помещении; - утраты единственного жилого помещения в результате стихийного бедствия. Перечисленные обстоятельства являются юридически значимыми для правильного разрешения споров о признании права на получение государственного жилищного сертификата. Пример. Решением городского суда, оставленным без изменения определением суда второй инстанции, Ш. отказано в удовлетворении иска к администрации городского округа о признании права на получение государственного жилищного сертификата и включении в список граждан, лишившихся жилого помещения в результате землетрясения. Суд установил, что Ш. на основании свидетельства о праве на наследство является собственником 2/3 доли квартиры в многоквартирном доме. 19 июня 2013 г. в городе, где расположено данное жилое помещение, произошло землетрясение. Из заключения межведомственной комиссии от 22 июня 2013 г. следует, что указанный многоквартирный дом признан аварийным и подлежащим сносу. На момент землетрясения Ш. постоянно проживал и был зарегистрирован в другом жилом помещении (квартире), принадлежащем на праве собственности его матери. В жилом помещении (квартире), принадлежавшем на праве собственности Ш., на момент землетрясения
и отсутствия водосточных труб с торцов дома; в местах стыковочных швов желобов имеются сквозные отверстия. В претензии от 16.04.2020 № 01-23/1712 истец потребовал устранить недостатки капитального ремонта крыши, обнаруженные во время проведенного осмотра, направил в адрес ответчика акт осмотра. Фонд в ответе на претензию от 19.05.2020 № 10-03/4146 сообщил, что 18.05.2020 осуществил осмотр кровли данного многоквартирного дома, в результате которого установил наличие деформации желобов водоотвода, полагая, что дефект возник по причине ненадлежащей эксплуатации кровли. В ходе осмотра кровли, проведенного 03.08.2020 с участием представителя ООО «РЭУ № 16», собственниковквартир 41 и 44, установлено, что водоотводящая система дома имеет многочисленные деформации желобов, в местах соединения имеются сквозные отверстия по всему периметру кровли; от ливневых дождей с торца подъезда № 1 оборвало водопринимающую воронку, диаметр воронок не соответствует строительным нормам. Согласно акту представители Фонда на осмотр не явились. В связи с поступлением жалоб от собственников квартир № 14, 44, 56 и
начала его заочной части. На момент его заключения общее собрание собственников не проводилось. Доказательств обратного не представлено. Нарушений в порядке уведомления собственников о дате проведения внеочередного собрания суд апелляционной инстанции не установил. Суд округа, руководствуясь статьями 48, 161, 195, 198 Жилищного кодекса, Порядком № 938/пр, отменил названные судебные акты, установив неверное применение норм материального права. Суд исходил из следующего: оформление и содержание протокола общего собрания собственников помещений в спорном многоквартирном доме соответствует установленным требованиям, между тем он не содержал предусмотренных подпунктом «д» пункта 20 приложений в виде документов (их копии), удостоверяющих полномочия представителей присутствующих и приглашенных лиц в отношении двух квартир 14 и 12. В данных квартирах за собственника голосовало иное лицо; признаки ничтожности проведенного общего собрания и недостоверность бюллетеней, содержащих волеизъявление собственников помещений, не установлены; решения приняты при наличии необходимого кворума; решение общего собрания собственников от 02.05.2019 не оспорено в судебном порядке, следовательно, в данном случае такое основание как
коммунальные услуги подлежат применению положения пункта 50 Правил № 354. Суд округа признал правомерными выводы апелляционного суда. При этом суд отметил, что суд апелляционной инстанции по результатам оценки доказательств по делу установил факт оказания услуг по содержанию имущества и поставки коммунальных ресурсов в спорные незаселенные жилые помещения, находящиеся в законном владении муниципального образования, обязанность уполномоченного органа (департамента финансов) произвести в спорный период оплату коммунальных ресурсов от имени собственника за счет его казны, правомерно взыскал с ответчика задолженность. Суд учел отсутствие иных надлежащих доказательств, подтверждающих переход обязанности по оплате содержания жилого помещения и коммунальных услуг с публичного собственника на нанимателя. При этом суд правомерно указал, что установленный частью 3 статьи 153 Жилищного кодекса Российской Федерации порядок заселения в коммунальные квартиры , являющийся условием для перехода обязанности по оплате содержания жилого помещения и коммунальных услуг с публичного собственника на нанимателя, ответчиком не соблюден, поэтому соответствующие расходы продолжает нести публичный собственник в лице
требования законодательства, предусмотренные пунктами 152 - 154 Основных положений. Уполномоченный представитель собственников квартир жилого дома о дате и времени допуска прибора учета в эксплуатацию извещен не был, в соответствующем акте его подпись отсутствует. Доказательств направления уведомления ОАО "Улан-Удэ Энерго" о допуске в эксплуатацию установленного общедомового прибора учета в адрес уполномоченного представителя собственников, квартир жилого дома не представлено. Для признания легитимной процедуры допуска в эксплуатацию установленного общедомового прибора учета «Улан-Удэ Энерго обязано было установить уполномоченного: представителя собственниковквартир дома, избранного в установленном порядке, известить его о дате| и времени этой процедуры и включить в состав комиссии. Заявителем не представлены документы, подтверждающие направление уведомлений собственникам помещений многоквартирного жилого дома №30/1 по ул. Шмидта г.Улан-Удэ об установке и вводе в эксплуатацию общедомового прибора учета электроэнергии, произведенного 22.10.2013 (Акт №1887). Собственники многоквартирного дома №30/1 по ул. Шмидта г.Улан-Удэ не принимали решение об установке прибора учета электроэнергии, потребители не были уведомлены об установке общедомового
