Возмещение вреда причиненного судьей - гражданское законодательство и судебные прецеденты

(смерти) судьи в связи с осуществлением им служебной деятельности (пункты 4 и 7). Обусловливая предоставление социальной защиты нетрудоспособным членам семьи погибшего (умершего) судьи, находившимся на его иждивении, наличием причинно-следственной связи между гибелью (смертью) судьи и его служебной деятельностью, положение пункта 7 статьи 20 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" не охватывает случаи смерти судьи от заболевания, не связанного с исполнением обязанностей по должности судьи, - оно является элементом правового регулирования возмещения вреда, причиненного судье и членам его семьи именно в связи с осуществлением судьей служебной деятельности, т.е. с выполнением конституционно значимых функций по отправлению правосудия, а следовательно, предопределено конституционным статусом судьи и как таковое не противоречит Конституции Российской Федерации. 3. Конституция Российской Федерации обязывает Россию как правовое и социальное государство обеспечивать эффективную защиту и поддержку семьи, в том числе путем предоставления социального обеспечения в связи с воспитанием детей, а также в случае потери кормильца (статья 1, часть

Российской Федерации (уклонение от уплаты налогов с организации, совершенное в крупном размере группой лиц по предварительному сговору), отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и признано право на их реабилитацию и возмещение вреда. 25 июля 2005 года и 4 августа 2005 года Б.Б. Шарапов обращался в прокуратуру Воронежской области с требованием о возмещении материального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием (который, по мнению заявителей, превышал 26 миллионов рублей), в порядке статьи 135 УПК Российской Федерации, однако в этом ему было отказано и предложено обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства. 12 октября 2005 года постановлением судьи Ленинского районного суда города Воронежа, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, бездействие прокуратуры, не вынесшей постановление о расчете соответствующих сумм и производстве выплат, признано незаконным, а также признано незаконным оставление в силе решений об аресте имущества и невозвращение заявителям изъятых вещественных доказательств по прекращенному уголовному делу. 26 января 2006 года прокурором Воронежской области

размера пенсии по инвалидности, право которых на возмещение вреда здоровью было признано Конституционным Судом в Постановлении от 1 декабря 1997 года N 18-П, но которые не обращались за установлением соответствующих выплат до вступления данного Федерального закона в силу, ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в том же размере, в каком им были исчислены неполученные суммы возмещения вреда здоровью (исходя из денежного довольствия с учетом степени утраты профессиональной трудоспособности). 12. Постановлением от 19 ноября 2012 года N 27-П Конституционный Суд дал оценку конституционности положений пункта 7 статьи 20 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", пункта 1 статьи 10, пункта 1 статьи 16, пункта 1 статьи 29.1 и пунктов 1 и 3 статьи 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". Заявителем оспаривались законоположения, устанавливающие правовой механизм пенсионного обеспечения нетрудоспособных членов семьи судьи

от 09.07.2014 № ВАС-8924/14, определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2018 № 5-КГ18-134, постановление Европейского Суда по правам человека от 17.11.2015 по делу «Сэфэр Йылмаз и Мэрьем Йылмаз против Турции» № 611/12). В Обзоре практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145) наряду с вышеизложенной правовой позицией закрепляется правовой подход о возможности последовательного обращения за судебной защитой через сочетание административно-правовой и гражданско-правовой процедур (пункт 3). Обращение к административному суду изначально, в целях признания актов, действий публичной власти незаконными, также является и реализацией «права на своего судью » как элемента права на суд, поскольку предполагает рассмотрение вопроса специализированным судьей по вопросам административного правосудия, следовательно, не может влечь санкцию в виде отказа в судебной защите по причине пропуска срока исковой давности. Следовательно, в том случае, когда защита нарушенных

Российской Федерации, подпункта 2 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 13.07.2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», учел разъяснения, содержащиеся в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», правовую позицию, изложенную в пункте 3 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», и исходил из того, что предприниматель, уплачивая арендную плату до момента государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок, понес убытки в виде разницы между суммами внесенной арендной платы и причитающегося за соответствующий период земельного налога. Между тем при надлежащем исполнении департаментом своих обязанностей право собственности на земельный участок и статус плательщика земельного налога должны были перейти к предпринимателю с апреля 2018 года.

