<...>; обязании предпринимателя в течение 15 дней с момента вступления в силу решения суда по настоящему делу привести комнату в прежнее состояние путем сноса перегородки между комнатой 1 нежилого помещения 524 и комнатой 1 нежилого помещения 520; предоставлении обществу права осуществить соответствующие действия самостоятельно за счет предпринимателя со взысканием с нее необходимых для этого расходов; обязании предпринимателя не чинить истцу препятствия при проведении работ по сносу перегородки между нежилыми помещениями 524 и 520, обеспечить свободу перемещения строителей, строительных материалов, отключить действие охранной сигнализации на месте проведения работ по сносу и в окружающей зоне, убрать прочее имущество ответчика на время проведения работ по сносу перегородки, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Воскресенский», управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю, Куриленко Валентина Николаевича, федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и
истцов о противоречии пункта 2, подпунктов «д», «ж» пункта 8 Правил статье 14 Федерального конституционного закона «О Правительстве Российской Федерации» и статьям 1, 3 ГК РФ, противоречат содержанию обжалованного решения, в котором отражены правильные выводы суда о несостоятельности этих доводов. Оспоренное правовое регулирование не препятствует свободному перемещению товаров (ели аянской, пихты белокорой и лиственницы даурской) на территории Российской Федерации, в связи с чем ссылки в апелляционных жалобах на незаконное ограничение свободы экономической деятельности и свободу перемещения товаров ошибочны. Доводы в апелляционных жалобах о том, что суд первой инстанции не исследовал вопросы целесообразности создания деревоперерабатывающих мощностей вопреки явной убыточности такого производства, не влекут отмену обжалованного решения суда, поскольку в порядке абстрактного нормоконтроля, в котором рассматривалось данное административное дело, суд разрешает вопросы права - соответствие оспоренного правового регулирования нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу. Исходя из разъяснений, приведенных в подпункте «а» пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25
представителю, патент на промышленный образец охраняет не идеи и технические решения, а конструкторско-художественные решения внешнего вида изделия. В связи с этим ответчику неоднократно в соответствии с частью 2 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предлагалось представить документы (рисунки, чертежи, эскизы и т.п.), подтверждающие его авторство на соответствующие элементы (пилоны) внешнего вида самолета-амфибии, нашедшие отражение на вышеприведенных изображениях. По этой причине судебное разбирательство неоднократно откладывалось в целях поиска и представления таких доказательств ответчиком, чья свобода перемещения на момент судебного разбирательства по настоящему делу была ограничена. В судебном заседании 30.11.2023 ответчик и его представитель сообщили о неготовности представить такие документы в подтверждение авторства ФИО1 на конструкторско-художественное исполнение пилонов, нашедших отражение на изображениях группы полезных моделей. Суд по интеллектуальным правам также учитывает то обстоятельство, что вышеупомянутым приговором Таганрогского городского суда Ростовской области от 19.08.2022 установлено, что ответчик не принимал участие в разработке спорной группы промышленных образцов (абзац пятый страницы 38 приговора). Соответствующий
соответствующей комиссии. Не принимается во внимание судом также утверждение ответчика об отсутствии у него таких контрагентов, как ООО «АШАН» и ООО «АВК Групп». Истец не обязан устанавливать все звенья цепи оптовых перепродавцов от производителя до розничного продавца, а руководствуется исключительно той информацией, которую представляет для неопределенного круга лиц один из ответчиков, принимая во внимание презумпцию добросовестности участников гражданского оборота. В соответствие с пунктом 5 статьи 1 Гражданского кодекса РФ на территории Российской Федерации установлена свобода перемещения товаров, услуг и финансовых средств. Из этого следует, что спорная продукция, приобретенная истцом в розничной сети ООО «АШАН» необязательно должна была быть продана ответчиком непосредственно ООО «АШАН» или ООО «АВК Групп», а вполне могла пройти еще ряд оптовых перепродавцов перед тем, как попасть к розничному продавцу, каким является ООО «АШАН». В этой связи необходимо учитывать, что истец привлек ООО Кондитерская фабрика «Магнитка» в качестве соответчика по письменной информации ООО «АШАН», размещенной для неопределенного круга