19 коп. с кв.м приказом от 12.04.2018 № 42/п. В силу пункта 4.1.4 договора Общество вправе применять тариф, предложенный подрядчиком, в случае, если такой тариф не установлен органом местного самоуправления. Администрация тарифы установила, поэтому с 01.06.2017 в отсутствие решений собственников об установлении тарифа подлежали применению тарифы, установленные Администрацией. Как указал суд первой инстанции, довод Общества о том, что тариф в размере 29 руб. 43 коп. с кв.м установлен на 2 года, не подтвержден материалами дела, в том числе протоколами общих собраний от 25.03.2016 (решение об установлении тарифа не принято ввиду отсутствия достаточного кворума) и от 23.04.2016. Суд правомерно признал обоснованными требования Общества о взыскании разницы, сложившейся за период с апреля 2015 по май 2017 года по квартире № 5 в размере 10 515 руб. 76 коп., по квартире № 3 - за период с июня 2016 по май 2017 года в размере 9 456 руб. 36 коп. (согласно уточненному
ОАО «Иркутскэнерго» в лице Братского отделения ООО «Иркутскэнергосбыт», на основании локального ресурсного сметного расчета № 1. Общая стоимость установки приборов учета составила 122 800 руб. 25 коп. ОАО «Иркутскэнерго» установил общедомовой прибор учета тепловой энергии по адресу: г. Братск ж.р. Центальный, ул. Южная, 31, кв. 1,2,3,4. Ответчик является собственником помещения по адресу: г. Братск ж.р. Центальный, ул. Южная, 31, пом. 1002, на основании свидетельства о государственной регистрации права от 25.11.2006г. и в соответствии с п. 5 ст. 13 ФЗ № 261 от 23.11.2009г. «Об энергоснабжении и повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» обязан нести расходы за установку коллективного (общедомового) прибора учета. Общество произвело расчет доли Публичного акционерного общества "Восточный Экспресс Банк" как собственника квартиры в расходах на установку прибора учета и предъявило ее к оплате, выставив ответчику счет-фактуру № 5040-0069 от 31.01.2014 на сумму 10 642 руб. 99 коп. ОАО «Иркутскэнерго» в подтверждение
процессе рассмотрения дела ответчиком представлен отзыв на иск, согласно которому требования истца не признает (т.2 л.д.60). Дело рассмотрено судом по имеющимся доказательствам в соответствии со статьей 156 АПК РФ. Рассмотрев материалы дела, суд установил следующие обстоятельства. ЗАО «Промзащита» и ООО «Старательская артель «Кварц» являются собственниками жилого здания – малосемейного общежития общей площадью 1502,6 кв.м., расположенного по адресу: <...>. Доля в праве собственности ЗАО «Промзащита» составляет 3,5, ООО «Старательская артель «Кварц» - 2,5, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии АА 75 №075018 от 22.03.2004 (т.1 л.д.21). 01.03.2004 между истцом (доверительный управляющей) и ответчиком (учредитель) подписан договор о передаче имущества в доверительное управление, по условиям которого учредитель передает доверительному управляющему третий этаж здания – общежития (квартиры №№15-22 включительно) площадью 376,3 кв.м. и квартиру №10 площадью 63,4 кв.м., расположенную на третьем этаже здания общежития, а доверительный управляющий осуществляет управление этим имуществом в интересах учредителя (т.1 л.д.22). Вознаграждение доверительному управляющему договором
по нормативам, претензий со стороны исполнителей предоставления коммунальных услуг к нему не имеется. ФИО1 не уполномочивался собственниками помещений в многоквартирном доме обращаться с подобным иском. ООО «ЖЭК-7» не является исполнителем коммунальных услуг. ФИО4 является пенсионером с 2013 года и не имеет возможности приобрести и установить индивидуальнее приборы учета. В возражениях на апелляционную жалобу ответчика ФИО4 истец ФИО1 оспаривает приведенные в ней доводы, находя решение суда от 31.01.2017 законным и обоснованным. В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчики ФИО5 , ФИО6 поддержали поданную ответчиком ФИО4 апелляционную жалобу. Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на законности оспариваемого решения суда, пояснил, что ему, как и большинству собственниковквартир дома по адресу: <адрес>, которые добросовестно установили приборы учета, приходится платить за тех собственников, которые не установили приборы учета и допускают перерасход лимита потребления, считает, что его права нарушаются. Представитель третьего лица ООО «Жилищно-эксплуатационный кооператив-7» по доверенности ФИО13 поддержала доводы истца по предъявленной ответчиком
г. Оренбурга, ООО «Теплый квартал» о возложении обязанности устранить недостатки. Заслушав доклад судьи Никоновой О.И., прокурора отдела управления Главного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Мигунова В.Ю., поддержавшего доводы кассационного представления, судебная коллегия УСТАНОВИЛА: Прокурор г. Оренбурга в интересах неопределенного круга лиц (собственников и нанимателей 24-х жилых помещений в 24-х квартирном трехэтажном жилом доме) обратился в суд с иском к УЖКХ администрации г. Оренбурга об обязании устранить строительные недостатки, допущенные при строительстве 24-х квартирного трехэтажного жилого дома по адресу: <адрес> (каркасно-щитовой) в рамках исполнения муниципального контракта, заключенного между Управлением жилищной политики администрации г. Оренбурга (участник долевого строительства) (правопреемник УЖКХ) и застройщиком ООО «Теплый квартал» 8 августа 2017 г. Принятые в 2018 году в собственность МО г. Оренбург 24 квартиры впоследствии предоставлены гражданам по договорам социального найма и в собственность (в том числе на основании вступившего в законную силу решения суда) в рамках реализации адресной региональной программы переселения граждан из аварийного жилищного
