Передача прав на товарный знак - гражданское законодательство и судебные прецеденты

с объявлениями», «Оскольский Курьер» и «Старооскольский Курьер». Удовлетворяя первоначально заявленные требования, суды сослались на преюдицию по делу № А08-5055/2012 (о расторжении указанного выше договора), в рамках которого установлено, что правообладателем товарного знака (знака обслуживания) «Оскольский Курьер» является общество с ограниченной ответственностью «Оскольский курьер». Таким образом, судами сделан вывод о том, что договор заключен сторонами в отсутствие возможностей для его исполнения, что впоследствии было подтверждено практикой взаимоотношения сторон (сторонами не предпринимались действия по передаче права на товарный знак , а также по регистрации перехода права). В связи с удовлетворением первоначального иска во встречном было отказано. Доводы заявителя кассационной жалобы не могут быть приняты при пересмотре судебных актов в кассационном порядке, как направленные на переоценку доказательств, сделанную компетентными нижестоящими судами. Аргумент о необходимости рассмотрения настоящего дела в третейском суде отклоняется, поскольку не был заявлен при рассмотрении дела в суде первой инстанции, что подтверждает согласие заявителя на рассмотрение дела по нормам арбитражного

через Интернет; сбор, поставка и передача новостей; передача звука и изображения с помощью спутников»; «производство фильмов, прокат кинокартин, проекция фильмов, вещание и телевизионные развлечения», и согласно статье 1486 Гражданского кодекса Российской Федерации и положениям Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, досрочно прекратили вследствие неиспользования на территории Российской Федерации правовую охрану товарного знака в отношении названных товаров и услуг, отказав в удовлетворении остальной части исковых требований. Суды, отказывая в досрочном прекращении на территории Российской Федерации правовой охраны спорного товарного знака в отношении услуги 38 класса МКТУ «трансляция телевизионных программ, а также телевизионных программ кабельного вещания», руководствовались статьями 1484, 1486 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что использование товарного знака в спорный период времени в отношении названной услуги осуществлялось на основании договора коммерческой концессии от 01.07.2014, товарный знак размещался на документации, связанной с оказанием услуг,

отношении услуг 35-го класса МКТУ «прокат рекламного времени на всех средствах массовой информации», 38-го класса МКТУ «вещание беспроводное; передача сообщений; передача сообщений и изображений с использованием компьютера; передача цифровых файлов; распространение информации в компьютерных сетях; рассылка электронных писем; услуги по передаче потока данных; услуги по распространению информации, включенные в 38 класс» и 41-го класса МКТУ «видеосъемка; монтаж видеозаписей; монтирование телепрограмм; организация конкурсов развлекательных; передачи развлекательные телевизионные; подготовка (монтаж) телевизионных программ». Суд признал актом недобросовестной конкуренции действия общества «Киномания.ТВ», связанные с приобретением исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 422874 в отношении услуг 38-го класса МКТУ «вещание телевизионное; вещание телевизионное кабельное; услуги по распространению информации; распространение информации в компьютерных сетях» и 41-го класса МКТУ «монтирование телепрограмм; подготовка (монтаж) телевизионных программ», а также действия общества «Киномания.ТВ», связанные с приобретением исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 708139 в отношении услуг 35-го класса МКТУ «прокат рекламного

Суда Российской Федерации от 13.04.2021 № 305-ЭС20-20802, вынесенное по результатам рассмотрения кассационной жалобы акционерного общества «Фармамед» (далее - общество «Фармамед») на постановление Суда по интеллектуальным правам от 15.09.2020 по делу № А40-198919/2019 Арбитражного суда города Москвы, установил: общество «Фармамед» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к акционерному обществу «Нижегородский химико-фармацевтический завод» (далее - общество «Нижфарм») о взыскании 1 842 368 529 руб. 60 коп. задолженности по договору от 25.10.2013 о передаче прав на регистрацию товарных знаков . Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2020, исковые требования удовлетворены. Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 15.09.2020 решение от 26.12.2019 и постановление от 22.06.2020 отменены, в удовлетворении иска отказано. Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.04.2021 принятые по делу судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В надзорных жалобах, поданных в

судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд другой области. В обоснование поданной по делу кассационной жалобы заявители ссылаются на неправильное применение судебными инстанциями норм материального и процессуального права. Судебными инстанциями, по мнению заявителей кассационной жалобы, не учтено следующее: в опубликованных статьях имеются сведения об истцах, ответчиками распространены недостоверные сведения, сочетания слов торгового бренда сочетаются с наименованиями истцов, ошибочен вывод судов о не принадлежности упомянутого в статье сайта ФИО1, передача прав на товарный знак правообладателем истцам подтверждена материалами дела, судебными инстанциями нарушены права третьих лиц, не привлеченных к участию в деле. ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу просил отказать в ее удовлетворении, поскольку опубликованные материалы соответствуют действительности и не могут порочить деловую репутацию. Редакция газеты и ООО «Медиасервис» в отзывах на кассационную жалобу просили оставить судебные акты без изменения, поскольку судами не нарушено норм права, распространенным публикациям дана надлежащая оценка, основания для удовлетворения иска отсутствовали. В

от 21.02.2020г. № РД0326149 с ФИО10 к моменту проведения контрольной закупки (15 ноября 2019 года) не был заключен, тогда как контрольная закупка была произведена истцом непосредственно после подписания лицензионного договора с ФИО10 Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что ИП ФИО3 в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил в материалы дела доказательств получения дохода от передачи прав на товарный знак «МУРАВЕЙ», не представил доказательств получения дохода лицензиатами. При этом безвозмездная передача прав на товарный знак не соответствует общей практики, свидетельствует не о стремлении данного лица защитить право на знак обслуживания, а исключительно о намерении причинить другому лицу вред путем взыскания с него необоснованно высокой и не соответствующей определенной им самим ценности знака обслуживания компенсации о злоупотреблении правом со стороны истца. Сведений об использовании товарного знака «МУРАВЕЙ» на протяжении 16,5 лет с 29.11.1999г. по 26.04.2017г. в материалы дела также не представлены. Следовательно, правомерен вывод суда первой инстанции о

соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового оборота, применимыми к отношениям сторон. Между тем в соответствии со статьей 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части. Согласно условиям оспариваемого договора его предметом является не только передача прав на товарный знак , но и охраняемая коммерческая информация, а также оказание ряда услуг, в том числе по разработке программы обучения персонала и организация обучения; обеспечению средствами, материалами, оборудованием для деятельности; обеспечению коммерческими помещениями для использования в целях оказания сервисных услуг; сотрудничеству в обеспечении получения разрешений (лицензий). При разрешении спора по существу судами не дана надлежащая правовая квалификация оспариваемого договору на предмет определения его природы, а также воли сторон при его заключении. Кроме того, судами

действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Признавая доказанным наличие обстоятельств, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются основанием для признания оспариваемых сделок недействительными, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что Компания и ООО «Балтис Плаза» являются аффилированными по отношению к должнику лицами, при этом передача прав на Товарный знак произведена должником в отсутствие встречного представления после принятия арбитражным судом к производству заявления о банкротстве Общества. По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве. Приведенные в кассационной жалобе Компании доводы о том, что Товарный знак не представляет какой-либо ценности и его выбытие из конкурсной массы Общества не причинило вреда

по цене 450 рублей. Однако исключительное право на указанный товарный знак принадлежит Харман Интернешенел Индастриз Инкорпорейтед. Данные обстоятельства подтверждаются чеком № от 29.03.2021; видеозаписью покупки товара; фотографиями приобретенной продукции. Также истцом в материалы дела передан приобретенный товар в упаковке. Исключительное право на указанный товарный знак принадлежит Харман Интернешенел Индастриз Инкорпорейтед (Harman International Industries Incorporated), что подтверждается копией свидетельства на товарный знак (знак обслуживания) №. Лицензионный договор с ответчиком, предметом которого являлась бы передача прав на товарный знак , истец не заключал, права на товарный знак не передавал. Основания для внедоговорного использования товарного знака у ответчика отсутствуют. В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии с ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на

