при приобретении акций и их выбытием в собственность иных лиц (970 000 000 рублей – 3 399 247 250 рублей). Несогласие общества с вынесенными решениями инспекции послужило основанием для обращения в арбитражный суд с соответствующим требованием. Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации и Налогового кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о том, что в рассматриваемой ситуации, учитывая условия заключенных обществом договоров займа, залога, соглашения о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, операции по отчуждению ценных бумаг не образуют объекта налогообложения по налогу на прибыль и, следовательно, убыток от спорных операций сформирован обществом неправомерно. Приведенные в жалобе доводы заявителя получили надлежащую правовую оценку судов и мотивированно отклонены, не опровергают, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и (или) процессуального права и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. Исходя из вышеизложенного, оснований для передачи кассационной жалобы для
а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований для пересмотра состоявшихся судебных актов в коллегиальном судебном заседании по доводам, изложенным в жалобе, не установлено. Согласно пункту 3 статьи 28.1 Закона Российской Федерации «О залоге» (действовавшего на момент заключения договора о залоге и возникновения спора) в договоре о залоге, заключенном между юридическими лицами в обеспечение связанных с предпринимательской деятельностью обязательств и предусматривающем внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное движимое имущество, либо в соглашении о внесудебном порядке обращения взыскания на имущество, переданное в залог по такому договору, стороны вправе предусмотреть, что предмет залога поступает в собственность залогодержателя. Стороны предусмотрели такое условие в договоре о залоге и условия реализации предмета залога в оспариваемом соглашении. Исходя из приведенной нормы, оспариваемое истцом соглашение не может существовать в отрыве от договора о залоге и оспариваться отдельно от него, учитывая что в другом самостоятельном деле договор о залоге проверен на соответствие статье 174 Гражданского кодекса Российской
бумаг от 24.04.2008, заключенному между названными лицами. Предметом залога являются принадлежащие Обществу акции акционерного общества «Судостроительный завод «Лотос» (далее – Завод) в количестве 21 215 302 обыкновенных именных бездокументарных акций номинальной стоимостью 1 рубль каждая. Право Компании как залогодержателя подтверждается соглашением о залоге, а также выпиской из реестра владельцев именных ценных бумаг по состоянию на 14.09.2018, согласно которой обращение взыскания на заложенные ценные бумаги во внесудебномпорядке не оговорено. Компания обратилась с настоящими требованиями о понуждении Общества внести изменения в пункт 8 залогового распоряжения (подписанное представителем залогодателя ФИО1 на основании доверенности от 29.01.2008) путем проставления соответствующего знака в графе «Условие залога (указать нужное) и указания даты – «Обращениевзыскания на заложенные ценные бумаги осуществляется во внесудебном порядке. С 24.04.2008 залогодержатель вправе обратить взыскание на заложенные ценные бумаги». В обоснование заявленных требований Компания указала, что условие о внесудебной реализации залога содержится в пункте 6.2 соглашения о залоге акций, в котором
об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, однако факт нотариального удостоверения договора об ипотеке либо какого-то отдельного соглашения о внесудебном порядке установлен судами не был. Сторонами не была соблюдена нотариальная форма соглашения о внесудебном порядке, что также не отрицалось ими. Так, в отсутствие нотариального удостоверения включенные в текст договора об ипотеке условия соглашения о внесудебномпорядке являются ничтожными, соответственно, общество «Лидер» не могло прибегнуть к такому способу реализации предмета залога как оставление его за собой по исполнительной надписи нотариуса. Вместе с тем в договор залога не включены положения о том, что при обращениивзыскания в судебном порядке применяются иные способы реализации предмета ипотеки (оставление залогодержателем предмета залога за собой или продажа предмета залога залогодержателем другому лицу по цене не ниже рыночной стоимости), то есть своим соглашением стороны не отошли от диспозитивных положений гражданского законодательства о реализации заложенного по договору об ипотеке имущества, на которое взыскание обращается по решению