сам по себе контакт нескольких частей (элементов) устройства при отсутствии связи между ними, лишающей эти части определенной степени свободы, не может свидетельствовать о конструктивном единстве таких частей. Поскольку фиксирующий элемент спорной полезной модели выполнен толщиной меньше высоты паза и имеет контакт только с одной из поверхностей каркаса, образующих паз, данный элемент свободно располагается в пазу. В то же время из описания и чертежей спорной полезной модели не следует, за счет каких связей будет ограничена свобода перемещения названных частей по отношению друг к другу. В судебном заседании президиума Суда по интеллектуальным правам представитель общества «Живые Диваны» в ответ на уточняющий вопрос подтвердил, что механизм закрепления фиксирующего элемента внутри паза не приведен в формуле спорной полезной модели и не раскрыт в материалах заявки. Таким образом, вывод суда об отсутствии конструктивного единства фиксирующего элемента и паза спорной полезной модели является правомерным. В связи с изложенным доводы общества «Живые Диваны» в части неправомерности выводов
отсутствия в деянии субъективной стороны правонарушения. Этот вопрос выясняется административным органом после выяснения вопроса о ложности предоставленных сведений. В рассматриваемом случае Отделом не приняты во внимание и не исследованы доводы Общества о том, что ФИО1 у. 13.09.2019 фактически прибыл на территорию ВЖГ для заселения, расписался в Журнале заезда сотрудников в ВЖГ от 22.08.2019, а также прошел инструктаж по пожарной безопасности, о чем расписался в Журнале инструктажей пожарной безопасности для проживающих от 20.08.2019. При этом свобода перемещения иностранного гражданина принимающей стороной не ограничена и он мог действительно находиться 14.09.2019 в общежитии по адресу прежнего места пребывания для того, чтобы забрать оставшиеся там вещи. В постановлении от 27.02.2020 № 192 отсутствует обоснование того, что Общество знало о ложности указанных им в данном уведомлении сведений уже на дату предоставления этого уведомления, а также ссылки на доказательства, подтверждающие факт предоставления Обществом заведомо ложных сведений. На каком основании Отдел пришел к выводу о том, что
деянии субъективной стороны правонарушения. Этот вопрос выясняется административным органом после выяснения вопроса о ложности предоставленных сведений. В рассматриваемом случае Отделом не приняты во внимание и не исследованы доводы Общества о том, что ФИО2, ФИО3, ФИО4 у. 13.09.2019 фактически прибыли на территорию ВЖГ для заселения, расписались в Журнале заезда сотрудников в ВЖГ от 22.08.2019, а также прошли инструктаж по пожарной безопасности, о чем расписались в Журнале инструктажей пожарной безопасности для проживающих от 20.08.2019. При этом свобода перемещения иностранных граждан принимающей стороной не ограничена и они могли действительно находиться 14.09.2019 в общежитии по адресу прежнего места пребывания для того, чтобы забрать оставшиеся там вещи. В постановлении от 27.02.2020 № 192 отсутствует обоснование того, что Общество знало о ложности указанных им в данном уведомлении сведений уже на дату предоставления этого уведомления, а также ссылки на доказательства, подтверждающие факт предоставления Обществом заведомо ложных сведений. На каком основании Отдел пришел к выводу о том, что
городского суда от 30.12.2020, ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.3 КоАП РФ, и подвергнут административному штрафу в размере 500 (пятьсот) рублей. В жалобе ФИО1 просит принятые по делу акты отменить, производство по делу прекратить, мотивируя тем, что для стран – участников ЕАЭС таможенное декларирование не применяется; на территории стран – союзников отсутствуют таможенные посты, между ними существует единый рынок – совокупность экономических отношений в рамках Союза, при которых обеспечивается свобода перемещения товаров, услуг, капитала и рабочей силы, поэтому декларация на автомобиль, зарегистрированный в Республике Казахстан не требуется; ст. 278 Таможенного кодекса РФ, на которую сослался суд в решении, относится к международным перевозчикам, участвующим в международном дорожном движении, каковым ФИО1 не является, нарушение п.2.2 ПДД РФ, на который судом указано в решении, должностным лицом ФИО1 не вменялось. Проверив материалы дела, заслушав объяснения защитника Плотникова К.Н., поддержавшего доводы жалобы, прихожу к следующим выводам. Административная ответственность по ч.1
с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчислен с 04.04.2014. Зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ее под стражей в период с 21.05.2013 по 19.07.2013 и с 16.11.2013 по 03.04.2014. Согласно протокола задержания ФИО1 была задержана 16 ноября 2013 года в 04 часа 20 минут на основании п.1,2 ч.1 ст.91 УПК РФ (т. 1 л.д. 36-37). Данных, свидетельствующих о том, что свобода перемещения ФИО1 действительно была ограничена с 15 ноября 2013 года в материалах дела не имеется. Доводы апелляционных жалоб о том, что осужденная была пристегнута наручниками в кабинете оперуполномоченного ОВД с 20 часов 40 минут 15.11.2013 года материалами не подтверждены. Досмотр ФИО1 после проведения оперативно-розыскного мероприятия «закупка», а также направление ее для медицинского освидетельствования не свидетельствует, что она фактически была лишена возможности свободы передвижения, содержалась под стражей. При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения жалоб не имеется.
