваться как нарушающая конституционные права граждан. Разрешение же вопроса о законности увольнения заявителя, включая проверку соответствия содержания заключенного с ним договора нормам трудового законодательства, правильности определения судом его должности и обоснованности заключения с ним срочного трудового договора, соблюдения работодателем порядка увольнения, правильности исчисления и применения судом сроков для обращения в суд, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств конкретного дела, что к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относится, как не входит в
счет их средств администрация места содержания под стражей делает копию ответа и выдает ее на руки. Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемый заявителем пункт 19 Административного регламента не противоречит части 6 статьи 21 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", так как фактически воспроизводит ее положения и согласуется с положениями Рекомендации Rec (2006)2 Комитета Министров Совета Европы государствам-членам о правилах содержания заключенных Министров Совета Европы государствам-членам о правилах содержания заключенных в Европе, принятой 11 января 2006 г., в правиле 30.2 которой предусмотрено, что заключенным должна быть предоставлена возможность держать при себе письменную версию представленной им информации. Как правильно указано в решении суда первой инстанции, получение копии ответа позволяет подозреваемым и обвиняемым иметь на руках письменный документ, полностью отражающий информацию подлинника документа и его внешние признаки, и использовать содержащиеся в этом документе сведения и данные, в том
положениями международных правовых актов, регламентирующих права осужденных, в частности Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными, принятыми на первом Конгрессе Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30 августа 1955 г., которые закрепляют, что в пределах осуществимого каждый заключенный должен иметь возможность удовлетворять свои религиозные потребности, имея в своем распоряжении религиозные писания, свойственные его вероисповеданию (правило N 42). Аналогичное правило содержит и Рекомендация REC (2006)2 Комитета Министров Совета Европы государствам-членам о правилах содержания заключенных в Европе, принятая 11 января 2006 г. (правило 29.2). С учетом изложенного оспариваемые в части пункты 148 и 154 Правил не ограничивают право на свободу совести и свободу вероисповедания и полностью согласуются с приведенными выше законоположениями и международными правовыми нормами. Довод заявителя о том, что оспариваемые в части пункты 148 и 154 Правил не допускают использование технических аудиосредств для прослушивания религиозных материалов и осуществляют таким образом регулирование конституционного права на свободу вероисповедания ведомственным нормативным
под стражей делает копию ответа и выдает ее на руки (часть 6 статьи 21). Пункт 19 Административного регламента, предусматривая приобщение ответов на обращения подозреваемых и обвиняемых к их личным делам и изготовление копий этих ответов с выдачей их на руки, фактически воспроизводит вышеуказанные положения Федерального закона и, следовательно, ему не противоречит. Оспариваемая норма согласуется с положениями международных правовых актов, регламентирующих права осужденных, в частности Рекомендацией Rec (2006)2 Комитета Министров Совета Европы государствам-членам о правилах содержания заключенных в Европе, принятой 11 января 2006 г., согласно которой заключенным должна быть предоставлена возможность держать при себе письменную версию представленной им информации (правило 30.2). Копия ответа, получение которой обеспечивается оспариваемым пунктом Административного регламента, позволяет подозреваемым и обвиняемым иметь на руках письменный документ, полностью отражающий информацию подлинника документа и его внешние признаки, и использовать содержащиеся в нем сообщения, сведения и данные, в том числе для защиты своих прав. Отсутствие юридической силы копии документа может быть
дела суды указали на то, что при производстве экспертизы эксперты свои выводы сделали не на фактическом содержании условий контракта, а на той правовой оценке, которую они дали этим условиям. Между тем в силу положений главы 7 Кодекса оценка доказательств является исключительной прерогативой суда. Таким образом, суды, руководствуясь нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», оценив содержание заключенного сторонами контракта, технического задания на поставку мебели, с учетом выводов экспертов о соответствии спорной мебели требованиям ГОСТов, пришли к выводу о том, что решение учреждения об одностороннем отказе от контракта от 13.12.2019 № 1-34/9512 не соответствует закону. При таких обстоятельствах доводы заявителя не могут служить основанием для передачи заявления на рассмотрение в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья ОПРЕДЕЛИЛ: в передаче
устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не установлено. Разрешая спор, суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 309, 310, 322, 431, 539–548 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе содержание заключенного истцом (энергоснабжающая организация) с ответчиками (поименованными как «абонент») договора теплоснабжения, исходил из отсутствия оснований для освобождения учреждения от оплаты тепловой энергии. Возражения ответчика сводятся к иному толкованию обстоятельств спора, получивших оценку судов нижестоящих инстанций как противоречащих согласованным сторонами договора теплоснабжения обязательствам, несогласие с которой не образует необходимых оснований для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: отказать Санкт-Петербургскому государственному казенному учреждению «Жилищное агентство
ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем, таких оснований по результатам изучения судебных актов, состоявшихся по делу, доводов кассационной жалобы, не установлено. Принимая обжалуемые судебные акты, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, проанализировав содержание заключенного между сторонами мирового соглашения по делу № А50-37338/2018, мировое соглашение вступило в законную силу, пришли к выводу о полном прекращении гражданско-правового конфликта по спорной поставке товара и отсутствии у истца права требовать с ответчика убытки, возникшие в связи с перевозкой и хранением товара. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований. Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанций. Неправильного применения судами норм права, влекущих отмену обжалуемых
условиями заключенного сторонами договора, суды оценили представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установили факт нарушения обществом сроков выполнения мероприятий по технологическому присоединению и пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска. Представленный компанией расчет неустойки судами проверен, признан верным. Оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судами не установлено. Изложенные в настоящей жалобе доводы являлись предметом исследования судов и мотивированно отклонены со ссылкой на буквальное содержание заключенного между сторонами договора и технических условий. По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств и установленных судами обстоятельств дела, что законодательством к компетенции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не отнесено. При таких обстоятельствах оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации не имеется. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: отказать обществу с ограниченной ответственностью «Гарантстрой комплекс» в
изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не установлено. Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, оценив содержание заключенного сторонами договора поставки от 11.05.2017 № ФПК-17-107, технического задания на поставку оборудования (переходный мостик металлический), с учетом выводов экспертов о несоответствии спорного оборудования как готовой продукции требованиям ГОСТа 2.103-2013 «Единая система конструкторской документации (ЕСКД) Стадии разработки» и, по сути, по техническим характеристикам являющегося опытным образцом (макетом), о возникновении недостатков (дефектов, повреждений) спорного оборудования вследствие нарушения истцом правил его эксплуатации, руководствуясь положениями статей 309, 310, 454-491, 506-524 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу
которым тепловая энергия отпускается в магазин по адресу <...>; Предпринимателем не представлено надлежащих доказательств только частичного использования площади нежилого помещения под магазин, а также доказательств использования остальной площади в личных целях. Учитывая установленные по делу обстоятельства, кассационная инстанция соглашается с выводами судов, что в рассматриваемой ситуации не имеет правового значения отсутствие в договоре купли-продажи ссылок на статус заявителя как индивидуального предпринимателя, равно как и то обстоятельство, что имущество приобретено в период брака. Суды, учитывая содержание заключенного договора купли-продажи недвижимости, акта приема-передачи, сделали правильный вывод о верности расчета налогового органа относительно размера налоговых обязательств Предпринимателя. В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе Предпринимателя (в том числе о разовом характере сделки, о непредставлении достаточных доказательств, позволяющих отнести его деятельность к облагаемой НДС, относительно представления письменных доказательств и свидетельских показаний ФИО7 относительно использования проданного помещения), не опровергают выводы судов о правомерности доначисления Предпринимателю соответствующих сумм налогов (пени, штрафов). Основания для переоценки выводов судов