предмет залога, суды пришли к обоснованным выводам о том, что в данном случае, исходя из буквального толкования названного пункта договора залога от 03.02.2015, стороны согласовали условие не о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, а условие о том, что после возникновения оснований для обращения взыскания на предмет залога между сторонами может быть заключено нотариально удостоверенное соглашение о внесудебном обращении взыскании на предмет залога. Учитывая изложенное, и то, что вышеназванное нотариально удостоверенное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество в материалы дела не представлено, и то, что доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 и ФИО2 обращались к ФИО3 с предложениями о заключении такого соглашения, не имеется, а письмо, на которое ссылаются заявители, было направлено ФИО3 уже после обращения последнего в арбитражный суд с настоящим иском, и в связи с этим не может быть принято в качестве надлежащего и допустимого доказательства по настоящему спору, суды правильно установили, что в
023,880 тонн. Залоговая стоимость одной тонны составляет 7 тыс. рублей, в том числе НДС 10%; общая стоимость предмета залога по соглашению сторон составила 21 167 160 рублей. В соответствии с пунктом 1.2 договоров залогодержатель имеет право в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) залогодателем своих обязательств по договору получить удовлетворение своих денежных требований из стоимости заложенного имущества залогодателя преимущественно перед другими кредиторами. 1 октября 2019 года должник (сторона 1) и завод (сторона 2) заключили соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, в соответствии с которым сторона 1 передает стороне 2 во исполнение обязательств, предусмотренных подпунктами 1.3.1 (за услуги по агентскому договору), 1.3.2 (за поставленные средства защиты растений (СЗР) по договору купли-продажи от 28.06.2019 № СЗЛ/2019/110) настоящего соглашения, предмет залога в следующем порядке: пшеница 3 класса урожая 2019 года в количестве 1 606,366 тонн на сумму 16 380 110 рублей 01 копейку, в том числе НДС 10% - 1 489 100
по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство по предоставлению заказчику информационного продукта стоимостью 14 млн рублей. В исполнение условий договора общество (залогодатель) и ООО «ИнфоМаркет» (залогодержатель) 10.02.2010 подписали договор залога, по которому залогодатель передал в залог залогодержателю товары в обороте, принадлежащие залогодателю на праве собственности, в обеспечение надлежащего исполнения обязательств по договору предоставления информационных услуг в сумме 14 млн рублей. 19 марта 2010 года общество (залогодатель) и ООО «ИнфоМаркет» (залогодержатель) заключили соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, где определили порядок реализации предмета залога – посредством его продажи по договору комиссии, заключенному между залогодателем (комитентом) и залогодержателем (комиссионером), который впоследствии заключает договор купли-продажи предмета залога с третьим лицом. 24 марта 2010 года ФИО2 создал ООО «Компания "Грузовые машины"» (далее – компания). В связи с неплатежеспособностью общества ООО «ИнфоМаркет» уступило компании право требования долга по договорам уступки на 12 683 523 рубля. 01 апреля 2010 года общество (комитент)
РФ в ЕГРН в отношении земельного участка с кадастровым номером 51:01:3001003:617 было зарегистрировано обременение – ипотека в силу закона. Поскольку в силу пункта 3 статьи 73 НК РФ при неисполнении налогоплательщиком (плательщиком сбора, плательщиком страховых взносов) обязанности по уплате причитающихся сумм налога (сбора, страховых взносов) и соответствующих пеней налоговый орган осуществляет исполнение этой обязанности за счет стоимости заложенного имущества в порядке, установленном гражданским законодательством Российской Федерации, а между Инспекцией и Обществом отсутствует соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, Инспекция обратилась в суд с настоящим иском. Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований Инспекции, поскольку посчитал зарегистрированный по заявлению Инспекции залог участка ничтожным, сославшись на отсутствие данных об его рыночной стоимости; указал, что ввиду непредставления Инспекцией сведений о рыночной стоимости объекта недвижимости невозможно проверить соблюдение предусмотренных статьей 348 ГК РФ условий обращения взыскания на имущество, определить начальную цену заложенного имущества для его реализации в соответствии с требованиями подпункта