нарушено (упущенная ФИО3). Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ, между сторонами был заключен договор коммерческой концессии № и договора поставки №ПП, согласно которым ответчик взял на себя обязательство предоставить истцу право использования в предпринимательской деятельности товарного знака «ФИО2-ФИО2», а также поставе ФИО2 различного ассортимента. За использование товарного знака «ФИО2-ФИО2», истец произвел ответчику оплату в сумме 100 000 руб. Ответчик взятые на себя обязательства не выполнил, поскольку не обладал правом на передачу прав на товарный знак «ФИО2-ФИО2». При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании с ответчика 100 000 руб., суд находит подлежащим удовлетворению. В судебном заседании истец не представил доказательств о покупке оборудования с маркировкой «ФИО2-ФИО2» на сумму 283 931 руб., ввиду чего, его требование о взыскании с ответчика указанных денежных средств, суд находит подлежащими отклонению. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд - р е ш и л: Взыскать с ООО «ФИО2» в пользу ФИО1 денежные

о взыскании денежных средств. Представитель истца в судебное заседание явилась, предъявленные исковые требования, от имени своего доверителя, поддержала и показала, что между сторонами 23.04.2018 г. было заключено соглашение № 1 о купле-продаже бизнеса, в соответствии с которым ФИО2 продал, а ФИО3 приобрел аптечный бизнес на условиях, описанных в Соглашении № 1. Соглашение предусматривало продажу долей в уставном капитале 6 юридических лиц – аптек – а также выплату задолженности за использование товарных знаков, передачу прав на товарные знаки , товарных остатков, иного имущества указанных юр. лиц, исключение части имущества из состава имущества указанных юр. лиц, расторжение договоров поручительства, и т. д. Согласно разделу «Предмет Соглашения» Соглашения № 1, сторонами достигнута договоренность, что сумма сделки по всем перечисленным компаниям, составляет 212 837 000 руб. До настоящего времени ответчик оплатил лишь 181 350 780 руб. В связи с изложенным, ФИО2 просит суд взыскать с ФИО3: - оставшуюся часть задолженности в размере 31

от 01.11.2016г. между ООО «Тренинг и консалтинг» и ЧУДО «Новосибирская школа бизнеса» на момент заключения договора от 25.07.2017г. истек, кроме того, в нарушение требований закона государственная регистрация договора от 01.11.2016г. не произведена. Таким образом, договор от 01.11.2016г. между ООО «Тренинг и консалтинг» и ЧУДО «Новосибирская школа бизнеса», и договор № 1 от 25.05.2017г. между ЧУДО «Новосибирская школа бизнеса» и ФИО1 в части передачи прав на ноу-хау следует признать ничтожным, а в части передачи прав на товарный знак - несостоявшимся. Данное обстоятельство исключает возможность возложения на ФИО1 обязательств по договору № 1 от 25.05.2017г. Поскольку требования ООО «Тренинг и консалтинг» о взыскании с ФИО1 денежных средств основаны на положениях договора № 1 от 25.05.2017г., то в настоящем случае они удовлетворению не подлежат. Суд также не усматривает оснований для удовлетворения встречных требований. Согласно пунктам 1 и 2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано

в письменной форме. Несоблюдение письменной формы договора влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным. Согласно требованиям части 2 статьи 1028 ГК РФ предоставление права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставление права использования считается несостоявшимся. По смыслу указанных норм обязательным условием договора коммерческой концессии является передача в составе комплекса исключительных прав права на товарный знак или знак обслуживания, что обусловливает необходимость государственной регистрации договора в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1, пункта 1 статьи 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред