суда Президиум Верховного Суда Российской Федерации принимает в тех случаях, когда установленное Европейским Судом по правам человека нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод позволяет сделать вывод о незаконности, необоснованности или несправедливости судебных решений. С учетом установленного Европейским Судом по правам человека нарушения статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с тем, что не было проведено эффективной проверки жалоб ФИО7 на жестокое обращение, постановление судьи Советского районного суда г.Казани Республики Татарстан от 17 ноября 2016 года, которым жалоба ФИО7, поданная в порядке ст.125 УПК РФ, о признании незаконным и необоснованным постановления старшего следователя следственного отдела по г.Казани следственного управления Следственного комитета России по Республике Татарстан от 6 октября 2011 года об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступлений, предусмотренных ст.ст. 285, 286 УК РФ, по сообщению Михеева Д.А. о применении к нему насилия сотрудниками полиции на основании п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ
в настоящем деле, и, соответственно, объективная возможность того, что принятый по настоящему делу судебный акт может непосредственно повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон в споре. Как установлено судом из материалов дела, предметом судебного разбирательства по настоящему делу является оспаривание решения и предписания от 20.10.2015 по делу № 08–86/2015 Управления Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области, выданного обществу. Оспариваемыми решением и предписанием, как и принятым в будущем решением суда, права следователя СУ УМВД России по городу Южно-Сахалинску ФИО1 не будут нарушены, поскольку в отношении последнего какие – либо решения и предписания Управлением Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области не принимались. Более того следователь СУ УМВД России по городу Южно- Сахалинску Семикрас К.А., в заявленном ходатайстве не указал какие права и обязанности последнего будут нарушены вынесенным судом решением. Таким образом, права следователя СУ УМВД России по городу Южно-Сахалинску ФИО1 принятым судом по настоящему делу решением никаким
Тамбовской области. После перерыва судебное заседание продолжено. Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1 заявил ходатайство об истребовании материалов дела № 3/6-67/2017, ходатайство о привлечении следователя СЧ СУ УМВД России по Тамбовской области ФИО2 в качестве третьего лица, а также уточнил заявленные требования, просит признать результаты собрания кредиторов ООО «Виктория» 23.12.2016 года недействительными. Представитель ООО «Заря» возражает относительно удовлетворения заявленных ходатайств и заявленных требований. Ходатайства исполняющего обязанности временного управляющего ФИО1 отклонены судом, поскольку заявителем не названы права следователя ФИО2, которые будут затронуты вынесенным судебным актом, а копии судебных актов, заверенные судом, по делу № 3/6-67/2017 представлены в материалы дела представителем ООО «Заря». В связи с вышеизложенным, суд не находит оснований для истребования материалов дела № 3/6-67/2017 и привлечения в качестве третьего лица следователя ФИО2 Судом установлено, что при рассмотрении данного спора необходимо истребовать копию постановления о наложении ареста на дебиторскую задолженность ООО «Заря» в рамках уголовного дела № 118116 в производстве старшего
одним из оснований отказа в иске послужил пропуск истцом срока исковой давности. Представитель УМВД по Амурской области поддержал позицию, изложенную в письменном отзыве, просил отказать в удовлетворении заявления, поскольку отсутствуют основания для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам. Ссылаясь на нормы УПК РФ указывает, что решение Благовещенского городского суда от 26.11.2013 свидетельствует лишь о том, что следователем не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о преступном характере выбытия имущества из законного владения, но не лишает права следователя обращаться в суд с повторным ходатайством с предоставлением дополнительных материалов уголовного дела и не связно с наложением ареста на указанный объект в 2009 году. Также отмечает, что Благовещенским городским судом (решение от 26.11.2013) рассматривалось новое ходатайство следователя 25.11.2013, а не ходатайство 2009 года, следовательно, данные обстоятельства не могли существовать 21.05.2013 в момент вынесения решения арбитражного суда. Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив доводы заявления и представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к
доказательств, в установленном порядке. На основании части 3 статьи 2 ГК РФ к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством. Уголовно-процессуальные правоотношения равенства участников не предусматривают, поскольку они являются административно-властными правоотношениями. В статье 82 УПК РФ установлены общие начала, касающиеся условий и порядка хранения различного рода вещественных доказательств, предусматривая право следователя принимать решения об изъятии вещественного доказательства и передаче его на хранение в указанном им месте или о возвращении вещественного доказательства его законному владельцу. В пункте 2 Положения «О реализации или уничтожении предметов, являющихся вещественными доказательствами, хранение которых до окончания уголовного дела или при уголовном деле затруднено», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.08.2012 № 848, установлены основания для передачи вещественных доказательств Федеральному агентству по управлению государственным имуществом (его территориальному органу) с целью реализации или
Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. При этом предметы, признанные по уголовному делу вещественными доказательствами передаются законным владельцам, а при неустановлении последних переходят в собственность государства. Споры о принадлежности вещественных доказательств разрешаются в порядке гражданского судопроизводства. Статья 82 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает общие начала, касающиеся условий и порядка хранения различного рода вещественных доказательств, предусматривая правоследователя принимать решения об изъятии вещественного доказательства и передаче его на хранение в указанном им месте или о возвращении вещественного доказательства его законному владельцу. Как было указано выше, ведется предварительное следствие по трем уголовным делам, имеющим значение для рассматриваемого иска. При этом, факт вынесения приговора , а также определения или постановления опрекращении уголовного дела отсутствует , соответственно, в силу положений ст. 81,82 УПК РФ,отсутствует доказанность наступления фактора необходимости разрешения вопроса о вещественных доказательствах. В связи
то, что суд в обосновании своего решения указывает на отсутствие предмета обжалования в порядке ст. 125 УПК РФ, ссылаясь на п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 года № 1, при этом приводит искаженное содержание второго абзаца п. 8 указанного постановления. Отмечает, что в судебном решении не указаны недостатки его жалобы и не разъяснено право вновь обратиться в суд. Кроме того, суд в постановлении, нарушая уголовно – процессуальный закон, учел права следователя , но не дает никакой оценки доводам заявителя. Решение должностного лица об отказе в проведении очных ставок приводит к волоките по уголовному делу, препятствует установлению истины, лишает возможности полноценно осуществлять защиту, нарушает его конституционные права и доступ к правосудию. Просит восстановить срок апелляционного обжалования, в связи с получением судебного решения 03 апреля 2018 года, отменить постановление. Проверив материалы дела по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. В соответствии с положениями
в обосновании своего решения указывает на отсутствие в жалобе предмета обжалования в порядке ст. 125 УПК РФ, ссылаясь на п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 года № 1, при этом приводит искаженное содержание второго абзаца п. 8 указанного выше постановления. Отмечает, что в судебном решении не указаны недостатки его жалобы и не разъяснено право, вновь обратиться в суд. Кроме того, суд в постановлении, нарушая уголовно – процессуальный закон, учел права следователя , но не дает никакой оценки доводам заявителя. Решение должностного лица об отказе в проведении очных ставок приводит к волоките по уголовному делу, препятствует установлению истины, лишает его возможности полноценно осуществлять защиту, нарушает его конституционные права и доступ к правосудию. Просит восстановить срок апелляционного обжалования, в связи с получением судебного решения 03 апреля 2018 года, отменить постановление. Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. В соответствии с
преследование осуществляется в отношении нескольких подозреваемых или обвиняемых и имеются основания для прекращения уголовного дела или уголовного преследования с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении всех или некоторых из этих лиц, ходатайство заявляется применительно к каждому такому лицу. Поданное старшим следователем единое ходатайство о прекращении уголовного дела № 12001140023000106 в отношении подозреваемых ФИО1 и ФИО2 и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа не соответствует этим требованиям. С учетом права следователя на возбуждение перед судом соответствующего ходатайства, не исключается наличие у него права и на его отзыв. Руководствуясь ст. 446.2 УПК РФ, п. 25.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 (ред. от 29.11.2016) «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», суд постановил: постановление старшего следователя СГ ОМВД России по Ивнянскому району Белгородской области ФИО4 о возбуждении перед судом ходатайства о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового
компетенцию суда при рассмотрении жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ, поскольку проверка данного обстоятельства возможна только путем оценки добытых доказательств, что не относится к полномочиям суда на стадии досудебного производства, и которые на этой стадии вправе осуществлять исключительно органы предварительного следствия. Свои выводы суд надлежаще мотивировал в постановлении, они основаны на представленных материалах, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, не соглашаться с ними суд апелляционной инстанции оснований не находит. Жалоба защитника фактически направлена на ограничение права следователя самостоятельно направлять ход расследования по уголовному делу, его процессуальной самостоятельности и независимости. В полномочия суда также не входит ограничение данного права следователя, в связи с чем суд не вправе обязывать следователя к совершению каких-либо процессуальных действий и принятию процессуальных решений. Довод о том, что изъятые в ходе обыска предметы приобщены в нарушение требований ч. 2 ст. 81 УПК РФ, без их предварительного осмотра, не может быть принят во внимание, поскольку вопрос законности и обоснованности
1 ст. 389.1 УПК Российской Федерации, принадлежит и иным лицам в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и интересы. В связи с этим О.В.В. имеет право обжаловать указанное частное постановление лишь в части, связанной с его процессуальной деятельностью в рамках предварительного следствия. Таким образом, доводы апелляционного обращения, связанные с действиями следователя Е., решениями должностных лиц относительно увольнения Бурлаки с военной службы и его прикомандирования к войсковой части 2, не затрагивают права следователя О.В.В., а поэтому не образуют предмет рассмотрения по данному апелляционному обращению. В этой связи такие доводы являются несостоятельными и обсуждению не подлежат. Поэтому же основанию суд апелляционной инстанции не может принять во внимание аргументы О.В.В., высказанные им о законности и обоснованности приговора Красноярского гарнизонного военного суда в отношении Бурлаки. Таким образом, обжалуемое судебное постановление соответствует требованиям ч. 4 ст. 29 УПК Российской Федерации и оснований для его отмены суд апелляционной инстанции не усматривает. На
