следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомоневыгодныхусловиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть
трансформации советов директоров в реальные органы управления компаниями. -------------------------------- <1> Недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора предполагаются, в частности, в случаях, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии заинтересованности в совершении юридическим лицом сделки; 2) знал или должен был знать о том, что совершенное им действие (бездействие) не отвечают интересам юридического лица; 3) совершил сделку на заведомоневыгодных для юридического лица условиях . Заведомая невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки наступила впоследствии, например, по причине неисполнения контрагентом своих обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки только если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения; 4) принял решение без учета известной ему информации или до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой для принятия решения информации, которые обычно предпринимаются при сходных обстоятельствах. Важным инструментом
предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомоневыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки
и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем по результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов и доводов кассационной жалобы таких оснований не установлено. Разрешая спор, суды, руководствуясь пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», признали доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности заявителя, заключившего после принятия судом заявления о признании должника банкротом и в период исполнения обязанностей директора ряд сделок на заведомо невыгодных условиях , повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов и в последующем признанных недействительными в судебном порядке, обоснованно отклонив доводы заявителя о пропуске срока исковой давности. Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Нарушений норм материального права, а также норм процессуального права, влекущих за собой безусловную отмену указанных судебных актов, судами не допущено. Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не
Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; установив, что спорный договор как в электронном виде, так и на бумажном носителе подписан новым генеральным директором общества, уполномоченным действовать от имени юридического лица в соответствии с решением общего собрания участников от 15.03.2021 и приказом о переводе работника от 18.03.2021, общество исполняет договорные обязательства; признав недоказанными факты причинения убытков обществу или его участникам, совершения сделки на заведомо невыгодных условиях , с незаконной целью или незаконными средствами, с намерением причинить вред другим лицам, пришли к выводу об отказе в удовлетворении иска. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, ранее заявленные в судах нижестоящих инстанций, не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, а сводятся к несогласию с установленными по делу фактическими обстоятельствами и направлены на их переоценку, что не входит в полномочия Верховного Суда Российской Федерации. Поскольку существенных нарушений судами норм материального права и (или)
и иной экономической деятельности. Между тем по результатам изучения состоявшихся по делу судебных актов и доводов кассационной жалобы таких оснований не установлено. Отменяя принятые по делу судебные акты и удовлетворяя заявление в обжалуемой части, суд округа, руководствуясь положениями статьями 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходил из доказанности совокупности условий для привлечения к субсидиарной ответственности заявителя как одного из руководителей и конечного бенефициара должника в связи с заключением сделок на заведомо невыгодных условиях , способствовавших наращиванию неликвидной дебиторской задолженности и повлекших за собой банкротство должника. Постановление в обжалуемой части принято в пределах полномочий, предоставленных суду кассационной инстанции (статья 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые бы повлияли на исход судебного разбирательства, по доводам кассационной жалобы не установлено. Основания для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. На основании изложенного