что государственная пошлина в размере 17 821 руб. 56 коп., уплаченная по платежному поручению от 28.05.2014 № 25 подлежит возврату из федерального бюджета Перевозкину В.А. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2015 (судьи Балдин Р.А., Григорьева Н.П., Гребенкина Н.А.) определение суда первой инстанции от 15.01.2015 оставлено без изменения. В кассационной жалобе общество «Гарант» просит определение от 15.01.2015 и постановление от 03.04.2015 отменить. По мнению заявителя, исправляя опечатку в определении от 26.08.2014, суды фактически изменили содержание заключенного сторонами спора и утвержденного судом мирового соглашения, в соответствии с которым 50% уплаченной при предъявлении иска государственной пошлины (17 821 руб. 50 коп.) подлежит выплате обществом «Виолет» обществу «Гарант», 50% - возврату обществу «Гарант» из федерального бюджета. Заявитель жалобы указывает, что в соответствии с п. 7.7 договора от 21.03.2014 № 03/03 об оказании юридической помощи (в редакции дополнительного соглашения от 26.05.2014) государственная пошлина уплачивается адвокатом по поручению клиента в соответствии с доверенностью от 21.03.2014,
395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленных за период с 01.10.2009 по дату уплаты. 26.12.2016 ООО «Лайт» обратилось в суд с заявлением о выдаче исполнительного листа, обязывающего предпринимателя передать ООО «Лайт» в собственность комплекс нежилых помещений общей площадью 492,53 кв.м., расположенных на втором этаже объекта по строительному адресу: Ямало-Ненецкий автономный округ, г. Новый Уренгой, пос. Тюменгазпром, а также полный комплект документов, необходимых и достаточных для регистрации права собственности на указанные помещения. Суд первой инстанции, установив содержание заключенного сторонами мирового соглашения, отказал ООО «Лайт» в выдаче исполнительного листа. Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции, оснований для отмены или изменения определения не установил. Выводы судов являются правомерными и соответствуют обстоятельствам дела. В соответствии с частью 1 статьи 142 АПК РФ мировое соглашение исполняется лицами, его заключившими, добровольно в порядке и в сроки, которые предусмотрены этим соглашением. Мировое соглашение, не исполненное добровольно, подлежит принудительному исполнению по правилам раздела VII настоящего Кодекса на
признаны законными и обоснованными. Поскольку для принятия обоснованного и законного решения требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с частью 3 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. Суду при новом рассмотрении, руководствуясь приведенными положениями Правил № 776, необходимо исследовать содержание заключенного сторонами договора относительно условий и сроков на установку счетчика, дату получения обществом от предприятия уведомления о необходимости установки приборов учета и соблюдение соответствующего срока по установке прибора, с учетом фактических обстоятельств дела определить метод, подлежащий применению в данном случае при определении объема поставленного истцом ответчику в спорный период ресурса. Согласно абзацу 2 части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении
являлась женой последнего. Истец ФИО2 указывает, что заблуждалась в отношении природы сделки, полагая, что ее сын ФИО1 и ответчица ФИО4 будут осуществлять за ней уход и она не лишится права собственности на квартиру. ФИО2 ссылается на то, что является малограмотной, <данные изъяты> года рождения, инвалидом <данные изъяты> группы, квартира является для нее единственным местом жительства, другого жилья не имеет. Договор дарения был заключен под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, истица не могла правильно понять содержание заключенного договора, правовую природу заключенного договора. Истец ФИО2 в судебном заседании не присутствовала, ее представитель – истец ФИО3 на заявленных требованиях настаивал, суду пояснил, что подарить квартиру <данные изъяты> – ФИО1. было желанием матери, она два месяца на этом настаивала. До смерти ФИО1. истцы не возражали, что квартира была ему подарена, после его смерти хотят, чтобы квартира принадлежала им. Указал также, что ответчик ФИО4 с требованиями о его выселении из спорной квартиры не обращалась, не
Суда Республики Башкортостан от 26 июля 2016 года в связи с их незаконностью и необоснованностью. В обоснование своей жалобы указывает на то, что судами первой и второй инстанций нарушены положения пункта 6 статьи 429 ГК РФ; ни одна из сторон до наступления срока заключения основного договора не направила противоположной стороне предложения о заключении основного договора, в связи с чем, действие предварительного договора прекращено 31 августа 2014 года; принимая во внимание данные обстоятельства, характер и содержание заключенного предварительного договора, до заключения сторонами основного договора, потребительских отношений между сторонами не возникло, в связи с чем, к правоотношениям сторон не применяется Закон Российской Федерации «О защите прав потребителей», поэтому взыскание неустойки, штрафа и компенсации морального вреда в пользу истца неправомерно. По результатам изучения доводов кассационной жалобы гражданское дело 09 сентября 2016 года было истребовано, поступило в Верховный Суд Республики Башкортостан 15 сентября 2016 года и определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Арманшиной Э.Ю.