и ООО «Л-Ком» противоправно и является основанием для привлечения их к солидарной ответственности в соответствии со статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации. Между тем с такими выводами судов нельзя согласиться. В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2). По общему правилу, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства (пункт 1 статьи 322 ГК РФ). Согласно статье 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По смыслу приведенных норм солидарная ответственность наступает при

Карелия Дементьева А.В., рассмотрев вопрос о принятии к производству искового заявления Петрозаводского муниципального унитарного предприятия «Петропит» к Управлению судебного департамента в Республике Карелия, Судебному департаменту при Верховном суде Российской Федерации о взыскании 100 793 544 руб. 15 коп., установил: Петрозаводское муниципальное унитарное предприятие «Петропит» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с иском к Управлению судебного департамента в Республике Карелия, Судебному департаменту при Верховном суде Российской Федерации (далее – ответчик) о возмещении вреда, причиненного судьей Петрозаводского городского суда Республики Карелия в размере 100 793 544 руб. 15 коп. Исследовав письменные материалы, приложенные к заявлению, суд установил. Согласно части 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. На основании части 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся

в законную силу, не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку на его основании подлежит возмещению государством вред, причиненный при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу; данное положение в его конституционно - правовом смысле, выявленном Конституционным Судом Российской Федерации, и во взаимосвязи со статьями 6 и 41 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не может служить основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи ) при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно, когда спор не разрешается по существу). В силу пункта 3 Постановления № 1-П, определяя во исполнение требований статьи 53 Конституции Российской Федерации порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов судебной власти и их должностных лиц, законодатель обязан учитывать также конституционные положения, относящиеся к осуществлению правосудия. Указанное специальное условие ответственности за вред, причиненный при осуществлении правосудия, связано

Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 N 145 разъяснено, что тот факт, что ненормативный правовой акт не был признан в судебном порядке недействительным, а решение или действия (бездействия) государственного органа - незаконными, сам по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким актом, решением или действием (бездействием). В названном случае суд оценивает законность соответствующего ненормативного акта, решения или действия (бездействия) государственного или муниципального органа (должностного лица) при рассмотрении иска о возмещении вреда. Вместе с тем, судом первой инстанции не учтены вышеуказанные разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Выводы суда первой инстанции о том, что поскольку в постановлении мирового судьи от 23 сентября 2014 года не приводились доводы о незаконности применения административным органом мер по обеспечению дела об административном правонарушении, действия Управления МВД по г. Абакану, оформленные протоколом изъятия от 2 августа 2014 года, не могут быть предметом самостоятельной оценки арбитражного суда после рассмотрения

суда, вступившим в законную силу (пункт 2). Вопрос о конституционности положения пункта 2 статьи 1070 ГК РФ рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации. Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 25.01.2001 № 1-П (далее - постановление КС РФ № 1-П) Конституционный Суд Российской Федерации признал упомянутое положение не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку на его основании возмещению государством подлежит вред, причиненный при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу. В иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи ), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, иного грубого нарушения процедуры, вред, причиненный при осуществлении гражданского судопроизводства, подлежит возмещению государством, если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Конституционно-правовой смысл положения пункта 2 статьи 1070 ГК РФ, выявленный в постановлении КС РФ № 1-П, является общеобязательным и исключает

в законную силу (пункт 2). Вопрос о конституционности положения пункта 2 статьи 1070 ГК РФ рассматривался Конституционным Судом Российской Федерации (далее – КС РФ). Согласно постановлению КС РФ от 25.01.2001 № 1-П (далее – Постановление КС РФ № 1-П) Конституционный Суд Российской Федерации признал упомянутое положение не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку на его основании возмещению государством подлежит вред, причиненный при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу. В иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи ), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, иного грубого нарушения процедуры, вред, причиненный при осуществлении гражданского судопроизводства, подлежит возмещению государством, если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Конституционно-правовой смысл положения пункта 2 статьи 1070 ГК РФ, выявленный в Постановлении КС РФ № 1-П, является общеобязательным и исключает