решение об удовлетворении исковых требований, суды руководствовались статьями 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и разъяснениями, данными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», и, с учетом обстоятельств, установленных в рамках ранее рассмотренного дела № А07-12011/2008, констатировали доказанность факта совершения ФИО2 от имени завода сделки на заведомо невыгодных условиях (в отсутствие какого-либо встречного предоставления) и причинение тем самым последнему убытков в заявленном размере. Доводы заявителя об обратном направлены на переоценку вопросов факта, что находится за пределами полномочий суда кассационной инстанции. Возражения заявителя относительно пропуска срока исковой давности, а также отсутствия в действиях единоличного исполнительного органа при совершении спорной сделки признака противоправности, были предметом рассмотрения апелляционного суда и арбитражного суда округа и отклонены ими как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения. Ссылка
в порядке кассационного производства Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций учли разъяснения, содержащиеся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», и исходили из доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего установленную статьей 53 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность по возмещению причиненных убытков (совершение ФИО1 от имени должника сделки на заведомо невыгодных условиях ). При этом суды указали на отсутствие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанций. Изложенные в жалобе доводы были предметом рассмотрения судов, не свидетельствуют о неправильном применении ими норм права, сводятся к переоценке доказательств и установлению иных обстоятельств по обособленному спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: в передаче
судебного акта в законную силу по дату погашения задолженности. Исковые требования мотивированы тем, что в период исполнения ответчиком обязанностей руководителей общества, между истцом в лице руководителя ФИО1 (покупатель) и ФИО2 (продавец) заключены предварительные договоры купли-продажи земельных участков от 06.02.2014, 27.02.2014, 12.02.2014, 20.03.2014. В оплату договоров ответчиком перечислена ФИО2 общая сумма в размере 11 770 000 руб. Впоследствии основные договоры заключены не были, денежные средства ФИО2 не возвращены. Истец полагает, что ФИО1 совершена сделка на заведомо невыгодных условиях , поскольку ответчик не мог не осознавать, что перечисляет денежные средства без намерения получить встречное исполнение. Определением арбитражного суда от 16.11.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2. Представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме. Представители ответчика возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве. Третье лицо в судебное заседание не явилось, и у суда отсутствуют доказательства о месте
1 950 000 рублей. В ходатайстве о завершении реализации имущества финансовый управляющий указывает, что денежные средства направлены на погашение задолженности за жилое помещение, расположенное по адресу: РБ, <...>, которое согласно ст.446 ГK РФ не включено в конкурсную массу. Таким образом, финансовый управляющей сам подтверждает, что должник осуществляет преимущественное удовлетворение требований других кредиторов перед Банком ВТБ (ПАО). Финансовым управляющим не определена рыночная стоимость проданной квартиры на момент сделки, чтобы определить, не совершалась ли сделка на заведомо невыгодных условиях для должника, так как на момент сделки данная квартира не являлась единственным жильем и средства от ее реализации должны были быть направлены на удовлетворение требований всех кредиторов. В соответствии с предоставленным анализом финансового состояния должника финансовым управляющим указан доход должника за 2020, 2021 г. 0 рублей (стр.13). При этом согласно выписки из ЕГРЮЛ от 12.11.2021 с 29.06.2020 должник является директорам АНО ДПО «Учебный центр «Старт» ОГРН <***>. Данные обстоятельства свидетельствуют, что финансовым
1 950 000 рублей. В ходатайстве о завершении реализации имущества финансовый управляющий указывает, что денежные средства направлены на погашение задолженности за жилое помещение, расположенное по адресу: РБ, <...>, которое согласно ст.446 ГK РФ не включено в конкурсную массу. Таким образом, финансовый управляющей сам подтверждает что должник осуществляет преимущественное удовлетворение требований других кредиторов перед Банком ВТБ (ПАО). Финансовым управляющим не определена рыночная стоимость проданной квартиры на момент сделки, чтобы определить, не совершалась ли сделка на заведомо невыгодных условиях для должника, так как намомент сделки данная квартира не являлась единственным жильем и средства от еереализации должны были быть направлены на удовлетворение требований всехкредиторов. В соответствии с предоставленным анализом финансового состояния должника финансовым управляющим указан доход должника за 2020, 2021 г. 0 рублей (стр.13). При этом согласно выписки из ЕГРЮЛ от 12.11.2021 с 29.06.2020 должник является директорам АНО ДПО «Учебный центр «Старт» ОГРН <***>. Данные обстоятельства свидетельствуют, что финансовым управляющим также не
составил 6 835 176 669 руб. и свидетельствует о превышении установленной цены контракта на 1,7 млрд. руб. Обоснование экономической целесообразности сделки по поставке ТМЦ в объеме, превышающем ПСД, не приведено. Контролирующими лицами не предприняты меры по установлению обстоятельств дальнейшего перераспределения денежных средств, исходя из целевого назначения, и необходимые меры по надлежащему исполнению обязательств по данному договору и возмещению убытков. По утверждению ООО «Обьдор», в период нахождения предприятия в процедуре наблюдения была совершена сделка на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом. ООО «Газнефтетехнология» (ОГРН <***>, ИНН <***>, зарегистрировано в качестве юридического лица 30.11.2016) письмом от 30.05.2017 вх. № 3431 просило должника рассмотреть вопрос о возможности предоставления в аренду бульдозеров гусеничных типа CAT D6T без экипажа в количестве 2 ед. для производства работ на территории ЯНАО; договор заключен 06.06.2017; оформлен акт передачи техники от 22.06.2017. В соответствии с пунктом 1.1 договора от 06.06.2017 № 05/0084/17-АР арендодатель (ООО
интересы и оказывавшего юридические услуги, который показал, что ИП ФИО1 лично поставила печать в соглашении, одобрив сделку. Однако, ИП ФИО1 и ответчик Соловьев А.В. опровергали версию свидетеля, других доказательств не представлено. Обращает внимание, что суд не привел мотивов, по которым не принял доводы истца о наличии основании для применения п. 2 ст. 174 ГК РФ, поскольку ИП ФИО1 лишается значительной части стоимости выполненных работ (30% от цены договора). Таким образом, представителем совершена сделка на заведомо невыгодных условиях , причиняющая явный ущерб ИП ФИО1 Считает неверным вывод суда о направлении ответчицей 29 декабря 2020 года отказа от договора от 29 июня 2020 года, так как ИП ФИО1 его не получала, доказательств направления данного отказа в адрес истца материалы дела не содержат. Обращает внимание, что документ адресован уполномоченному представителю Соловьеву А.В., который таковым не являлся. Не согласна с выводом суда о добросовестности действий Соловьева А.В. при подписании дополнительного соглашения, который пояснил,
изъяты>» согласно пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, на основании которых ДД.ММ.ГГГГ трудовые договора с последними были расторгнуты, в результате чего ООО «<данные изъяты>» лишилось работников, способных осуществлять хозяйственную деятельность данного предприятия. Таким образом, ФИО1, являвшейся в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ фактическим руководителем ООО «<данные изъяты>», при соучастии ФИО2, наделенной в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ всеми организационно –распорядительными функциями руководителя ООО «<данные изъяты>», организованы и совершены сделки на заведомо невыгодных условиях , мнимые сделки, а также сделки по выбытию основных средств при увеличении кредиторской задолженности, заведомо влекущие неспособность ООО «<данные изъяты>» в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, и причинившие крупный ущерб кредиторам третьей очереди в сумме 2 000 482,19 рублей, а именно: - ООО «<данные изъяты>» (ИНН №) в размере 1 831 482,19 рублей, - ФИО8 в размере 169 000 рублей. Указанные действия
МВД России «...» от (дата) , оставлена без удовлетворения. Изучив обжалуемое постановление, апелляционную жалобу, заслушав заявителя, мнение прокурора, суд установил: Н.Д. обратился в суд с жалобой в порядке статьи 125 УПК РФ о признании незаконным постановления и.о.дознавателя ... МВД России «...» от (дата) , которым ему отказано в возбуждении уголовного дела в отношении <данные изъяты> В.П. по его заявлению о незаконных действиях последнего по реализации основных фондов <данные изъяты>, связанных с совершением сделок на заведомоневыгодныхусловиях , причиняющих ущерб финансовым интересам <данные изъяты>. Постановлением Шумячского районного суда Смоленской области от 21 сентября 2017 года Н.Д. было отказано в удовлетворении жалобы, по основаниям, изложенным в судебном акте. Не согласившись с решением суда, заявитель в апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене постановления суда, мотивируя тем, что ни следствием, ни судом не дано оценки допущенному со стороны В.П. нарушению пункта 6 части 2 статьи 20 Федерального закона от 8 декабря 1995
