на новое судебное разбирательство. Адвокат утверждает, что председательствующий по делу су- дья допустил к исследованию с участием присяжных заседателей доказательства, полученные с нарушением требования уголовно-процессуального закона. Такими недопустимыми доказательствами адвокат считает: протоколы осмотра и дополнительного осмотра места происшествия, в ходе которых изымались пули и гильзы, признанные вещественными доказательствами; заключения экспертиз, поскольку предметом их исследования были вещественные доказательства, собранные с нарушением закона; постановления о приобщении к уголовному делу вещественных доказательств; постановления о назначении экспертиз; протокол осмотра вещественных доказательств . Показания обвиняемо- го ФИО1 на предварительном следствии и на месте происшествия, как утверждает адвокат, были получены в отсутствие защитника, подпись которого в протоколах следственных действий лишь формальна и выполнена позже, а по- казания самим ФИО1 даны в результате применения к нему незаконных методов следствия, в том числе и применения насилия. Адвокат заявляет, что у суда не было оснований повторно принимать решение о признании исключенных доказательств допустимыми, поскольку государственным обвинителем не опровергнуты доводы
установления факта от кого исходило сообщение и кому оно адресовано. В связи с этим ответчик считает, что нельзя признать обоснованными выводы судов о невозможности оценки электронной переписки сторон в качестве доказательств по делу с учетом сложившейся между сторонами спора практики обмена юридически значимой корреспонденцией по электронной почте без использования электронной подписи. Ответчик указывает, что акт зачета от 31.12.2017 поступил ему от общества «Техиндустрия» с электронного адреса, прикрепленного к доменному имени @tehindustriya.ru (нотариально удостоверенный протокол осмотра вещественных доказательств от 14.0.2019), в связи с чем он мог идентифицировать его отправителя, при этом, допрошенный в судебном заседании генеральный директор истца подтвердил наличие на акте своей подписи. Кроме того, в бухгалтерской документации отражен факт проведения зачета. При названных обстоятельствах доводы общества «СтройТрансНефтеГаз» о существенном нарушении судами норм материального права, которые повлияли на исход настоящего дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, заслуживают
общества «Техиндустрия» влечет двойное исполнение по одному и тому же обязательству, нарушает его права. При рассмотрении дела общество «СтройТрансНефтеГаз» также указывало на необоснованность выводов судов о наличии оснований для взыскания суммы 24 627 694 руб., ссылаясь на прекращение обязательства по ее уплате подписанием Акта зачета встречных требований от 31.12.2017 (далее - Акт зачета). Ответчик указывал, что Акт зачета поступил ему от общества «Техиндустрия» с электронного адреса, прикрепленного к доменному имени @tehindustriya.ru (нотариально удостоверенный протокол осмотра вещественных доказательств от 14.0.2019). Суды не согласились с ответчиком о прекращении обязательства, что, по его мнению, подтверждается Актом зачета, в котором стороны договорились о зачете взаимных требований на сумму 24 627 694 руб., поскольку этот документ не был представлен в подлиннике. Однако суды с учетом возражения ответчика о прекращении его обязательства зачетом встречных однородных требований, что было оформлено Актом зачета, не дали оценки наличию встречных обязательств у истца перед ответчиком по уплате ему аналогичной суммы,
возврате арендуемого имущества не влияют на правовую квалификацию платежа за январь 2020 года, поскольку арендатор продолжил пользоваться имуществом, что установлено судом апелляционной инстанции. Это в силу абзаца второго статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации означает наличие на стороне арендатора обязанности вносить арендную плату в соответствии с условиями договора, то есть периодическими помесячными платежами. Вывод суда апелляционной инстанции относительно того, что в январе 2020 года пользование имуществом продолжалось, соответствует имеющемуся в материалах дела нотариальному протоколу осмотра вещественных доказательств . С учетом изложенного и руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья о п р е д е л и л: отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации И.В. Разумов
статьи 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. С учетом приведенных норм права и материалов дела, суды пришли к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения иска о защите деловой репутации, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований. Проверяя факт распространения оспариваемых сведений, суды оценили представленные сторонами протокол осмотра вещественных доказательств от 04.09.2013 (составленный нотариусом ФИО3) и протокол осмотра вещественных доказательств от 25.10.2013 (составленный нотариусом Кожохиной И.Э). Довод жалобы о неправомерном отклонении протокола от 04.09.2013 признается несостоятельным. В силу части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При оценке протокола от 04.09.2013 суды установили наличие нарушений Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, введенных в действие Постановлением
в установленном законом порядке, а спор о его неохраноспособности не может быть рассмотрен в рамках дела о защите нарушенного исключительного права на средство индивидуализации. Вместе с тем суд первой инстанции исследовал все представленные доказательства в их совокупности и установил обстоятельства дела, подлежащие учету, в том числе, при определении размера компенсации. Так суд первой инстанции устаовил как факт предложения к продажи обществом Пивобезалкогольный комбинат «Крым» спорного товара неопределенному кругу лиц в сети Интернет, исследовав протокол осмотра вещественных доказательств от 13.05.2020, протокол осмотра от 21.07.2020 и протокол от 21.07.2020, так и факт продажи указанным обществом мелкооптовой партии пива под наименованием «Чешская Варница» на территории города Москвы, исследовав протокол осмотра вещественных доказательств от 07.08.2020, в рамках которого нотариус осуществил действия по приобретению и осмотру продукции - пива «Чешская Варница», а также факт оптовой реализации (поставок) указанной продукции на территории Нижегородской области третьим лицом ООО ТД «Торг-Трейдинг», исследовав товарные накладные от 17.06.2020 № 15979,
договора работы должны производится в полном соответствии с утвержденными заказчиком проектами (п. 3.1.2. договора), между тем, в ответ на заявленное ответчиком ходатайство о фальсификации доказательств истец не настаивал на подлинности подписи генерального директора ответчика ФИО3, суд правомерно признал недоказанным факт согласования с ответчиком проектной документации, которая, как указывает истец, была положена в основу выполнения работ по договору. Также в ходе рассмотрения дела истец утверждал, что на сайте ответчика в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» ( протокол осмотра вещественных доказательств от 13.07.2019 г.) располагаются фотографии понтона, основание которого в виде металлической конструкции, по утверждению истца, было выполнено им в рамках спорного договора. В подтверждении заявленных требований истец представил экспертное заключение № 19036/ЮА, подготовленное АНО «Северо-Западная экспертно-криминалистическая компания» 10.07.2019 г., специалисты которого пришли к следующим выводам: 1. Хранящиеся на береговой линии по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, пос. Владимировка, о. Коновец, примыкающий к территории Религиозной организации «Коневский Рождество-Богородичный мужской монастырь Выборгской Епархии Русской Православной
однако, из заявления не усматривается каким образом совершенные нотариальные действия нарушают права заявителя. С указанным определением не согласно СНП «***», в частной жалобе поставлен вопрос об отмене определения судьи. В обоснование жалобы приведены доводы со ссылкой на то, что, по мнению заявителя, нотариусом Осиной совершена фальсификация доказательств, приведены доводы о несогласии с выводом суда в части отсутствия нарушения прав заявителя, результаты нотариальных действий внесены в качестве доказательства в рамках арбитражного спора, как только протокол осмотра вещественных доказательств будет отменен судом общей юрисдикции, так и исчезнет доказательственная база, положена в основу решения арбитражного суда., далее приведены доводы о неправомерных действиях нотариуса, по мнению заявителя настоящее заявление подлежит рассмотрению в суде в порядке ст.311 ГПК РФ. Судебная коллегия не находит оснований к отмене определения судьи. В соответствии с п.1 ч.1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если: заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского
такие как заявление от 16 ноября 2016 года, копия трудового договора №27 от 20.10.2016 года, должностная инструкция водителя-инкассатора, приказ от 20.10.2016 года о принятии ФИО13 на работу в качестве водителя-инкассатора, служебный регламент водителя-инкассатора, акт о недостаче денег в сумме 611000 рублей, рапорт о результатах оперативной проверки по записям камер видеонаблюдения, вещественные доказательства в том числе: хомут из полимерного материала светлого цвета, липкая лента-скотч серебристого серого цвета, рулон липкой ленты – скотч серебристого цвета, протокол осмотра вещественных доказательств от 28.02.2017 года, допущенные нарушения являются существенными и неустранимыми, поэтому приговор подлежит отмене; при назначении наказания суд указал, что ФИО3 на учетах нигде не состоит, при этом из приговора не ясно, что именно имел в виду суд, указывая на эти обстоятельства; имеющиеся процессуальные нарушения влияют не только на квалификацию деяний ФИО3, но и на вид и размер назначенного наказания и являются основаниями для переквалификации его деяний. Просит обжалуемый приговор изменить и деяния ФИО3
зачетом времени содержания под стражей до провозглашения приговора. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от <данные изъяты> приговор оставлен без изменения. В кассационной жалобе адвокат Сазонов А.А. просит отменить приговор и апелляционное определение, переквалифицировать действия ФИО1 с ч.3 ст.228 УК РФ на ч.2 ст.228 УК РФ, по которой назначить наказание с применением ст.64 и ст.73 УК РФ. Указывает, что исследованные по делу доказательства, а именно: протокол осмотра места происшествия, протокол осмотра вещественных доказательств , заключение судебно-химической экспертизы содержат противоречивые сведения об изъятых у ФИО1 предметах, в которых в обнаружено психотропное вещество амфетамин массой 1257,7 г, которые не были устранены в судах первой и второй инстанций. Заслушав доклад судьи Александрова А.Н., изложившего обстоятельства дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы и мотивы, послужившие основанием для передачи жалобы на рассмотрение президиума, выслушав адвоката Сазонова А.А., поддержавшего доводы жалобы, заслушав мнение заместителя прокурора <данные изъяты> ФИО2, полагавшего необходимым апелляционное
нотариальной конторы, в котором отражена общая стоимость выполненных работ в размере 647 200 руб. Однако, ответчик отказывается произвести оплату нотариальных действий, что послужило основанием для предъявления в суд требований о взыскании задолженности в размере 647 200 руб. и расходов по оплате госпошлины в размере 9672 руб. ООО «ПК «Полиальт» обратилось со встречным иском к нотариусу ФИО5 о признании протокола осмотра вещественных доказательств от <данные изъяты> составленным на 11 листах; признании фотоматериалов, включенных в протокол осмотра вещественных доказательств от <данные изъяты>, приложением к протоколу на 99 страницах; признании акта от <данные изъяты> недействительным; возложении обязанности передать протокол осмотра вещественных доказательств от <данные изъяты> на 11 страницах с приложениями. Требования мотивированы тем, что протокол осмотра вещественных доказательств на 110 листах в нарушение требований ст. 184 ГПК РФ включает в себя фотографии на 99 листах, которые должны были быть отнесены к числу приложений к протоколу. Нотариусом включение в протокол приложений совершено с целью