привлечения к уголовной ответственности, а также ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой компенсация морального вреда в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности не зависит от вины причинителя вреда. Считает, что вопрос о компенсации вреда, возникшего в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, рассматривается в порядке гражданского судопроизводства. Суд первой инстанции, отказывая в приеме искового заявления, допустил неправильное толкование норм гражданского права. Суд полагает, что отсутствие обвинительного приговора в отношении судьи исключает возмещение вреда, причиненного судьей при осуществлении правосудия, однако такое мнение судьи является ошибочным. В п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации идет речь о случаях, не повлекших последствий, предусмотренных п. 1 указанной статьи, т.е. не сопряженных с незаконным привлечением к уголовной ответственности. Поскольку, как отмечалось, (ФИО)1 была незаконно привлечена к уголовной ответственности, возникшие правоотношения по возмещению вреда регулируются п. 1 ст. 1070 и ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и такой вред подлежит возмещению за счет

И Л А: Иванова И.А.. обратилась в суд с административным исковым заявлением к Октябрьскому районному суду г. Новосибирска, Новосибирскому областному суду, Судебному Департаменту при Верховном суде Российской Федерации об оспаривании действий, бездействий и решений, в котором просила: признать незаконной практику судьи М.И.М. по исчислению срока обжалования определений, обязать судью М.И.М. устранить нарушение процессуального кодекса в своей судебной практике, обязать его применять прецедентную практику ЕСПЧ и практику Верховного Суда Российской Федерации, разъяснить право на возмещение вреда, причиненного судьей М.И.М. и порядок его взыскания, признать незаконными действия и бездействия административных ответчиков, не исполняющих международные обязательства и препятствующих регулярному электронному документообороту с судами, признать нарушение административными ответчиками права на эффективное средство правовой защиты, нарушение имущественного права принуждением обращаться в суды общей юрисдикции посредством обычной почты с несением почтовых расходов, разъяснить порядок взыскания компенсации за моральный и материальный вред, причиненный административными ответчиками обжалованными в иске действиями и бездействием, взыскать процессуальные издержки на подготовку иска

февраля 2002 г. в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона, чем истице причинен моральный вред. Ей также причинен моральный вред тем, что она неоднократно обращалась в прокуратуру РТ с различными жалобами на нарушение ее прав в период с 1 февраля 1999 г. по 14 августа 2004 г. Но прокуратура не выполнила закон и не защитила ее права. В судебном заседании представитель ответчика иск не признал, указав на то, что возмещение вреда причиненного судьей производится при наличии приговора суда в отношении судьи. Истцом не представлен такой приговор в отношении судьи. Действия прокуратуры ни кем не признаны незаконными. Поэтому отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда. Защита права на справедливое разбирательство дела в период с 1 февраля 1999 г. по 13 февраля 2002 г. в разумный срок независимым и беспристрастным судом, производится иным судом на основании специального закона. Третье лицо – Прокуратура Республики Татарстан (далее Прокуратура РТ) иск

выводу о том, что за причинение вреда вследствие вынесения постановления по делу об административном правонарушении должностным лицом ГИБДД МВД РФ, финансирование которого осуществляется за счет федерального бюджета, не может отвечать казна субъекта Российской Федерации. Также, поскольку суду не представлены допустимые доказательства вины мирового судьи, и федерального судьи ... в вынесении неправосудного постановления в отношении истца, к которым на основании статьи 1070 ГК РФ относится лишь приговор, вступивший в законную силу, то оснований для возмещения вреда, причиненного судьей при осуществлении правосудия, с казны Российской Федерации не имеется. При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется. На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-196, 198 ГПК РФ, суд Р Е Ш И Л: В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству финансов Республики Татарстан о возмещении материального вреда, компенсации морального вреда, судебных расходов - о т к а з а т ь. Решение суда может быть обжаловано