квартира, в которой зарегистрирован ответчик, при этом ответчик в квартире не проживает, его личных вещей в ней нет, что стало основанием для обращения в суд с указанным иском. ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО3, о признании недействительным ничтожную сделку - договор залога квартиры (ипотеки) между физическими лицами от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО1, признать недействительной оспоримую сделку - соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное между ФИО2 и ФИО1 и возвратить стороны в первоначальное положение, обязать Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым исключить сведения о регистрации права собственности за ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №. Заявленные исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами по делу был заключен договор займа денежных средств, в соответствии с которым ФИО1 предала ФИО2 денежные средства в размере <данные изъяты> рублей. В целях
в себе требования об исполнении обязательства, обеспеченного залогом, принадлежащего истцу имущества. В соответствии с п. 4 ст. 348 ГК РФ залогодатель обладает правом исполнить обязательство обеспеченное залогом. Погашение обязательства, обеспеченного залогом, не является обязанностью залогодателя не являющегося должником. Содержащееся в уведомлении требование об исполнении истцом обязательств должника не является бесспорным, так как оно не основано на законе или на содержании договора ипотеки № от 26.12.2016г. Представленные залогодержателем нотариусу договор ипотеки и дополнительное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество по договору ипотеки, содержит в себе условия противоречащие закону. Истец не является предпринимателем и, следовательно, внесудебное обращение взыскания на заложенное имущество в отношении, принадлежащего ему имущества - предмета залога, не может быть осуществлено в иной форме кроме как передача имущества на публичные торги. Истец полагал, что наличие в уведомлении иных способов обращения взыскания на заложенное имущество делает указанное уведомление сомнительным, так как нотариус в уведомлении требует исполнение процедуры обращения
«Мебелеэнд», продал принадлежащий обществу станок своему сыну ФИО6 со значительным занижением стоимости. Полагала, что данная сделка купли-продажи является недействительной, поскольку на момент заключения договора купли-продажи станка ДД.ММ.ГГГГ, станок ООО МК «Мебелэнд» не принадлежал, в связи с чем ФИО8, как генеральный директор ООО МК «Мебелэнд», не мог распоряжаться данным имуществом. Также полагала договор беспроцентного займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО МК «Мебелэнд» и ФИО5, договор залога движимого имущества - станка «<данные изъяты> и соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на предмет залога, заключенные между ФИО5 и ООО Мебельная компания «Мебелэнд», датированные ДД.ММ.ГГГГ, недействительными, поскольку они относятся к категории крупных сделок, для одобрения которых в соответствии с Уставом общества необходимо проведение общего собрания участников Общества. Однако ни в ДД.ММ.ГГГГ, ни в ДД.ММ.ГГГГ такие общие собрания с ее участием не проводились и своего согласия на совершение сделок с данным оборудованием она не давала. Просила признать недействительными договор беспроцентного займа с условием о залоге,
между истцом и Банком был заключен договор поручительства № №, по которому истец выступал перед Банком поручителем по кредитным обязательствам АО «Гефест-Ростов». 26.12.2016 между истцом и Банком был заключен договор залога (ипотеки) № №, по которому истец в счет обеспечения кредитных обязательств АО «Гефест-Ростов» предоставил Банку в залог недвижимое имущество – земельные участки и расположенные на них объекты недвижимого имущества в количестве 37 объектов. 28.12.2016 между истцом и Банком было заключено дополнительное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество по договору залога (ипотеки) № №. Между Банком и ООО «Вега» 28.12.2018 был заключен договор уступки прав (требований), согласно которому Банк уступил ответчику все права кредитора к АО «Гефест-Ростов», вытекающие из кредитного договора № № от 23.12.2016, а также договоров, обеспечивающих обязательства по кредитному договору, в т.ч. право требования задолженности в размере 61 495 228,36 рублей, а также права, вытекающие из договоров, обеспечивающих обязательства по кредитному договору. Истец полагает,