настоящей жалобе в обоснование довода о том, что назначение дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации повлечет серьезное вмешательство в осуществление его права на труд, не служат безусловным основанием к изменению обжалуемого постановления в части исключения данного наказания. Статьями 2, 97 Договора о Евразийском экономическом союзе (Астана, 29.05.2014), заключенного между Российской Федерацией и рядом других государств, в число которых входит Республика Беларусь, определено, что при экономических отношениях в рамках Союза обеспечивается свобода перемещения рабочей силы. Трудящимся государств-членов Союза не требуется получение разрешения на осуществление трудовой деятельности в государстве трудоустройства. Срок временного пребывания (проживания) трудящегося государства-члена на территории государства трудоустройства определяется сроком действия трудового или гражданско-правового договора, заключенного трудящимся государства-члена с работодателем или заказчиком работ (услуг). Доказательств, подтверждающих заключение Тихоном А.В. трудового договора или гражданско-правового договора о выполнении работ (оказании услуг), материалы дела не содержат и с настоящей жалобой не представлено. Приложенные к жалобе документы: удостоверение об окончании
действиях обвиняемых ФИО4 и ФИО6 более тяжкогосостава преступления. Полагает, что в ходе судебного заседания установленыобстоятельства, указывающее на лишение свободы ФИО1, а доказательств, которые свидетельствовали бы о наличии признаков похищениячеловека ( удержание потерпевшего против его воли в другом месте), не добыто.Считает, что квалификация действиям обвиняемых по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФорганами следствия дана правильная. Кроме того, указывает, что судом нарушенытребования ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ, так как суд указал, что действия Иржановаи ФИО6 подлежат квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ, сделавтаким образом, выводы об оценке доказательств, квалификации действийобвиняемых и их виновности. Просит отменить постановление и направить дело на новое судебноерассмотрение. В апелляционной жалобе адвокат Насыров Р.К. указывает о несогласии спостановлением суда в виду его незаконности по следующим основаниям.Полагает, что материалами дела установлено, что после перемещения ФИО1 на автомобиле на участок местности, ему был предоставлена свободаперемещения, его никто не удерживал. Считает, что у суда
апелляционной жалобе защитник обвиняемой Н. – адвокат Гориславская А.А. выражает несогласие с судебным решением, находя избранную меру пресечения необоснованной, поскольку взятие под стражу является наиболее суровой мерой пресечения и должно применяться при исключительных обстоятельствах, когда нет возможности избрать иную, более мягкую меру пресечения. Обращает внимание, что Н. обвиняется в покушении на сбыт наркотических средств путем раскладывания в тайники, исходя из обстоятельств дела, для реализации преступной деятельности ей необходим смартфон с доступом в интернет и свобода перемещения за пределами жилища, однако судом установлено, что у обвиняемой смартфон изъяли, других смартфонов у нее не имеется, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что она продолжит деятельность по распространению наркотических средств. Указывает, что обвиняемая дала подробные признательные показания изобличающие ряд лиц, связанных с распространением наркотиков, активно сотрудничала со следствием. Считает, что мера пресечения в виде запрета определенных действий, в частности запрет на использование интернета, также может исключить реальную возможность занятия осужденной преступной деятельностью.
