отказе в предоставлении субсидии за 2015 год принято Росавиацией 20.06.2016 и получено истцом 29.06.2016; исковое заявление о взыскании с ответчика субсидии, согласно штампу суда, подано истцом 30.09.2019, то есть с пропуском срока исковой давности. При этом суды ошибочно связали начало течения срока исковой давности с моментом принятия Конституционным Судом Российской Федерации постановления от 16.07.2018 № 32-П. Принимая во внимание правовую природу срока исковой давности как срока на судебную защиту нарушенного права, заявитель полагает, что данный срок следует исчислять с момента получения решений Росавиации об отказе в предоставлении субсидии за спорный период, поскольку именно с этого момента истец узнал о нарушении своего права. Кроме того, в обоснование своей позиции по делу Росавиация ссылается на сложившуюся по рассматриваемому вопросу судебную практику. Приведенные ответчиком доводы по изложенному эпизоду заслуживают внимания, в связи с чем кассационную жалобу следует передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.
исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума № 43). Как установлено судами и следует из материалов дела, решение № АН1.13-3997 об отказе в предоставлении субсидии за 2014 год принято Росавиацией 30.11.2015, направлено истцу почтовой связью 01.12.2015 и получено аэропортом согласно внутреннему штампу организации 08.12.2015 (вх.№ 1599); решение № АН1.13-2144 об отказе в предоставлении субсидии за 2015 год принято Росавиацией 20.06.2016, направлено истцу почтовой связью 24.06.2016 и получено истцом 29.06.2016. В процессе рассмотрения указанных заявлений общество предоставляло дополнительные пояснения и документы,
возражений на акт проверки от 30.03.2018 от истца в Министерство не поступало, истец требование о возврате субсидий в судебном порядке не обжаловал. Податель жалобы считает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для выводов о том, что сумма субсидий не подлежала возврату в областной бюджет, в ходе рассмотрения дела №А60-31598/2019 не установлено, в какой именно сумме требование является несоразмерным. Кроме того, апеллянт не согласен с выводом суда о необходимости исчисления срока исковой давности с даты первого платежа по возврату субсидий в областной бюджет, то есть с 19.04.2018. Настаивает, что срок исковой давности надлежит исчислять с момента, когда истец узнал о необходимости возврата субсидии в бюджет, то есть с 30.03.2018. Министерство финансов Свердловской области в отзыве на жалобу поддерживает позицию подателя жалобы, просит решение суда отменить, в удовлетворении иска отказать. Истец в отзыве на жалобу просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Приводит доводы о том, что
в добровольном порядке истцом в адрес ответчика направлена 29.09.2017 (л.д. 25 т.1), то есть за пределами срока исковой давности. При таких обстоятельствах оснований для вывода о приостановлении срока исковой давности или увеличении его оставшейся части не имеется. Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании задолженности, образовавшейся за период до 31.08.2014 включительно. В удовлетворении иска в данной части следует отказать. Доводы ООО «УК Нижнеисетская» о том, что срок исковой давности прервался подписанием соглашений о выплате субсидий , апелляционной коллегией исследован и отклоняется. В соответствии с положениями статьи 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. Из содержания представленных в материалы дела соглашений о предоставлении субсидий следует, что ответчиком принято на себя обязательство о предоставлении истцу субсидии на возмещение недополученных доходов в связи с предоставлением коммунальных услуг по содержанию и ремонту объектов муниципального нежилого фонда в определенной сумме (например,
возврате субсидии и действия Минагроторга Свердловской области незаконными, не установили, в какой конкретно сумме требование о возврате субсидий в областной бюджет является несоразмерным допущенному истцом нарушению. Заявитель жалобы также указывает на то, что судами первой и апелляционной инстанций не были применены подлежащие применению при рассмотрении настоящего дела положения нормативных актов, регулирующих порядок предоставления в 2017 году соответствующих субсидий, а также сделан неверный вывод о том, что исчисление сроков исковой давности по настоящему требованию необходимо осуществлять с даты первого платежа по возврату субсидий в областной бюджет, то есть с 19.04.2018. В отзыве на кассационную жалобу СПК «Пригородное» просит оставить обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными. В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части
втором пункта 25 Постановления N 43 указано, что признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора (в частности, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами), а также требований по возмещению убытков, и, соответственно, не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по дополнительным требованиям и требованию о возмещении убытков. Судом первой инстанции обоснованно установлено, что в соответствии с положениями областного законодательства, в том числе Порядком №33, Компания на основании ежегодно заключаемых соглашений получала субсидий из областного бюджета Ленинградской области в связи с установлением льготных тарифов на коммунальные ресурсы (услуги) теплоснабжения и горячего водоснабжения, реализуемые населению на территории Ленинградской области, для компенсации выпадающих доходов ресурсоснабжающих организаций, возникающих при осуществлении регулируемых видов деятельности в сфере теплоснабжения. Согласно положениям Порядка 33 Комитет ТЭК является главным распорядителем и получателем средств областного бюджета Ленинградской области, заключает
связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо, в силу осуществления им профессиональной деятельности или объективных обстоятельств, должно было узнать о таком нарушении права. Исходя из изложенного для разрешения вопроса об исчислении срока исковой давности по иску Департамента к ФИО2 как получателю субсидии о взыскании этой субсидии в связи с неисполнением ФИО2, как утверждает истец, условий нормативных правовых актов и Договора о предоставлении субсидии суду необходимо установить начальный момент течения данного срока, то есть день, когда Департамент узнал или должен был узнать о возможном нарушении ФИО2 предусмотренных нормативно-правовыми актами и Договором условий, связанных с использованием данной субсидии. При этом начало течения срока исковой давности должно совпадать с моментом возникновения у Департамента права
с заявлениями о повторном назначении субсидии и проверка в отношении ответчика при таких обстоятельствах должна была иметь приоритетное значение. В связи с изложенным, суд полагает, что в данном случае, срок исковой давности следует исчислять со дня обращения в суд с настоящим иском, т.е. с 24.03.2022. На основании вышеприведенных положений закона и разъяснений по их применению, при установленных по делу обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае срок исковой давности по требованиям о взыскании неосновательно полученной субсидии за период с 01.07.2015 по 23.03.2019 в размере 71.959,49 руб., истек. Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется
течения срока исковой давности по заявленному требованию. По настоящему делу имелись основания для отказа в удовлетворении исковых требований к ФИО1 в связи с пропуском срока исковой давности. Так, общий срок исковой давности составляет три года со дня, и по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (ч. 1 ст. 196, ч. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исходя из условий заключенного договора от Дата изъята , жилищная субсидия в сумме 350 000 рублей работнику перечислена Дата изъята , следовательно, работник был обязан проработать у работодателя по Дата изъята , однако, уволился по основанию п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника) Дата изъята , что не является уважительной причиной увольнения, следовательно, жилищная субсидия подлежала возврату работодателю
